Оселотль — четырнадцатый знак, и репутация у него худшая во всём ряду. Рождённому под ним предсказывали не бедность и не болезнь, а плен: он кончит на камне. Разбирать этот день без понимания, чем ягуар был для Мезоамерики, бессмысленно — здесь зверь старше самого счёта.
Ягуар до всякого календаря
Ягуар — самый древний персонаж мезоамериканской религии. Его лепили ольмеки за полторы тысячи лет до мешиков, его носили на себе правители, его шкура была знаком власти раньше, чем перья. Причина не в силе как таковой: ягуар охотится ночью, ходит бесшумно, плавает, лазает и берёт добычу сверху и со спины. Это не хищник поединка, а хищник исчезновения.
Отсюда его роль. Ягуар — зверь ночи и пещеры, то есть зверь того, что находится внутри земли и внутри человека. Оселотль в счёте дней означает не силу и не храбрость, а ту сторону мира, куда не проходит свет.
Первое солнце кончилось ягуарами
По счёту эпох первым было Науи Оселотль, четыре-Ягуар. Оно длилось долго и кончилось тем, что солнце погасло, а ягуары вышли и съели людей той эпохи. Не потоп, не ветер, не огонь — звери. Знак ягуара несёт на себе память об этом конце, и толкователи это помнили: день считался таким, когда съеденным может оказаться кто угодно.
Ту же эпоху связывают с Тескатлипокой, который сам обращается в ягуара и в этом облике зовётся Тепейольотль, «сердце горы». Тепейольотль — один из Девяти Владык Ночи, и его голосом объясняли эхо в горах: рёв, который отвечает из камня.
Имя, покровитель, сторона
Оселотль — «ягуар». Покровитель дня — Тласольтеотль, «богиня нечистоты», хозяйка того, что человек делает тайно: похоти, измены, сокрытого поступка. Она же единственная, кто эту грязь съедает и тем очищает — «пожирательница нечистот». Часть сводов ставит над знаком Тепейольотля, и это чтение тоже держится.
Сторона света — север, Миктлампа. Север у науа — холод, ночь, мёртвые и колдовство; ягуар туда ложится плотно.
Характер дня
Флорентийский кодекс о рождённых под этим знаком говорит без утешений: такой человек будет взят в бою, окончит пленником, ляжет на жертвенный камень. Ему предсказывали смелость и одновременно неминуемое поражение — храбрость, которая не спасает. Знатному, родившемуся в этот день, предрекали потерю дома и падение рода.
Есть и рабочая, не приговорная сторона. Толкователи связывали Оселотль с теми, кто берёт скрытно: с ночными людьми, с ворами, с науалли-перевёртышами, для которых ягуар — первый и главный облик превращения. Науалли, по представлениям науа, оборачивался прежде всего ягуаром, реже совой или койотом; об этом ремесле речь идёт отдельно, в статье о науализме.
Тресена Се-Оселотль — вторая по счёту в году-цикле, и её отдают Кецалькоатлю. Тринадцатидневку называли временем, когда судьба человека выясняется помимо его воли: под ней родившимся предсказывали рабство или плен, но давали и лазейку — усердием и постом долю можно было выправить.
Орёл и ягуар
В мешикском войске два высших воинских звания назывались куаутли и оселотль, орёл и ягуар. Различие не декоративное: орлиные воины связаны с солнцем и с открытым боем, ягуарьи — с ночью, засадой и захватом пленных живьём. Захват живьём и был главной задачей мешикской войны, потому что храм требовал живых, а не убитых. Ягуарий день годился именно для этого: не убить, а взять.
Кому день годится
- Всё, что делается скрытно и берёт сразу: внезапный разговор, требование в лоб, захват позиции, которую иначе не отдадут.
- Работа с тем, что человек прячет от себя: признание, разбор собственной грязи, снятие стыда. Это прямая линия Тласольтеотль, и она в традиции важнее злых чтений.
- Ночная работа любого рода, включая вредоносную. Знак к ней расположен и не притворяется.
- Дела в горах, в пещере, у камня. Тепейольотль сидит там, и день слышен именно в таких местах.
Чего в этот день не делали
- Не выходили в путь в одиночку и не оставались на ночь вне дома. Правило это дожило в мексиканских деревнях до сегодняшнего дня, уже без ягуаров.
- Не носили ребёнка на люди и не показывали новорождённого. Знак считался хватким на детей.
- Не мирились и не заключали союзов: договор, заключённый в Оселотль, толковали как ловушку одной из сторон.
- Не давали в долг и не отдавали вещь из дома.
Порядок работы на признание
Слой открытый: то, что относится к Тласольтеотль, у науа делалось вслух и без посвящения — с той разницей, что жрец при этом присутствовал.
- Делай ночью, при одном огне, лицом на север. Свидетелей быть не должно.
- Не готовь речь заранее и не записывай. То, что перечитано, в этой работе не считается.
- Назови вслух один поступок. Один, не список: обряд «выпрямления сердца» у науа делался начисто и не повторялся, и растянуть его на перечень значит его обесценить.
- Назови, кому этим сделано плохо, поимённо.
- Назови цену и заплати её в срок, который сам объявишь: вернуть, сказать в глаза, отдать деньгами, отработать. Без названной цены обряд не закрывается.
- Огонь гаси сам, рукой или крышкой, не задувая.
- Четыре дня после — не пить, не спорить, не рассказывать никому, что делал.
Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:
Та, что ест грязь и не морщится. Ночная, что ходит по горам и слышит из камня. Я пришёл один и говорю один раз. Вот что я сделал — и я не называю это иначе, чем оно есть. Вот кому от этого стало худо. Возьми это с меня и съешь, потому что тебе это еда, а мне это камень. Цена такая: сделаю то, что сказал, до срока, который назвал. Не сделаю — бери с меня, и я не буду спорить. Сердце выпрямлено, огонь погашен, второй раз просить не приду.
Отклик и опасность знака
Отклик по этому дню приходит через тяжесть, а не через облегчение: первые сутки бывает хуже, чем до работы. Дальше уходит именно та тяга, ради которой всё делалось, — и уходит резко, а не постепенно. Ягуарий день вообще не работает мягко.
Опасность у знака одна и настоящая. Тласольтеотль берёт названное, но берёт и того, кто врёт при назывании: приукрасил, свалил на другого, назвал мелкое вместо крупного — и работа не просто не идёт, а поворачивается на тебя тем же местом. В традиции это описано как возврат: сокрытое всплывает публично, чужими устами и в худшее время. Средства «отменить» тут нет; чинят одним — идут и называют начисто.
Отдельно стоит сказать о фатализме, который в этот знак вчитывают охотнее всего. Науа не считали плохой день приговором. Ребёнку, родившемуся под Оселотлем, наречение имени отодвигали к ближайшему доброму знаку, а самому человеку предписывали пост и строгость — и верили, что долю этим правят. Тональпоуалли не гороскоп: дни здесь не «типы личности», а существа со своим лицом, и человек с ними в отношениях, а не под ними.