Вторник масленой недели отдан молодым и устроен как публичный смотр. Деревня выводит на горы всех, кто на выданье, и всех, кто женился за прошлый год, и рассматривает их в упор. Заигрыш — не забава на льду, а последняя большая возможность сговориться до Великого поста.
Зачем неделе смотрины
Венчать в Великий пост нельзя, а после него первая свадебная пора — Красная горка, через неделю после Пасхи. Между заигрышем и венчанием ложится больше двух месяцев, и всё это время идёт сватовство, торг о приданом, уговор родни. Значит, сговориться надо сейчас.
Отсюда порядок дня: с утра по дворам ходят позыватки — посланные звать на блины и на горы, и зов имеет обрядовый вид, а не бытовой: «горы готовы, блины испечены — просим жаловать». Отказ от такого зова считается обидой дому, и после отказа сватовства между этими дворами уже не ведут.
Девушки надевают лучшее, что есть, и не по одному наряду за день: на горы выходят в одном, к вечеру переодеваются в другое. Смотрят не только на лицо — смотрят на шубу, на платок, на сапоги, потому что через них читают достаток семьи.
Рабочий текст, выстроенный по канону северных записей, — наговор на умывание перед выходом на горы, читается над водой в ковше, вода не сливается, а сплёскивается на порог:
Встану я до свету, до петухов, умоюсь водой не мутной, утрусь не полотном, а подолом. Вода ты вода, ты течёшь и всё моешь, ты всякому в глаза глядела и от всякого уходила. Смой с меня хмурь, смой с меня усталь, смой с меня чужое слово и чужой глаз. Дай мне ходить лебедью, глядеть соколом, говорить негромко да слышно. Как на белый снег всякий глядит, как на светлый огонь всякий глядит, так пусть и на меня глядят на горах, у ворот, за столом и по всей улице. Не на платок мой, не на шубу мою — на меня саму. Кому от меня отвернуться — тому и не быть моим. Слово моё на воде, вода на пороге. Аминь.
Кто с кем катается
Катание с гор во вторник идёт уже парами, и это отличает заигрыш от понедельника, где съезжают поодиночке.
- Парень зовёт девушку скатиться; она садится впереди, он сзади, правит сам.
- Внизу с девушки требуют выкуп поцелуем, и это открыто, при всех. Отказ обсуждается всей улицей.
- Отказать в самом катании девушка права имеет, но за отказ платит: об этом говорят всю неделю, и на её счёт приходит слово, что она «горда».
- Парни катают ту, к которой присматриваются, по нескольку раз подряд. Счёт съездов ведут и запоминают — по нему потом угадывают, к кому пойдут сваты.
Ко вторнику же относят первые катания на лошадях: молодёжь ездит по деревне с бубенцами, лентами в гривах, с криком и гармонью. Большие конные объезды идут позже, в широкий четверг.
Долгий лён
Женская часть дня — та, где катание перестаёт быть игрой и делается работой на урожай.
Замужние молодухи и бабы катаются с горы на долгий лён: чем дальше проедешь, тем длиннее вырастет волокно. Едут не на санках, а на донце от прялки, на обледенённой доске, на перевёрнутой лавке, на шкуре.
Порядок такой:
- Берут своё донце, не чужое и не одолженное. Чужим донцем катать свой лён нельзя.
- Съезжают по одной, не толкаясь, и на каждый съезд загадывают одну полосу льна.
- На съезде кричат в голос: «Долгий лён, долгий лён!» — молча ехать без толку.
- Проехавшую дальше всех в деревне запоминают: её в этот год зовут прясть первой на супрядках.
- После катания донце не дают никому до Пасхи и не оставляют на морозе — заносят в дом и ставят к прялке.
Тот же счёт применяют не только ко льну: где сеют коноплю, катаются на долгую поскань, а где нет ни того ни другого — на здоровье скотины и на рост детей. Логика одна и та же и разобрана в статьях о продуцирующей магии календаря.
Столбы: новожёны на виду
Отдельный обряд вторника, в записях известный как столбы. Пары, обвенчавшиеся за прошедший год, выходят на улицу и становятся рядами вдоль дороги, нарядные, взявшись за руки. Стоят на виду, как столбы, и деревня ходит мимо и смотрит.
Проходящие вправе крикнуть «Порох на губах!», и по этому крику молодые обязаны поцеловаться при всех. Кричат сколько хотят и кому хотят, отказаться нельзя.
Смысл прямой: новая пара показывается миру целиком и получает признание. Пока молодые не отстояли столбы, их в общине держат ещё не вполне женатыми, а к тому же считают, что открытая, прилюдная ласка молодых в эту неделю идёт на плодородие — и людское, и полевое.
В части местностей столбы ставят не во вторник, а в субботу или в прощёное воскресенье, и записи здесь расходятся; общее только то, что новожёнов на масленой неделе непременно выводят на люди.
Блинные гадания вторника
Гадают весь день, коротко и без большого чина — большие гадания остаются за Святками.
- На имя. Девушка выносит свой первый блин на улицу и спрашивает имя у первого встречного мужчины: так будут звать суженого.
- Под подушку. Блин, испечённый молча и ни с кем не разделённый, кладут под подушку — суженый придёт во сне за ним.
- По сковороде. Первый блин снялся целым — свадьба в этот год; порвался — год ещё девичий; пристал намертво — в доме кто-то держит на девке недоброе слово.
- С закладкой. В блин запекают монету, соль или уголь и раздают в кругу: монета — к достатку, соль — к слезам, уголь — к отказу.
Ряженые выходят
С вечера вторника по деревне начинают ходить первые ряженые — медведь с поводырём, коза, конь, старик со старухой. В полную силу ряженье разворачивается в четверг, и о нём в статье о разгуле, но заигрышный вечер уже принадлежит им.
Правило одно и жёсткое: ряженого не окликают по имени и не узнают вслух. Названный по имени ряженый в тот же вечер снимает личину и домой идёт один, а на дом, где его назвали, ложится дурная примета.
Цена заигрыша
Всё, что делается во вторник, делается при свидетелях, и это его главная особенность. Здесь не бывает тихой ворожбы наедине: и катание, и поцелуй, и столбы — обряды публичные, а сила у них общинная.
Цена за это тоже общинная. Кто отказал позываткам — потерял сватов. Кто отказал в поцелуе внизу горы — получил прозвище на год. Кто на столбах отвернулся от жены — дал деревне повод считать брак нескладным, и это тянется дольше самой обиды.
Признак, что день прошёл как надо: к вечеру у девушки есть, с кем она съезжала не однажды, и у обеих родней есть о чём говорить. Если после заигрыша к дому не ходят и не зовут — до Красной горки дело уже не сладится, и сватовство откладывают до осеннего свадебника, о котором сказано в обзоре октября.