Духов день — понедельник сразу после Троицы, и по обрядовой работе он противоположен воскресенью. В Троицу принимают и вносят, в Духов день отпускают и выпроваживают. К этому же дню привязан главный запрет земледельческого года — землю не тревожить ничем железным — и самый шумный обряд Троицкой недели: проводы русалки.
Чем понедельник отличается от воскресенья
Троицкая неделя устроена как впуск и выпуск. Семик размыкает границу, Троица держит гостей в доме и в роще, Духов день их выводит. Всё, что в воскресенье внесли, в понедельник начинают выносить: зелень с пола, ветви из стрехи, берёзу из красного угла — о самой берёзе и о том, куда её девают, есть отдельный разбор.
Разница читается и по запретам. В Троицу не работают вообще, потому что праздник. В Духов день не работают конкретной работой — той, что касается земли, и это запрет не праздничный, а сущностный.
Земля именинница
Главное правило дня: в Духов день земля именинница. Её нельзя копать, пахать, боронить, рыть, окучивать, ставить колья, вбивать столбы и втыкать в неё железо любого рода. В ряде мест запрет распространяли и на всю Троицкую неделю, а кое-где — только на Духов день и Вознесение.
Нарушение читается однозначно и без смягчений: тронувший землю железом в этот день «ранит именинницу», и расплата приходит по земле — засухой на полосе, градом, неурожаем на этом самом месте, а по личной линии — болезнью ног и спины, тем, чем человек к земле ближе всего.
Из запрета следует и обратное: земля в этот день открыта на слушание. Знахари и кладоискатели выходят до света, ложатся на межу или на курган и слушают землю ухом — считается, что в Духов день она отзывается и показывает, где лежит клад. По народному чтению клады в этот день «отверзаются», подают голос огоньком или свечкой; правила подхода к кладу, зарок и выкуп разобраны в рубрике о кладах, и без них слушание земли остаётся пустой прогулкой.
Травы, взятые в Духов день, тоже держат отдельно от прочих: их берут руками, без ножа и без лопаты, корней не выкапывают.
Проводы русалки: когда именно
Единого срока нет, и это первое, в чём надо разобраться, прежде чем работать.
- Духов день — самый частый срок в среднерусской и южнорусской полосе.
- Четверг Русальной недели — местами, как зеркало Семика.
- Петрово (русальское) заговенье — воскресенье перед Петровым постом; во многих местах именно оно считается настоящим концом русальего срока.
- Кое-где обряд растянут: в Духов день русалку «выгоняют из села», а на заговенье — «провожают в воду».
Ориентироваться нужно на местную границу. Проводить раньше срока — оставить дело недоделанным: русалка вернётся и будет ходить до заговенья уже без обряда, то есть без узды.
Как водят и как разрывают
Обряд везде строится по одной схеме: сделать видимое тело, провести его через село, вывести за околицу и уничтожить.
- Делают русалку. Варианты: соломенное чучело в женской рубахе и платке; ряженая девушка с распущенными волосами, в одной рубахе, иногда вымазанная сажей; «конь» — двое под пологом с деревянной или соломенной лошадиной головой; кукла из тряпок и веток.
- Ведут по селу с песнями, шумом, битьём в заслонки и сковороды. Ряженая по дороге бросается на встречных, хватает, щекочет, гонится за детьми — этого не боятся, это часть дела.
- Обходят дворы. Хозяева выносят хлеб, яйца, ленты, платки — плата за то, чтобы русалка ушла с их двора добром.
- Выводят за околицу — в рожь, к воде, на кладбищенскую сторону, на перекрёсток.
- Уничтожают: чучело разрывают на клочья и разбрасывают по полосе, топят в реке, бросают в овраг, сжигают. Ряженая падает наземь, срывает венок и убегает, а с себя рубаху потом стирает отдельно.
- Разбегаются врассыпную и в село возвращаются бегом, поодиночке, не оглядываясь. Отставший считается уведённым; в записях именно на этом моменте держатся все рассказы о том, что кого-то «русалка догнала».
Обломки чучела не собирают и домой не несут. Ленты и платки, снятые с русалки, тоже остаются в поле — единственное исключение в некоторых местах делали для соломы, которую бросали на грядку.
Полынь в руке
Оберег русальной недели — полынь, следом за ней любисток и чеснок. Полынь держат за пазухой, в руке, за поясом, кладут в лапоть; ею стегают ряженую, ею обмахивают ворота.
В южнорусской и пограничной полосе с этим связан устойчивый диалог: русалка спрашивает встречного, что у него в руке. Правильный ответ — «полынь», и тогда она отступает со словами «сама ты сгинь». Ответивший «петрушка» слышит «ты моя душка» — и его защекочут. Приём этот локальный, у северных записей его нет, но полынь как оберег держится повсеместно.
Отпускной текст
Текст под эту задачу. Читают в поле или у воды, лицом к тому месту, где оставили чучело, когда шум уже кончился.
Встану я, раба Божия имярек, у края поля, у края воды, где рожь стоит стеною, где вода идёт полосою. Была ты у нас гостьей семь дней и семь ночей, ходила по нашим межам, качалась на нашей берёзе, сидела на нашей зелени. Кормили тебя хлебом, поили тебя молоком, дали тебе холста на плечи и ленту на косу — не обидели, не обделили, не прогнали пустой. А теперь тебе срок, а теперь тебе час: иди в свою воду, в свой омут, в свой песок, под свою корягу. Не ходи по ржи, не ходи по меже, не ходи по тропе за мною, не стучи в моё окно, не зови меня по имени, не смейся мне вслед. Полынь у меня в руке, соль у меня в горсти, замок у меня на слове. Как рожь за тобой не пойдёт, как берег за водой не пойдёт, так и ты за мной не пойдёшь. Ступай, а я останусь. Аминь.
После текста бросают через левое плечо горсть соли и уходят, не оглядываясь.
Запреты дня
- Не касаться земли железом: ни лопаты, ни сохи, ни кола, ни ножа в землю.
- Не купаться до заговенья, не полоскать бельё, не ловить рыбу.
- Не оглядываться на обратном пути и не отзываться на оклик, смех и плач из поля.
- Не подбирать в поле ленту, платок, гребень и монету — на русальной неделе подобранная вещь считается прямой подкладкой.
- Не заносить домой ничего от чучела и не стирать русальную рубаху вместе с остальным бельём.
- Не проводить обряд в одиночку. Проводы — дело мирское; одиночка проводит русалку на себя.
Отклик и сбой
Отклик читают по неделе, которая следует: после правильных проводов на реке никто не тонет, скотина не бьётся, в поле не находят вытоптанных пятен и заломов, и по ночам под окнами тихо. Хорошим знаком считают и дождь в ближайшие дни после обряда — русалку «отдали воде, и вода ответила».
Сбой опознают по вещам, которые начинаются сразу: кто-то из ходивших заболевает горлом и грудью, снится смеющаяся женщина с распущенными волосами и зовёт к воде, ночью в доме слышен плеск или мокрые следы у порога, у женщин в доме путаются и сваливаются волосы. Всё это в традиции читается как «не отпустили», а чаще — «отпустили не все», кто-то оглянулся или подобрал в поле вещь.
Что делают. Виновника выясняют по простому признаку: у кого в доме нашлась принесённая с поля вещь — та и держит. Вещь относят на то же место, кладут на землю, кладут рядом хлеб и соль и читают отпускной текст ещё раз, уже одному. До Петрова заговенья повторяют выход трижды, каждый раз в один и тот же час. Больного окуривают полынью и моют водой, взятой из реки по течению, ниже того места, где топили чучело. Если после заговенья не отпустило, дело переводят на разведение с заложным — приёмы описаны в статьях о поминовении утопленников и о самих русалках.