Осирис — убитый, разъятый и собранный обратно. Он не воскресает к прежней жизни: он получает другую, полноценную власть в другом месте. Поэтому его ведомство — не выздоровление, а продолжение через смерть: род, наследство, зерно, имя, которое остаётся после человека.
Собранное тело
Ядро всей египетской посмертной практики держится на одном действии: разъятое собрали и запеленали, и оно ожило настолько, чтобы править. Всё, что делают с умершим, — повторение этого действия, и мёртвого прямо называют «Осирис такой-то». Замещение здесь работает буквально: ты не подражаешь богу, а становишься тем же случаем.
Второе — маа-херу, «правогласный». Осирис выиграл тяжбу против Сета перед судом богов, и его слово было признано истинным. Отсюда высшая цель на суде — быть оправданным по слову, а не помилованным по милости. Умерший, названный маа-херу, юридически чист.
Третье — зерно. Осирис в текстах прямо связан с ячменём: то, что зарыто и мертво, всходит. Отсюда «осирические сады» и корн-мумии — фигуры бога из ила и зерна, которые поливали и давали прорасти. Это ритуальная практика, известная в основном по Новому царству и позднее.
Эпитеты и что каждый открывает
- Уннефер (Уннефер маа-херу) — «пребывающий совершенным». Главный праздничный титул: обращение к нему в силе, а не в скорби.
- Хентиаментиу, первый из западных — владыка умерших. Адрес по делам покойных родственников.
- Владыка Абджу — абидосский храмовый адрес, самый весомый; берётся для больших просьб о роде.
- Неб-ер-джер — «владыка до предела», о власти без границы; редкий адрес, о самом окончательном.
- Владыка молчащих — обращение о тех, кто уже не может говорить за себя: мёртвых, забытых, оболганных посмертно.
- Владыка вечности — о долгом сроке, о том, что должно пережить тебя.
Пласты: Джеду, Абджу и чужое наследство
Осирис вбирает в себя двух более ранних владельцев мест. В дельтовом Джеду (Бусирисе) до него стоял Анджети — пастуший бог с плетью и посохом, и посох с плетью Осирис забирает вместе с городом. В Абджу (Абидосе) хозяином был Хентиаментиу, шакалий бог западного некрополя, — и его имя становится осирисовым эпитетом. Оба перехода происходят к концу Старого царства и в Первый переходный период.
Дальше — важнейшая перемена: то, что в Старом царстве было царской привилегией, к Среднему царству становится доступно любому, кто может оплатить погребение. Тексты саркофагов и потом «Книга мёртвых» Нового царства делают Осирисом каждого умершего. Это не «упадок», а расширение права.
Абидосские мистерии описаны на стеле Ихернофрета — памятнике Среднего царства, времени Сенусерта III: чиновник рассказывает, как снаряжал шествие, ладью нешмет, бой с врагами бога на пути и возвращение. Это единственное развёрнутое свидетельство о ходе действа изнутри, и на него опираются все реконструкции.
Дни
Главное — Хойяк, четвёртый месяц Ахет. В его последней декаде идут осирические обряды: изготовление и погребение зерновой фигуры, ночное бдение, оплакивание двумя женщинами в роли Исиды и Нефтиды. Завершается всё поднятием джеда в последний день месяца — знак того, что хребет стоит.
Второе — Вагет, старый праздник поминовения умерших в первом месяце года, и связанный с ним выход к могилам.
Третье, домашнее: годовщина смерти твоего покойного и любой день, когда решается дело о наследстве или об имени рода. Ночь — его время суток; работа с Осирисом ставится после заката.
Стол приношения и хетеп-ди-несу
Основа — старая формула хетеп-ди-несу, «жертва, которую даёт царь»: хлеб и пиво, быки и птица, алебастр и полотно, и всё доброе и чистое, чем живёт бог.
- Холодная вода — возлияние. Кебех, охлаждение, — первое и главное; вода льётся на землю, а не остаётся в чаше.
- Хлеб — ячменный, лучше домашней выпечки.
- Пиво — чаша.
- Зерно — горсть ячменя или пшеницы в плошке с влажной землёй, чтобы проросло. Ставится и остаётся.
- Лук — головка, целая.
- Полотно — полоса белой ткани, свёрнутая.
- Ладан — щепоть, зажигается в конце.
Чего не ставят: рыбы — рыба в осирическом счёте связана с тем, что съело недостающую часть тела; свинины — животное Сета; ничего гнилого. Крови на его столе тоже не нужно.
Проросшее зерно потом высаживают в землю или на могилу. Воду выливают на растущее.
О чём просят и о чём не просят
Просят: о своих умерших — покоя, оправдания, чтобы имя не забылось; о наследстве и разделе, чтобы вышло по правде; о непрерывности рода и дела; о том, чтобы разорванное собралось — семья, репутация, разваленное хозяйство; об оправдании себя после клеветы; об урожае и о всём, что растёт.
Не просят: быстрой удачи, любовного дела, победы над врагом ударом. Осирис не бьёт: бьют за него Хор и Анубис, а он выигрывает судом. Не просят у него и исцеления острой болезни — там Сехмет и Исида.
Цена жёсткая и старая: он берёт временем. Дела его ведомства решаются медленно и в правильном порядке, и попытка ускорить обрушивает всю постройку. Кто идёт к Осирису, соглашается ждать.
Полный текст воззвания
Читается ночью, после заката, стоя, с возлиянием воды на землю в начале и в конце. Голос ровный, без плача.
Рабочее переложение формулы:
Слава тебе, Осирис Уннефер, правогласный, владыка Абджу.
Слава тебе, первый из западных, владыка молчащих, владыка вечности.
Ты был разъят — и собран; ты был уложен — и встал; ты был обвинён — и оправдан по слову твоему.
Хребет твой поднят, и стоит, и не гнётся.
Ячмень всходит из земли, куда его положили мёртвым, — так всходит и всё твоё.
Вот вода холодная, пролитая тебе; вот хлеб, вот пиво, вот зерно в земле, вот лук, вот полотно.
Хлеб и пиво, быки и птица, алебастр и полотно — всё доброе и чистое, чем ты живёшь.
Прими это за [назвать имя умершего или своё дело].
Собери разъятое, как собрали тебя, и не оставь ни одной части на стороне.
Дай имени не пропасть и слову моему быть признанным истинным.
Что посеяно — пусть взойдёт; что оболгано — пусть будет оправдано; что молчит — пусть будет услышано.
Я правогласен перед тобою.
Сказано над водой — и стоит.
После закрепки воду доливают и оставляют стоять до утра, не убирая.
Признаки отклика
Отклик медленный. Первый признак — сны: умершие приходят спокойными, без просьб и упрёков; если родственник снился тревожным и перестал — это его ответ. Второй — начинают находиться документы, вещи, старые письма, части разрозненного. Третье — зерно на столе всходит ровно и дружно; невсхожесть в традиции читают как отказ и повторяют стол через месяц.
Сбой: дело пошло, но легло на тебя долгом — на тебя вдруг перевесили заботу о семье, о могилах, о родне. Это не наказание, это условие: его ведомство отдаёт целостность тому, кто её поддерживает.
Второй сбой: попытка торопить. Признак — внезапный откат к худшему, чем было. Здесь ничего не переигрывают: ждут срока и заново ставят стол в Хойяк.
Чем это отличается от соседей
От Анубиса: Анубис — работник погребения, он бальзамирует, ведёт и охраняет. К нему идут за самим переходом и за защитой места. Осирис же принимает и утверждает.
От Хора: Хор — наследник, который отбивает своё силой и тяжбой. Живой спор об имуществе — его, посмертное утверждение права — Осириса.
От Атума: Атум закрывает и завершает. Осирис ничего не закрывает, он передаёт дальше.
От Сокара: Сокар — глухая мемфисская ночь и мастерская мёртвых; часто слитый с Осирисом в Хойяк, но по-своему. К Сокару идут за работой в темноте, к Осирису — за всходом из неё.
Приписанное чужое
Осириса постоянно подают как «умирающего и воскресающего бога» по схеме, придуманной сравнительным религиоведением XIX века, и дальше — как прототип христианской пасхи. Египетский Осирис к живым не возвращается: он получает власть в Дуате, а на земле его сменяет сын. Вторая привычная выдумка — «мистерии Осириса как ступени посвящения»: абидосское действо было публичным шествием и храмовым обрядом, а не тайной инициацией с градусами; градусы пришли из масонской литературы XVIII века. И реинкарнации в индийском смысле здесь тоже нет: египетские тексты говорят о выходе днём и о жизни ба, а не о новом рождении в новом теле на земле.