Ноябрь стоит на стыке: осень уже отдана, зима ещё не села. Отсюда его двойная работа — доделать расчёт с мёртвыми и со двором, догулять последние свадьбы и войти в пост. Месяц короткий по делу и плотный по обрядам: почти каждая крупная дата что-нибудь закрывает.

Ворота зимы

Имена месяца прямые: грудень — от мёрзлых груд на разбитой дороге, листогной, полузимник, бездорожник. Севернорусские записи чаще дают «грудень», южные — «листопад», причём «листопад» в разных местах садится то на октябрь, то на ноябрь, и общего счёта тут нет.

Что месяц закрывает:

Работа переходит в избу и становится ночной: молотьба с огнём, пряжа, посиделки. Отсюда и главные запреты месяца — все они о пряже, огне и разговоре после темноты.

Дмитриевская суббота: последнее осеннее поминовение

Суббота перед Дмитриевым днём, 26 октября / 8 ноября. По нынешнему счёту она приходится на первые числа ноября и в большинстве мест зовётся просто родительской или дедовой.

Порядок обычный для больших поминальных суббот, но с северной особенностью — банной:

  1. Накануне вечером топят баню для родителей. Сами моются первыми и рано; последний пар оставляют мёртвым.
  2. В бане оставляют воду в шайке, веник и чистое полотенце, дверь не запирают. Наутро туда не заходят, пока не рассветёт.
  3. Дома ставят стол: кутья, блины, кисель, любимая еда покойного. Приборы кладут по числу званых.
  4. Первый блин и первую ложку кутьи кладут на подоконник или на божницу, а не в тарелку.
  5. За столом не стучат ложками, не режут ножом, не смеются и не окликают через стол.
  6. Остатки не выбрасывают в помои: несут на межу, в текучую воду или на могилу.

Текст под эту задачу — зов родителей к столу, читается хозяином у порога, лицом в сени, когда стол уже накрыт:

Стану я у своего порога, не благословясь, а поклонясь, отворю дверь на обе стороны, стану лицом на закат. Родители мои, деды мои, прадеды мои, все от роду моего ушедшие, — кто в земле лежит, кто в воде лежит, кто без креста и без имени лежит, — идите ко мне на честной стол. Вот вам баня натоплена, вот вам вода не почата, вот вам веник не ломан. Вот вам хлеб, вот вам кутья, вот вам блин первый, никем не початый. Ешьте досыта, пейте допьяна, грейтесь до поту. А как отойдёте, идите своей дорогой, не оборачивайтесь, никого с собой не зовите, за живым не тянитесь, ни за старым, ни за малым. Дверь за вами закрыта, порог за вами мыт. Аминь.

Отклик читают по бане: наутро вода в шайке стоит не на месте, веник сдвинут, пахнет свежим паром при остывшей каменке. Если после субботы кто-то в доме тяжело спит и слышит ночью шаги — ушли не все: баню перетапливают на девятый день, стол уже не ставят, а только выносят хлеб на межу. Об этом в статье о ходячем покойнике.

Параскева-льняница и запрет на пряжу

28 октября / 10 ноября — Параскева Пятница. По записи день октябрьский, по нынешнему счёту ноябрьский, и для ноября он ключевой: месяц весь льняной.

В этот день не прядут, не ткут, не стирают, не белят холста и не купают детей. Пятница держит такую работу за оскорбление и отвечает спутанной пряжей, болячками на руках, в сильных случаях колотьём и слепотой. Подробности в записях расходятся, но сходятся в главном: наказание идёт по рукам и по глазам — по тому, чем работали.

Вместо работы несут обетное полотенце: холст ткут заранее, от начала до конца в один день, женскими руками и без чужой помощи, и вешают на придорожный крест, на часовню или на почитаемое дерево. Об этом в статье о Параскеве.

Кузьминки: девичий пир и женитьба Кузьки

1/14 ноября, Кузьма и Демьян осенние, курьи именины. Дата держит сразу три разных дела.

Кузнечное. Кузьма и Демьян — покровители кузнецов и всякой сковки, отсюда и свадебная формула: скуй свадьбу крепкую, как железо. По найму в этот день не куют.

Куриное. Режут кур, варят лапшу, просят приплода. Курьи именины держат за женский праздник, и в курятник заходит только хозяйка.

Девичье. Главное. Девушки снимают избу вскладчину — ссыпчина, — приносят крупу, муку и масло, варят и пекут, зовут парней в гости. Хозяйничают весь вечер сами: это прямая примерка будущего замужества.

К концу вечера делают Кузьку: набивают соломой мужскую рубаху и порты, приделывают голову, сажают в красный угол и «женят» на одной из девушек с полным разыгранным чином — сватовством, причётом, свадебным столом. Потом Кузьку выносят, раздирают, солому раскидывают по полю или сжигают на околице.

Это не одна потеха. Внутри — обычный обряд проводов: чучелу дали имя и роль, отгуляли с ним и уничтожили, перенеся на него всё, что уходит вместе с осенью. Тот же ход разобран в статьях о проводах русалки и о масленичном чучеле.

Михайлов день: братчина и закорм дворового

8/21 ноября, Михаил Архангел. По погоде — михайловские оттепели и михайловская грязь: «Михайло мосты мостит», а если распустило, зима встанет позже.

По обряду это день братчины — общинного пира на пиве, сваренном вскладчину. Пиво считают общим, и на пиру мирят поссорившихся: помириться на братчинном пиве — то же, что дать слово при свидетелях.

Второе дело дня — закорм дворового. Скот уже в хлеву, и хозяин двора берёт его под себя на всю зиму.

  1. Кашу варят на молоке, без соли, ставят в глиняной посуде.
  2. Выносят в полночь или до первых петухов, ставят посреди двора либо на порог хлева.
  3. Кладут рядом корку хлеба и щепоть соли отдельно — соль не в кашу, а рядом.
  4. Уходят молча, во двор до рассвета не выходят, собаку в эту ночь во дворе не держат.

Формула держит все обязательные части заговора:

Встану я в глухую полночь, до первых петухов, выйду из избы дверьми, из сеней крыльцом, стану посреди своего двора. Хозяин дворовой, старший над стойлом и над яслями, над копытом и над рогом! Вот тебе каша немолёная, вот тебе хлеб от моего стола, вот тебе соль от моей руки. Прими корм и держи мою скотину зиму зимскую: корову держи молочну, лошадь держи сыту, овцу держи в шерсти, курицу держи в пере. Не гоняй по двору, не путай гривы, не садись на грудь, не тяни молока. А как придёт чужой к моему хлеву с недобрым глазом — стань ему поперёк, спутай ему ноги, отведи ему дорогу. Двор мой — твой, а слово моё — моё. Аминь.

Если наутро скотина в мыле, у лошади сплетена грива, а корова стоит без молока — дворовому подношение не пришлось. Тогда кашу выносят ещё раз, а гриву не расплетают: заплетённое дворовым расчёсывать нельзя, косичку обрезают целиком и сжигают.

Филипповки и конец свадеб

14/27 ноября, Филипп — заговенье, последний день перед Рождественским постом. Свадьбы кончаются разом: до Филипповок венчали спешно, после — не венчают до Крещения. Вечер заговенья гуляют плотно, доедая скоромное, и с ночи дом переходит на постный уклад.

С этого дня зиму считают настоящей: «иней на Филиппа — к урожаю овса, дождь — к урожаю пшеницы». Ночь заговенья кое-где держат за гадательную, но большие гадания откладывают на Андрея и на Святки.

Мелкие числа ноября

Что делает практик в ноябре

  1. Отдай мёртвым их субботу: баня, стол, вынос остатков на межу. Дальше — только Святки и весенние родительские.
  2. Не пряди в Пятницу. Начатое доканчивай до темноты, недопряденное с прялки снимай.
  3. Закорми дворового на Михайлов день и до весны кашу больше не выноси: зимний закорм делается один раз.
  4. Помирись на братчине со всеми, с кем поссорился за год. Ссора, унесённая в пост, тянется до Масленицы, а там развязывается уже дорого — об этом в статье о прощёном дне.
  5. Свадебные дела закрой до Филипповок, после заговенья не сватай и не ворожи на брак до Крещения.
  6. Дальний путь отложи. Ноябрьская дорога несчастлива не по суеверию, а по бездорожью, и обряд тут закрепляет здравый расчёт.