Успение — 15 августа по старому стилю, 28 августа по новому — календарный конец жатвы и конец Успенского поста в один день. Полосу дожинают к этому сроку или под этот срок подгоняют, а если не успели, дожинают позже, но обряд всё равно правят по Успению. Это точка, где годовой хлеб считается взятым и где с полем рассчитываются в последний раз.
Госпожинки: два имени и одна работа
Народные имена дня — Госпожинки, Оспожинки, Спожинки, Дожинки, Обжинки. Слух в них слышит сразу два корня: «госпожа» — Богородица, чьё Успение празднуется, и «жать». Какой корень первичен, спорно; для практики важнее, что оба смысла в обряде работают и не разделяются.
Днём Успения закрываются три вещи.
- Жатва. Хлеб с поля сведён, полоса пуста, серп больше не нужен.
- Пост. Успенский пост кончается, и вечером идут разговины — первое скоромное после двух недель.
- Летний счёт. С Успения начинается «молодое бабье лето» — короткий отрезок примерно до Семёна, — и сразу за ним открывается озимый сев: «с Успения сей озимь».
Отсюда общая форма дня: сначала расчёт с полем, потом стол, потом первый посев в ту же землю, с которой только что взяли.
Дожин: как заканчивают полосу
Дожин — не просто конец работы, а отдельный обряд с жёстким порядком. Логика та же, что на пасеке в первый Спас: взявший обязан оставить долю тому, у кого взял.
На каждой сжатой полосе оставляют несжатый пучок стеблей на корню, который завивают и пригибают к земле. Это «борода», и её устройство, имена адресата и порядок завивания разобраны отдельно в подрубрике о духах дома и природы — там же о том, кому её завивают и что делают с колосом, прикопанным в борозду. Здесь важно другое: место «бороды» в дне. Её завивают в самый последний момент, когда всё остальное поле уже сжато, и после неё серпом на этой полосе больше не машут.
Порядок дожина по большинству великорусских записей выглядит так.
- Сходятся всей толокой. Дожинать в одиночку не принято: последнюю полосу докашивают миром, соседи приходят помочь, и за это их кормят с хозяйского стола.
- Оставляют пучок на корню и обрабатывают его — это делает старшая жница или хозяйка, не девка и не работница со стороны.
- Жнут последнюю горсть молча. Разговоры прекращают, песни обрывают. Молчание держат до того, как последний сноп будет связан.
- Вяжут последний сноп перевяслом из его же соломы, не из чужой.
- Кланяются полосе в землю — все, кто был на дожине, разом, лицом к «бороде».
Последний сноп и его дорога в дом
Последний сноп в народном счёте — не солома, а лицо. Его зовут именинником, дожиночным, а местами и просто «бабой». Он ведёт себя как гость, которого приводят в дом.
Что с ним делают.
Наряжают. На сноп надевают сарафан или повязывают платок, кое-где опоясывают, кое-где втыкают в него цветы и ленты. В части губерний сноп не наряжают вовсе, а только перевязывают красной нитью — этот вариант чаще на Севере.
Несут в дом с песнями. Несёт его женщина, чаще та, что дожала последнюю горсть; идёт впереди, остальные за ней. Класть сноп по дороге на землю нельзя — если поставили, дальше его несёт другая.
Ставят в красный угол под образа. Стоит он там долго: до Покрова, до Рождества, а во многих местах до нового зажина. Сноп — залог того, что хлеб в дому не переведётся, и трогать его без нужды не дают детям.
Разбирают в свой срок. Зерно из дожиночного снопа идёт на семена и подмешивается в севалку при озимом посеве. Солому скармливают скотине — чаще всего корове перед отёлом или в Покров, когда скот ставят на зимний корм. О том, как этой соломой правят скотине зимой, отдельно сказано в статьях о дворовых обрядах.
Продавать зерно последнего снопа нельзя. Отдать его на сторону значит отдать спорость своего поля — а что такое спорость и как её отнимают, разобрано в отдельной статье о спорынье и житном деде.
Катание по стерне и отпуск серпов
Две вещи делаются сразу после того, как сноп связан, и обе — про возврат.
Катание. Жницы ложатся на сжатую полосу и катаются по стерне, приговаривая. Обряд бытует широко, ядро приговора — просьба к ниве отдать назад силу, потраченную на жатву, и перечень того, на что эта сила нужна: на пест, на молотило, на кривое веретено. Эту формулу знают почти повсеместно, и она считается общим достоянием. Катаются по-настоящему, до боли в спине, и чем колючее стерня, тем вернее считается возврат. Беременным и больным катание заменяют: их просто кладут на полосу на короткое время.
Отпуск серпов. Серпы не бросают куда придётся. Их складывают вместе на последний сноп или на «бороду», обвивают соломенным перевяслом в кольцо и оставляют так на время; потом обтирают, обмывают и убирают до будущего зажина в одно место. Ржавый серп в новую жатву не берут: перед зажином его точат и святят вместе с семенным зерном. В части записей серпы кладут крестом, а не кольцом, и это местное расхождение.
Порезаться серпом на дожине считается прямым знаком, что доля отдана неправильно, — кровь на последнем снопе разбирают отдельно, ниже.
Дожиночный приговор
Говорится над связанным последним снопом, стоя лицом к «бороде», простоволосой, до того как сноп подняли с земли.
Рабочий текст, выстроенный по канону северных записей:
Встану я, раба Божия, благословясь, пойду перекрестясь, из избы дверьми, из двора воротами, во чисто поле, на свою полосу, на дожатую, на последнюю.
>
Стояла ты, нива, зелена, стояла ты, нива, спела, поила ты нас колосом, кормила ты нас зерном, а мы тебя серпом брали, горстью вязали, до последней соломины дожинали.
>
Вот тебе, нива, твоя доля: на корню оставлена, к земле пригнута, ветром не сорвана, серпом не тронута. Что твоё — то при тебе, что моё — то со мной.
>
Отдай мне, нива, мою силу: что я на тебе потеряла — спину да руки, пот да сон, — верни мне на пест, на молотило, на кривое веретено, на долгую зиму, на новый зажин.
>
Не держи на меня зла, не пусти мышь в мой сусек, не пусти огня в мой овин, не отдай моего зерна чужой руке.
>
Как этот сноп связан крепко, так и дом мой связан крепко; как зерно в колосе полно, так и закром мой полон. Слово моё в соломе завязано, перевяслом затянуто. Замок в снопе, ключ в борозде. Аминь.
Дочитав, сноп поднимают и до самого дома не опускают и не оборачиваются.
Отклик, запреты и разбор ошибок
Что открывается после Успения. Начинают солить и квасить впрок — Успение считают первым верным сроком засола. Идут свадебные недели: с Успения и до Покрова сватовство ведут открыто, и хорошая примета — сговориться до конца бабьего лета. Начинают озимый сев, подмешав в севалку зерно последнего снопа.
Что запрещено. В сам день Успения не берутся за острое без нужды: не втыкают нож и серп в землю, не рубят и не копают на поле. Работать на чужой полосе в этот день не идут даже за плату. Не подметают со двора наружу — сор в этот день выносят через задние ворота или сжигают.
Хороший отклик. Сноп внесён без остановок и стоит в углу ровно, не оседая; ни одна жница не порезалась; вечерний стол разговин прошёл без ссоры.
Порезалась на дожине. Кровь на последнем снопе — знак, что доля отмерена неправильно: сжали лишнее либо тронули «бороду» серпом. Окровавленную солому вынимают и закапывают в борозду, а на её место довязывают чистую с той же полосы. Если порезался второй человек, дожин на сегодня прекращают.
Сноп уронили по дороге. Дальше несёт другая женщина, а на месте падения оставляют горсть зерна из этого же снопа. Уронили второй раз — сноп в дом не заносят вовсе, оставляют в овине до молотьбы.
Сноп в углу осел или завёлся мышью. Читают как незакрытый расчёт с полем. Зерно из такого снопа в севалку не идёт — его отдают птице, а на озимый сев берут зерно из зажиночного снопа.
Не успели дожать к сроку. Ошибкой это не считают, но обряд правят полностью, как если бы дожали вовремя. Пропустить можно застолье, но не расчёт.