Анубис — не «бог смерти», а мастер при мёртвом теле и страж границы, за которую это тело уходит. Чёрный шакал на крышке ларя, руки в смоле, весы под контролем. Работа с ним — работа с переходами: тело, порог, черта, за которой начинается чужое.
Кто был первым на Западе
В Старом царстве Анубис — главный бог некрополя, Осирис в этой роли ещё не появился. Древнейшие жертвенные формулы на плитах гробниц начинаются с приношения, которое царь даёт Анубису, и только со Среднего царства рядом устойчиво встаёт имя Осириса. Эпитет «Хентиаменти», «Первый из западных», принадлежал сначала абидосскому богу-шакалу и Анубису, а позже был вобран Осирисом. Поздний бог наследует должность и титул предшественника — знать это надо, чтобы не читать египетский Запад как изначально осирический.
Разделение труда, установившееся к Новому царству, простое: Осирис — тот, кем мёртвый становится; Анубис — тот, кто мёртвого делает.
Имена-должности
Эпитеты Анубиса читаются как строчки из штатного расписания.
- Инпу — египетское имя, «Анубис» греческое.
- Тот, кто на своей горе — шакал на гребне пустынного склона над долиной. Позиция дозорного: он видит и обжитое, и пустое.
- Владыка священной земли — та-джесер, то есть кладбище. Хозяин отведённого места.
- Тот, кто в месте бальзамирования — уабет, чистая палата. Мастер за работой.
- Тот, кто над тайнами — жреческое звание, перешедшее на бога: допущенный к тому, чего не показывают.
- Имиут — «тот, кто в пеленах». Так же называется его знак: обезглавленная шкура животного, подвешенная на шест в сосуде. Древнейший фетиш, известный уже в Раннем царстве, и один из самых непонятных: шкура без головы, стоящая рядом при бальзамировании.
Цвет его — чёрный. Не потому, что мрачный: чёрный в Египте — цвет наносного ила, то есть плодородия и возобновления, и цвет смолы, которой пропитывают тело. Живые шакалы серо-рыжие; чёрным бог сделан намеренно, по смыслу.
Ремесло: маска, соль, пелены
Бальзамирование было не таинством в романтическом смысле, а цеховым процессом со сроками, ведомостями и разрядами качества. Тело обезвоживали натроном — природной содовой солью — около сорока дней, потом умащали маслами и смолами и бинтовали, вкладывая амулеты на определённые места; весь цикл занимал около семидесяти дней.
Жрец, ведущий работу, надевал маску шакала — не символически: сохранилась настоящая керамическая маска на голову с прорезями для глаз. Надевший её на время обряда становился Анубисом. Это ядро египетского приёма: не изображать бога, а занять его место, и уже оттуда действовать.
Развёрнутое описание пеленания известно по позднему источнику — ритуальному свитку бальзамирования римского времени, где расписано, что и в каком порядке кладут и какие слова говорят над каждым бинтом. Само ремесло на два с лишним тысячелетия старше записи.
Весы
В сто двадцать пятой главе «Книги мёртвых» Анубис ведёт умершего в зал и следит за весами: на одной чаше сердце, на другой перо. Тот записывает, Аммут ждёт. На виньетках Нового царства Анубис часто изображён у самой стойки, поправляющим отвес, — он не судья, он обеспечивает точность взвешивания.
Практический вывод из этой роли: у Анубиса просят не оправдания, а верного измерения. Он проводит процедуру, а не выносит приговор в твою пользу, и просить его подкрутить весы бессмысленно и опасно — он приставлен ровно к тому, чтобы этого не произошло.
Формула приношения
Хетеп-ди-несу, «приношение, которое даёт царь», — стандартная формула на десятках тысяч памятников. В древнейшем виде она называет Анубиса с его эпитетами, и дальше идёт список: хлеб и пиво, быки и птица, алебастр и ткань, всё доброе и чистое, чем живёт бог. Список этот — не поэзия, а расчётная номенклатура довольствия, и он же годится как основа стола сегодня: хлеб, питьё, мясо, ткань, благовоние — минимум, ниже которого приношение перестаёт быть приношением.
Дни и час
Праздник Уаг, восемнадцатый день первого месяца года, — древний поминальный срок Старого царства: идут к своим мёртвым и ставят им еду. Для работы с Анубисом это главный день года. Второй срок — Хойяк, осирические мистерии, где на нём обряжание тела.
Третий срок рабочий, не календарный: любая ночь, когда ты имеешь дело с покойным, с местом погребения, с вещами умершего или с собственным переломом. Время — от заката до полуночи, место — где кончается обжитое: порог, край участка, ворота, кладбищенская ограда снаружи.
Стол на границе
- Вода, налитая первой и вылитая на землю до начала — очищение места.
- Хлеб, целый, не начатый.
- Пиво или тёмное вино.
- Мясо — передняя нога или её замена: первый отрезанный кусок, лучший, а не остатки. Правило «первое, а не лишнее» тут жёсткое.
- Кусок белого льна и полоса тёмной ткани — пелены и покров.
- Смолистое благовоние: кедровое масло, ладан, мирра. Смола — вещество его ремесла.
- Соль или сода в мисочке — замена натрону.
Порядок: вымой руки и лицо, вылей воду на землю, поставь всё за один заход и больше к столу не подходи, пока не закончишь. Назови бога всеми эпитетами. Скажи, ради кого или ради чего работаешь, — по имени. Прочти текст. Стой, не садись. Уходя, не оборачивайся до двери.
Остатки не едят. Хлеб и мясо оставляют на земле снаружи или закапывают; ткань не используют вторично.
Его дела и не его дела
Просят: сохранности тела — своего при болезни и операции, чужого до погребения; правильного провода умершего, особенно если смерть была плохая или тело пропало; охраны могилы и места; поиска пропавшего в темноте — вещи, человека, следа; проведения через собственный перелом, когда старое кончилось, а новое не началось; верного измерения, когда надо честно взвесить свою же работу или поступок.
Не просят: денег, любви, карьеры. Не просят вернуть умершего или связаться с ним ради разговора — египетская переписка с мёртвыми существовала, но она шла к самому покойному в виде письма на чаше, а не через Анубиса. Не просят вреда живому: шакал стережёт границу, а не ходит через неё по чужим делам.
Полный текст
Текст держит обязательные части хекау: называние, отождествление, приказ, закрепление:
Инпу, тот, кто на своей горе, владыка священной земли,
тот, кто в месте бальзамирования, тот, кто над тайнами, имиут в своих пеленах.
Чёрный, как смола и как ил, стоящий там, где кончается зелёное.
Я вымыл руки и вылил воду, и ставлю тебе хлеб, питьё, мясо и ткань.
Я надеваю твою голову на этот час: я тот, кто делает работу.
Здесь названо имя того, ради кого я стою, и оно не пустое.
Собери разъятое, положи на место то, что сдвинулось,
обвяжи то, что распадается, и держи, пока не станет целым.
Проведи по дороге, где темно, и не дай сойти на сторону.
Стой у отвеса и не давай ему криво: пусть будет взвешено верно.
Пусть никто чужой не подойдёт к этому месту и не тронет положенного.
Дом мой — по эту сторону, и я возвращаюсь в него.
Приношение дано, тайна закрыта, работа считается сделанной.
Каким бывает отклик
Первый — тишина. Отклик приходит как выключение шума: перестаёт дёргать, страх перед предстоящим уходит, хотя обстоятельства те же.
Второй — порядок в деле с телом или бумагами: находится нужный человек, назначается срок, выясняется, где что лежит. Анубис работает через процедуру и через людей при должности.
Третий — сны с дорогой, порогом, собаками и с работой руками: складываешь, чинишь, обвязываешь.
Признак принятого приношения — оставленное снаружи разошлось: съедено зверьём, ушло в землю, унесено. Нетронутое и заплесневевшее на месте означает, что стол не взят.
Когда придавило
Началась тяжесть и тянущий страх, не проходящий несколько дней, — ты стоял в его облике и не снял его. Снимается словом: вымыть руки и лицо, вслух сказать, что работа окончена и ты возвращаешься к своему, съесть обычной еды, лечь спать в доме, а не там, где работал.
Полезли сны с покойными родственниками, которых ты не звал, — обряд задел твою родовую линию. Не отмахивайся: поставь отдельный стол по Уагу и назови их поимённо. Названный мёртвый успокаивается, безымянный ходит.
Дело не сдвинулось совсем — проверь, не просил ли ты у него того, что не по его должности. Открытие пути — это Упуаут, о нём отдельная статья рубрики; наказание — Сехмет; возврат отнятого — Гор, сын Исиды.
Поздние наслоения и чужое
Отождествление Анубиса с Гермесом и фигура Германубиса — греко-римское время, эллинистический Египет: юноша с шакальей головой в греческом платье и с кадуцеем. Культовый факт настоящий, но именно поздний. Из того же слоя — Анубис греко-египетских магических папирусов, где он посыльный по любым делам, включая любовные привороты; древнеегипетский Анубис таких поручений не выполнял.
«Проводник души в загробный мир» в смысле психопомпа европейской традиции — упрощение, пришедшее через греческое посредство. По египетскому счёту у него ремесленная должность при теле и при границе, а идёт умерший сам, своими ногами и своим знанием формул. Реинкарнации, «астральных тел» и слоёв тонких планов Египту приписывать не стоит: там другая анатомия посмертия — ка, ба, ах, тень и имя, и разобрана она в статьях о частях души.