Атум — тот, кто был до всего и кем всё кончится. Его имя тянут к двум противоположным значениям, «полный» и «несуществующий», и в египетском счёте это одно и то же состояние: цельное, ещё не разошедшееся на части. К нему идут не за началом дела, а за его завершением.
Первый холм и первая усталость
По гелиопольскому счёту Атум возник сам в водах Нуна, встал на поднявшемся холме и произвёл из себя пару — Шу и Тефнут. Дальше пошла девятка, Эннеада: Геб и Нут, затем Осирис, Исида, Сет, Нефтида. Всё население мира выведено из одного тела, и это делает Атума не «первым среди богов», а тем, внутри кого остальные до сих пор помещаются.
Второе его лицо — вечернее солнце. Ра в зените, Хепри на восходе, Атум на закате: старик с посохом, идущий к западу. У него же ночная баранья голова. Отсюда рабочее правило: Атум отвечает за спуск и за то, чтобы спуск был правильным, а не обвалом.
Третье — он тот, к кому всё вернётся: в речениях о конце времён мир уходит обратно в воды, и остаются Атум и змей. Это не проповедь о конце света, а описание границы: у любого хода есть предел, и предел принадлежит ему.
Имена, которыми его берут
- Атум, владыка Обоих Земель, Гелиополитанец — полный титул, общегосударственное обращение, годится для любого дела в его ведомстве.
- Неб-ер-джер, владыка до предела — когда нужно поставить границу и дальше не пускать.
- Возникший сам собою — когда начинать приходится без опоры, из ничего и в одиночку.
- Тот, кто на закате — вечерний адрес, о завершении дня и подведении черты.
- Отец богов — обращение о роде, о наследстве, о том, что передаётся вниз.
- Тот, кто поднимает — в Текстах пирамид он берёт царя за руку и ставит на ноги. Адрес о выходе из ямы после падения.
Где стоял его дом
Иуну — Гелиополь. Атум там хозяин, Ра — форма, и жреческий счёт постоянно склеивает их в Ра-Атума. Культ древний и общегосударственный: Атум присутствует в Текстах пирамид (Старое царство, V–VI династии) как главная опора царского восхождения, и остаётся в этой роли до конца.
Второй центр — Пер-Атум в восточной Дельте, «дом Атума», библейский Пифом. Он поднимается позже, в рамессидское время и особенно в Поздний период, и связан с восточной границей. Это осмысленно: закат, предел, край земли и застава — один регистр.
Дни и время
Основное время — закат, от касания солнцем горизонта до полной темноты. Второе — последние дни года, пять добавочных дней и канун Упет-ренпет: это время, когда старый круг закрывается. Третье — новолуние в его убывающей части, но лунный счёт для Атума не главный.
К Атуму не обращаются на восходе: утренняя просьба, поданная вечернему богу, отвечает закрытием.
Стол приношения
Ставится на заходе, лицом на запад, лучше всего на земле или на низком столике — Атум сидящий и старый, ему не поднимают жертву высоко.
- Вода — чаша, наливается первой, как везде.
- Хлеб — тёмный, из цельного зерна, преломленный рукой, не резаный.
- Финики и инжир — сушёные, сладость позднего времени; на вечернем столе они устойчивы.
- Лук — одна головка, целая, неочищенная. Лук в египетском обиходе принадлежит подземной и вечерней стороне.
- Пиво — одна чаша, тёмное, без пены.
- Ладан — один шарик, зажигается последним, когда солнце уже ушло.
- Посох или палка — не еда, а знак: прислоняется к столу. Атум опирается, и опора при нём должна быть.
Красное на этом столе допустимо, в отличие от солнечного стола Ра: вечер и есть красное. Не ставят живого и растущего — цветов в горшке, проросшего зерна, ничего с корнями. Это стол закрытия.
Остатки не хранят до утра. Съедобное съедают в ту же ночь или отдают, воду выливают на запад от дома.
О чём просят и о чём не просят
Просят: закрыть тянущееся — суд, долг, ссору, болезнь, отношения, которые давно кончились и не отпускают; поставить границу; уйти чисто, не оставив хвостов; спокойной старости и спокойной смерти — своей и чужой; о наследстве и о том, чтобы род не прервался; выйти из ямы, когда упал так, что вставать не с чего.
Не просят: любви, зачатия, роста, денежного оборота, победы в состязании, начала предприятия — всё это восходящая половина, и там Хепри, Хатхор, Мин, Хор. Не просят у Атума и суда над мёртвым: судит Осирис.
Плата у него простая и жёсткая. Атум закрывает то, о чём попросили, и закрывает целиком. Просьба «пусть эта история кончится» может кончить и то, что было в ней тебе дорого. Формулировать надо узко, называя ровно тот предмет, который готов потерять.
Полный текст воззвания
Читается на закате, сидя или на одном колене, лицом на запад, тихо. Громкость здесь не работает: у вечернего бога говорят вполголоса.
Рабочее переложение формулы:
Слава тебе, Атум, владыка Обоих Земель, Гелиополитанец.
Слава тебе на закате, когда ты сходишь к западу и опираешься на посох.
Ты был в водах, когда не было ни неба, ни земли, ни двух берегов.
Ты встал на холме, который поднялся первым, и не было под тобою другого.
Из тебя вышли Шу и Тефнут, и Геб и Нут, и те, кто после них, — и всё, что есть, ещё в тебе.
Ты владыка до предела, и предел твой не переступает никто.
Вот вода перед тобою, вот хлеб, преломленный рукою, вот финик и лук, вот тёмное пиво.
Я не прошу нового, я прошу конца.
Закрой то, что тянется: [назвать одну вещь].
Свяжи его и уложи, как укладывают день, и не дай ему встать на рассвете.
Возьми меня за руку, как берёшь ты упавшего, и поставь на ноги.
Границу мою положи там, где я её называю, и пусть не переходят её ни голос, ни рука, ни память.
Ты полон, и я цел в тебе.
Сказано на закате — и стоит.
После закрепки не говорят вслух ничего до утра о названном предмете. Если сказать — открываешь обратно.
Признаки отклика
Первый — тишина. Дело, которое гудело, перестаёт напоминать о себе: не разрешается победой, а просто исчезает из повестки. Второй — люди, связанные с закрытым, отваливаются сами, без объяснений и без скандала. Третий — характерная тяжёлая сонливость в первую ночь и очень чёткий сон под утро, часто про дом, дорогу на запад или про старика.
Сбой первого рода: закрылось шире, чем просил. Это самая частая ошибка, и лечится она не «отменой» — Атум не отменяет, — а тем, что заново отстраиваешь нужное с другого адреса, с Хепри или Хора, как строят новое, а не чинят старое.
Сбой второго рода: ничего не сдвинулось и осталось глухое раздражение. Обычно это значит, что названная вещь была не той: ты закрывал следствие, а держится причина. Ставь стол заново и называй причину.
Соседи и границы
От Ра: Ра — ход дня, Атум — его конец. Одна просьба к обоим сразу гасит сама себя.
От Хепри: прямая пара наоборот. Хепри выводит из ничего, Атум сводит в ничто. Их ставят подряд, а не вместе: сначала закрой у Атума, назавтра открой у Хепри.
От Осириса: Осирис — мёртвый, который живёт и даёт зерну всходить; его ведомство продолжение через смерть. Атум ничего не продолжает, он завершает. За умершим родственником идут к Осирису, за концом истории — к Атуму.
Приписанное чужое
Атума в популярной литературе часто подают как «единого бога», из которого якобы вышел монотеизм, а его самопорождение объявляют египетской версией индийского Атмана — из-за случайного созвучия. Родства тут нет: слова из разных языковых семей, и гелиопольское творение вполне телесно и множественно, оно как раз производит богов, а не отменяет их. Не ищи у Атума и «энергий», планетарных соответствий, «архетипа Самости» — это словарь XIX–XX веков, наложенный поверх. Египетский Атум описывается двумя словами: полнота и предел.