Гор, сын Исиды, — бог одной задачи: вернуть отнятое законному владельцу. Не небесный сокол Хор-ур, а ребёнок, выношенный тайно, выросший в тростнике и выигравший тяжбу против дяди. К нему идут, когда у тебя что-то забрали и надо забрать обратно — не убийством, а признанием права.
Ребёнок в тростнике
Отца убили, тело спрятали, вдова зачала от мёртвого и родила скрытно, в болотах Дельты, в месте, которое тексты называют Ах-бит — Хеммис у греков. Плавучий островок среди зарослей папируса, куда не доходит тот, кто ищет. Там мать растит сына тайно, отлучаясь за едой, и там его жалят скорпион и змея, пока её нет.
Этот эпизод — не украшение сюжета, а его рабочая сердцевина. Ребёнок, оставленный один и ужаленный, — образец любого беззащитного, и потому вся целительная магия против укусов идёт через него: пострадавшего отождествляют с Гором в тростниках, а того, кто читает, — с Исидой. Дальше действует правило, на котором стоит египетское хекау: то, что однажды разрешилось у богов, повторяется здесь.
Тяжба, а не месть
Спор Гора и Сета египтяне описывали не как войну, а как судебное дело перед коллегией богов, и это принципиально. Сет старше, сильнее и наглее, Гор — малолетний истец, за которым стоит только право. Дело тянется восемьдесят лет, стороны дерутся, превращаются в бегемотов, подличают, апеллируют, пишут письма Нейт за консультацией. Разбирательство известно по записи Нового царства — по папирусу Честер-Битти I; отдельные эпизоды старше и всплывают уже в Текстах пирамид.
Итог: суд признаёт Гора владельцем наследства, Сет получает свою долю — грозу и чужие земли. Гор не уничтожает противника, он его пересиживает и переспоривает. Отсюда практическое правило: у этого бога просят решения в свою пользу, а не гибели противной стороны. Кто просит второго, получает не Гора.
Имена по возрастам и по должностям
- Хор-са-Исет — «Гор, сын Исиды». Полное имя дела: наследник при живой матери-заступнице.
- Хор-нед-итеф — «Гор, защищающий отца». Форма истца и заступника за умершего; к ней обращаются, когда надо восстановить доброе имя покойного или довести его дело.
- Хор-па-хред, у греков Харпократ, — «Гор-дитя». Голый мальчик с пальцем у губ и локоном сбоку. Палец — жест ребёнка, а не «знак молчания»: греческое понимание Харпократа как бога тайны возникло уже за пределами Египта, из непонятого жеста.
- Иун-мутеф — «Столп матери своей». Жреческая должность и роль: сын, который держит дом матери и совершает обряд по отцу.
- Гор на крокодилах — форма целительная: мальчик стоит на двух крокодилах и держит в кулаках скорпионов, змей, льва и антилопу.
Памятники, по которым это известно
Тексты пирамид Старого царства уже знают Гора-наследника и обряд, где сын оживляет отца. Среднее царство добавляет абидосские мистерии. Новое царство даёт разбирательство целиком как связный рассказ.
Целительный материал в основном поздний. Цыппы — небольшие стелы с Гором на крокодилах — расходятся с Позднего периода и особенно в птолемеевское и римское время. Самый известный крупный образец — стела Меттерниха, изготовленная в тридцатую династию; на ней собрано много заклинаний против укусов, включая рассказ о том, как Исида нашла сына ужаленным, и как её услышал бог солнца, остановивший ладью.
Работали цыппы так: воду лили на камень, она стекала по вырезанным текстам, собиралась в чашу, и её давали пострадавшему пить и обмывали ею место укуса. Это засвидетельствованный обряд, а не догадка: у крупных стел выточены сток и приёмник. Логика прозрачна — вода уносит с камня написанное слово и вносит его в тело.
Сроки, привязанные к отцу
Дни этого Гора привязаны не к его рождению, а к делу отца. Главный срок — месяц Хойяк, осирические мистерии: смерть, поиск, погребение и подъём. Роль сына в них — вести обряд, поднять столп джед и принять наследство. Кто хочет попасть в этот ток, работает по Гору в последнюю треть Хойяка.
Второй срок — любое новолуние: молодой месяц как заново начавшийся наследник. Третий, чисто рабочий: день, когда назначено разбирательство твоего дела — суд, комиссия, переговоры о разделе. Тогда обращение делают на рассвете того же дня, а не заранее.
Что кладут на стол
Стол этого бога — детский и материнский, без тяжести.
- Молоко в белой посуде — главное. Оно кормило ребёнка в тростнике.
- Мёд — ложка, не размазанная, отдельно.
- Свежая зелень и что-нибудь стеблевое: тростник, камыш, высокая трава, на худой конец зелёный лук. Кладётся пучком, стеблями к тебе.
- Вода в широкой чаше — та, которую потом используешь: ею умываются или обмывают больное место.
- Цветок, лучше водяной. Лотос заменяется кувшинкой, лилией, любым цветком, растущим из воды.
- Малая фигурка сокола или мальчика — не обязательна, но если есть, ставится за чашей.
Место — низкое и укрытое: не крыша, как у Хор-ура, а закрытый угол, полка в глубине комнаты, подоконник за занавеской. Ребёнка прятали, и стол его прячут.
Что ему по должности
Просят: вернуть отнятое — долю, наследство, должность, авторство, ребёнка при разделе; выиграть разбирательство, где ты в своём праве; защиты для того, кто мал и один; помощи при укусах, ожогах и всём, что вошло в тело извне; довести до конца дело умершего родителя и снять с его имени грязь.
Не просят: смерти или увечья противнику — обращение сорвётся или обернётся затягиванием; выигрыша там, где ты сам захватчик, — в этой мифологии ты тогда на стороне Сета, и бог работает против тебя; быстрых денег и любовной удачи. Для дальнего пути и открытия дороги есть Упуаут, для наказания — Сехмет.
Полный текст воззвания
Формула под эту задачу, выстроенная по канону главы:
Гор, сын Исиды, дитя тростников, наследник по праву,
тот, кого прятали в Ах-бит, кого жалили, и кто встал,
тот, кто стоял перед коллегией и не отступил восемьдесят лет.
Я называю тебя вслух, и я не в стороне: я — ты в этот час.
Мать моя над водой, и голос её слышен до самой ладьи.
Отнято у меня то, что моё по счёту и по имени.
Пусть скажут «Гор прав» — и пусть скажут это в моём деле.
Пусть у того, кто держит чужое, отсохнет хватка,
пусть язык его путается, когда он говорит перед судьями,
пусть возвращённое войдёт в мой дом и останется в нём.
Яд, вошедший в меня, выйди на землю. Огонь, вошедший в меня, погасни.
То, что было разрешено у богов, разрешено и здесь.
Вода на камне, слово в воде, вода в теле. Держится.
Как отвечает
Первое — движение в бумагах и словах: назначается срок, находится документ, объявляется свидетель. Этот бог работает через процедуру, и отклик у него канцелярский по виду.
Второе — противник начинает суетиться и делать лишнее. В разбирательстве Сет проигрывает не силой, а собственными выходками; та же схема повторяется в живых делах.
Третье, по укусам и воспалениям, — быстрый отток: место укуса перестаёт тянуть, отёк идёт вниз. Отклик здесь не отменяет врача, и египетский жрец-целитель сам сочетал заговор с перевязкой и мазью.
Сбои и их причины
Дело замерло намертво — почти всегда признак того, что ты просил не о возврате, а о наказании. Перепиши просьбу в одну строку: что именно и кому должно вернуться. Если в строке есть чужая беда — обращение недействительно.
Обострилась старая семейная ссора — это в порядке вещей: наследственная тяжба поднимает всю родню. Доводи до конца, не бросай на середине; брошенное дело Гора зависает и тянет.
Стало хуже телу после работы на цыппе — прекрати, обмойся чистой водой, вылей рабочую под дерево и иди к врачу. Целительная сторона этого культа никогда не была заменой лечения, она шла рядом с ним.
Чего в этом нет
Гора-младенца в популярных книгах любят выставлять то прообразом христианского младенца, то держателем «тайного знания» из-за пальца у губ. Первое — построение европейских авторов XIX века, работавших по греческим пересказам; второе — недоразумение перевода детского жеста. Ни того ни другого в египетских текстах нет: там ребёнок в тростнике — это истец, которого надо вырастить до совершеннолетия, чтобы он забрал своё. О принципе отождествления с богом, на котором держится вся эта работа, подробнее сказано в статье об исцелении через цыппы и в разборе спора Гора и Сета.