Федосья-колосяница — 29 мая по старому стилю, 11 июня по новому. Рожь в эту пору выходит в колос, и день назван по этой работе поля, а не по человеческой. При этом Федосья держит в календаре редкую репутацию: её числят самым худым днём года. Оба обстоятельства связаны напрямую и вместе задают всё поведение в этот день.
Худой день: откуда репутация
Присловья о Федосье звучат жёстко: «Федосья — одна за все злыдни», «Федосьи-колосяницы — самые худые именины». Дурная слава дня в записях объясняется по-разному, и единого объяснения нет. Наиболее внятная линия такая: день попадает на пору, когда рожь стоит на цвету — в самом уязвимом своём состоянии.
Цветущий колос сбивается от ветра, от дождя, от холодной ночи. Одно неудачное утро в эти дни решает годовой хлеб. Отсюда общее для русской полосы правило: рожь на цвету не тревожат. В поле не кричат, не поют, не свистят, не гоняют скот через полосу, не рвут травы на меже. Тишина здесь — техника безопасности, переведённая в обряд, и напряжение этой тишины легло на весь день.
Второе объяснение — календарное. Федосья садится между весенними сроками и Петровским постом, в пустое хозяйственное место: сев кончился, жатва не началась, а поле уже нельзя тронуть. День без работы и без права вмешаться традиция читает как день, отданный чужой воле, — потому и худой.
Поэтому на Федосью не начинают ничего нового: не закладывают сруб, не входят в новый дом, не отправляются в дальний путь, не берут и не дают в долг, не играют свадеб, не заводят тяжбы. Работу, начатую в этот день, называют «начатой без хозяина». Правило это соблюдалось не везде одинаково строго, и в южных губерниях о худой славе Федосьи говорят слабее, чем на Севере.
Что делают с колосом
Обрядовая часть дня целиком развёрнута к полю, и главный ход — обход своей полосы. Идут туда рано, до жары, но уже по сошедшей росе: мокрого цветущего колоса не касаются.
- Из дома выходят с краюхой ржаного хлеба и солонкой. Хлеб берут от вчерашней выпечки, целый, не начатый ножом.
- Идут молча, дорогой, а не полем. По цветущей ржи не ходят и полосу не пересекают.
- Обходят свою полосу по меже посолонь один раз, глядя на колос, но не трогая его руками.
- На дальнем от дома углу полосы отламывают от краюхи кусок, солят и кладут на межу — на землю, не на камень.
- Возвращаются к началу межи и читают приговор, стоя лицом к полосе, спиной к дороге.
- Остаток краюхи несут домой и в тот же день скармливают скотине.
Осмотр колоса при обходе — не формальность. Смотрят на три вещи: ровно ли идёт цвет по полосе, нет ли на колосьях чёрных рожков, нет ли пятен, где колос вышел щуплым и лёгким. Чёрный рожок — спорынья — читался как знак чужой работы по полю, и с ним обходились отдельно: такие колосья не выламывали в этот день, а помечали прутом и убирали при жатве, в рукавицах, не пуская в общий сноп.
Хлеб скотине
Вторая половина дня отдана скоту. Оставшуюся краюху разламывают и дают всей скотине двора — корове, лошади, овцам, — начиная со стельной и кончая молодняком. Логика простая и в традиции проговорена: хлеб, побывавший на меже в день колошения, связывает поле и двор. Через него урожайная сила переводится на приплод.
Правила раздачи:
- Хлеб не режут ножом, а ломают руками.
- Каждому животному дают из левой руки, придерживая правой за холку или за рог.
- Первой кормят корову, дающую молоко; последним — телёнка или жеребёнка этого года.
- Крошки со стола и с рук не сметают на пол, а собирают и досыпают в кормушку.
- Хлеб этот не дают собаке, кошке и птице.
В части губерний в тот же день скотину впервые выгоняли на отаву или меняли выпас — и тогда обход полосы и кормление сливались в один ход. Ранний выгон с его собственным порядком разобран отдельно, в статье о Егорьевом дне; здесь работает укороченный вариант без пастушьего отпуска.
Текст к цветущему полю
Рабочий текст, выстроенный по канону северных записей. Читают на меже, вполголоса — в этот день над полем не поднимают голоса.
Встану я, раб Божий, благословясь, пойду перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, дорогою торною, тропою узкою, на своё поле, на свою полосу, к своему колосу. Стоит моя рожь на цвету, стоит тихо, стоит бело. Мать сыра земля, ты её родила, ты её и держи. Заря утренняя, ты её умой, заря вечерняя, ты её укрой. Ветер полуденный, дуй тихо, ветер полуночный, обойди стороною, туча градовая, пройди дальнею дорогою. Не дай моему колосу пустоты, не дай ему чёрного рожка, не дай ему пятна и порчи, не дай ему чужой руки и чужого счёта. Как земля моя не сдвинется, как межа моя не сойдёт, так и слово моё не переменится. Хлеб на межу положен, доля отдана, слово закрыто. Аминь.
После текста от полосы отходят задом три шага и только потом поворачиваются.
Запреты, которые держат весь день
- В поле не кричат, не поют, не аукаются, не свистят, не стреляют.
- Не пускают через полосу скот и не гонят по краю стадо.
- Не рвут на меже траву и цветы, не косят подкос.
- Не начинают новых дел, не входят в новый дом, не отправляются в дорогу дальше ближней деревни.
- Не дают из дома взаймы — ни денег, ни зерна, ни утвари.
- Не ссорятся и не бранятся при людях: ссора на Федосью считалась вошедшей в год.
- Не берут в руки цветущий колос без нужды. Смотреть можно, трогать нельзя.
Отклик и сбой
Отклик читается через несколько дней, когда цвет сойдёт. Признаки: колос налился ровно по всей полосе, без прогалов, пустых колосков в горсти мало, солома стоит прямо и не полегла после первого же дождя. По меже, где положен хлеб, не должно быть разрытого места — если хлеб взяла птица, это ход обычный, если он раскопан зверем или собакой, дело читают как отказ.
Сбой опознают по трём приметам: полоса зацвела неровно и пятнами, колос лёгкий на руку, в горсти попадаются чёрные рожки. Спорынью в традиции толкуют двояко — как хворь поля и как подложенный убыток. Разбирать, что именно случилось, начинают с межи: смотрят, не подрезан ли дёрн, не воткнуто ли что чужое, не пропахана ли борозда поперёк.
Если найдено чужое — воткнутый прут, узел, кость, горсть чужой земли, — вынимают не рукой, а прутом или лопатой, не разглядывая, и относят на текучую воду. Приёмы съёма закладов подробнее разобраны в материале о порче на след и на межу. Если ничего не найдено, работу не повторяют на Федосью — второго такого дня в году нет. Ждут Петрова дня или зажина и переводят дело на защиту урожая при жатве, где обряд с первым снопом даёт новую точку опоры.