Атль — девятый знак в ряду из двадцати, и знак трудный. На языке науатль это просто «вода», без уточнений: не река, не дождь, не море. Вода как вещество, которое берёт любую форму и ни одной не держит, — отсюда и весь разбор дня, и его дурная слава у толкователей.

Место в счёте

Тональпоуалли — счёт из двухсот шестидесяти дней, где двадцать знаков крутятся против тринадцати чисел. Атль стоит девятым: после Точтли-кролика и перед Ицкуинтли-собакой. Его сторона света — восток, Тлауицтлампа, «сторона рассвета»: знаки распределены по четырём направлениям по кругу, и каждый пятый снова возвращается на восток.

С покровителем дня хуже. В списках группы Борджиа и в поздних толкованиях над Атлем ставят Шиутекутли — владыку огня, старого бога очага. Часть исследователей и часть современных мексиканских счётчиков дней отдаёт день Чальчиутликуэ, «той, что в юбке из нефрита», хозяйке проточной воды. Расхождение не мелочь: от того, кто стоит над днём, зависит, кому в него приносят. Опираться разумнее на первый вариант, но знать про второй и не выдавать свой выбор за единственный.

Парадокс тут только на первый взгляд. У науа огонь и вода — не противоположности, а пара, которой описывается война: атль-тлачинолли, «вода-и-пожарище», стандартная метафора военного похода в речах и в поэзии. Знак воды под властью бога огня — та же связка, свёрнутая в один день.

Характер дня

Флорентийский кодекс говорит о рождённых под водными знаками жёстко: их судьба «прольётся». Человек наберёт и потеряет, поднимется и осядет, наживёт дом и лишится дома. Ему предсказывали бедность не по лени, а по утечке: что приходит, то и уходит. Вторая линия толкования — жертвенная: рождённого в этот день могли назвать отданным водяным, то есть тем, кто кончит в воде или на камне.

Отсюда сразу главное правило всей системы, и оно сильнее любого дурного знака. Судьба дня у науа не приговор. Ребёнка, родившегося под скверным знаком, не хоронили заживо в этой судьбе: повитуха купала его сразу, а наречение имени и настоящий обряд откладывали — на день, на два, на четыре, до ближайшего доброго знака внутри той же тресены. Считалось, что имя ставится не на день рождения, а на день наречения, и именно оно ложится в основу тональ — доли человека. Толкователь дней, тональпоуки, за это и получал плату. Об этом отдельный разговор в статье о днях-предзнаменованиях и выборе имени.

Второе смягчение — число. Атль с высоким числом (десять, одиннадцать, двенадцать, тринадцать) читался куда мягче, чем Атль с единицей или с девяткой. Знак задаёт вещество дня, число задаёт его крепость.

Тресена «Один-Вода»

Каждый из двадцати знаков раз в счёте открывает свою тринадцатидневку. Тресена Се-Атль — семнадцатая по порядку, и над ней ставят Чальчиутотолина, «драгоценного индюка», одно из обличий Тескатлипоки. Это существенно: Чальчиутотолин — тот, кто снимает скверну. В его тринадцатидневку приходилось время очищения и признания сделанного, «выпрямления сердца», нейольмелауалистли. Человек, задавленный собственной грязью, шёл к жрецу и выговаривал её вслух — один раз в жизни, потому что второй раз прощения по этой линии не давали.

Так у знака выходят две стороны: вода, которая всё уносит, — плохо для накопления и хорошо для очистки. День Атль работает не на удержание, а на смыв.

Кому день годится

Чего в этот день не делали

Порядок работы на очищение

  1. Возьми проточную воду, а не стоячую: ручей, кран, дождь с крыши. Стоячая вода дню не соответствует.
  2. Ставь сосуд на землю или на пол, не на стол. Земля — вторая сторона обряда, вода должна иметь куда уйти.
  3. Приношение делай малым и без крови: копал в жаровне, зерно кукурузы, несколько капель пульке или воды на землю первым делом — первый глоток всегда идёт земле, это правило соблюдается по всей Мезоамерике до сих пор.
  4. Говори вслух, называя, что смываешь. Не «всё плохое», а поимённо: чей взгляд, чьё слово, какой поступок.
  5. Обмывайся сверху вниз, воду не собирай обратно.
  6. Использованную воду вынеси и вылей на перекрёсток или под дерево, что не плодоносит. Не в дом, не в цветочный горшок, не обратно в тот же ручей выше по течению.

Рабочее переложение воззвания:

Ты, что течёшь и не стоишь, ты, что берёшь любую чашу и ни одной не остаёшься. Я зову тебя не для того, чтобы держать, а для того, чтобы ты взяла. Возьми с меня чужой взгляд, возьми чужое слово, возьми то, что я сделал сам и не хочу нести дальше. Унеси вниз, где земля пьёт, где никто не ищет и никто не вернёт. Старик у огня видит счёт, а ты видишь дорогу. Огонь мне свидетель, земля мне свидетель. Сказал — ушло.

Отклик и разбор

Отклик на водную работу выглядит как убыль, а не как прибыль: становится меньше разговоров, меньше звонков, меньше дел, и первые сутки это читается как пустота и упадок сил. Это ход правильный. Тревожно другое — если после работы началось цепляние: возвращаются старые долги, старые люди, старые ссоры. Такое бывает при двух ошибках. Первая: работал на удержание, а не на смыв, то есть просил в водный день прибавить. Второй: вода вылита там, откуда её несёт обратно, — в свой двор, в раковину, в реку выше по течению от собственного дома.

И последнее, о чём в русскоязычных текстах врут чаще всего. Тональпоуалли — не гороскоп. Здесь нет ни планет, ни домов, ни аспектов, и Атль не «водный знак» в западном смысле. Это счёт, где день сам по себе есть существо со своим лицом и своим владыкой, и человек не «принадлежит» ему, а получает от него долю, которую потом можно править обрядом, воспитанием и трудом. Кроме того, непрерывный счёт науа был прерван колонизацией: сегодняшние пересчёты дат опираются на реконструкции, которые расходятся между собой на несколько дней. У майя горной Гватемалы счёт не прерывался — у науа прерывался, и честнее это признать, чем выдавать таблицу за точную.