Сбор — половина дела. Вторая половина решается в сенях и на повети: трава, взятая в свой час и с платой, теряется за трое суток, если её свалили в кучу или повесили на солнце. Ниже — как сушат, во что убирают, сколько чего живёт, по каким признакам видно, что припас сдал, и куда девают негодное.
Правило сушки
Оно одно и очень короткое: быстро, в тени, на сквозняке, тонким слоем.
Каждое слово рабочее. Быстро — потому что трава, сохнущая медленно, преет изнутри и теряет цвет и запах прежде, чем высохнет. В тени — солнце выжигает зелень, а по цвету потом судят о годности. На сквозняке — сохнет не тепло, а движение воздуха; в жарком закутке без тяги трава сгорает в бурую труху. Тонким слоем — толстый ворох греется сам от себя.
Отсюда и место. Годятся сени, поветь, чердак под тесовой крышей, клеть, навес. Не годятся: солнечный двор, изба у топящейся печи, полати над печью, подпол, хлев и баня. Про баню отдельно: туда травяной припас не носят вовсе — банное место считается нечистым, а веник там вещь банника.
Что и как сушат
Лист и трава. Вяжут малыми пучками в обхват двух пальцев и вешают комлем вверх, цветом вниз на верёвку или жердь. Крупный лист раскладывают в один слой на холстине или рогоже, ворошат раз в день рукой.
Цвет. Сушат в темноте и отдельно от всего: он сохнет быстрее травы и первым отдаёт запах. Головки раскладывают в один слой, не вяжут в пучки.
Корни. Отряхивают от земли, не моют (мытый корень закисает изнутри), толстые режут вдоль, нанизывают на льняную нитку и вешают в сенях. Сохнут дольше всего.
Кора. Сушат плоско, внутренней стороной вверх, под лёгким гнётом, чтобы не свернулась в трубку.
Семя и головки. Досушивают на холстине, потом обмолачивают и отвеивают. На печи и на солнце маслянистое семя не сушат — горкнет. Ягода и плод — единственное, что допускают вялить в вольном духу остывающей печи, но не на жару.
Чего не делают ни с чем: не сушат в железе и в мешке, не досушивают на плите, не оставляют на ночь под открытым небом — роса возвращает всё к началу.
Как понять, что высохло
Признак один и надёжный: ломается, а не гнётся.
- стебель ломается с треском, лист крошится между пальцами в мелочь;
- цвет сух на ощупь и не мажет;
- корень ломается, а не режется, на изломе сухой и светлый; семя сыплется сухо и не липнет.
Недосушенное узнаётся сразу: пучок гнётся, на изломе корень влажен. Такое убирать нельзя — через неделю в туесе будет плесень. Пересушенное тоже беда: трава рассыпается в пыль от касания.
Срок сушки в среднем: лист и трава — от трёх дней до полутора недель, цвет — три-пять дней, кора — неделя-полторы, корень — от недели до месяца.
Тара и укладка
Держат в том, что дышит: холщовый мешок, берестяной туес, лубянка, липовое лукошко, короб, бумага. Стекло допускают только для семени и то неплотно закрытым. Железа, жести и глухой закупорки не берут: в глухом трава задыхается и приобретает затхлый дух, который потом не выветривается.
Правила укладки:
- Каждая трава — отдельно. Совместное хранение читается как перебивание работы: «травы друг у друга силу перенимают». Пахучее — полынь, хмель, чабрец, чеснок, багульник — держат вовсе в другом коробе.
- Отдельно лечебное и отдельно наведённое. Трава, взятая на чистое, и трава, взятая на порчу или на отвод, в одном месте не лежат никогда. Это самый твёрдый из хранительных запретов.
- Купальская связка — своим гнездом, отдельно от будничного запаса.
- Не приминать. Трава лежит свободно; утрамбованный пучок превращается в труху.
- Метка. Писаных ярлыков в старом обиходе не было: метили узлом на завязке, зарубкой на туеске, цветной ниткой, кусочком того же стебля под бечёвкой.
- Место — сухое, тёмное, прохладное, с движением воздуха: сени, клеть, чулан, верхняя полка в холодной части избы.
Убирают на хранение с приговором, короткой закрепкой на весь припас. Текст под эту задачу:
Кладу я траву не в яму, не в омут, а в свой короб под свою крышу. Как трава сохла на ветру, а не на солнце, как ломалась, а не гнулась, так и силе её в коробе лежать целой, не убывать, не преть, не сыреть, не выдыхаться. Кто без спросу руку протянет — тому пусто, кто без нужды возьмёт — тому труха. Лежи, трава, до своего часа, а придёт час — встань и работай, как в поле стояла. Замок мой в воде, ключ мой в земле. Аминь.
Сроки
Честные сроки, за которыми держать бессмысленно:
- цвет — год, и это самое короткоживущее; лист и трава — год, до нового сбора;
- кора, корни и корневища — два-три года;
- семя на оберег — год, на еду и масло — до полугода;
- волокно, кудель, холст — годы, пока сухо;
- купальская связка — ровно год, от Купалы до Купалы;
- трава, взятая на конкретное дело, — до конца этого дела, и не дольше.
Общее правило поверх этих чисел: весь травяной запас обновляется раз в год. Прошлогоднее не подмешивают к новому и не «дотягивают» до второго года, даже если на вид оно хорошее. Смешать старый сбор с новым в одном коробе считается порчей всего короба.
Признаки утраты силы
- Запах. Первый и главный. Ушёл травяной, смолистый или горький дух — ушла и сила. Появился сенной, кислый, затхлый, плесневый — припас мёртв.
- Цвет. Зелёное побурело или выцвело добела, цветочная головка порыжела, корень посерел на изломе.
- Вес. Пучок стал лёгким не по объёму. Выдохшаяся трава заметно легче свежей.
- Излом. Вместо чистого хруста — вата или труха; корень крошится, а не ломается.
- Вкус. Полынь перестала горчить, чабрец не щиплет, чеснок не жжёт — работать нечем.
- Сырость. Пучок гнётся, на стенке туеса выступила влага, снизу подмокло.
- Живность. Моль, мелкий жучок, паутина внутри короба, пыль на дне.
- Рука. Примета самих травников: трава перестала тянуть к себе руку. Берёшь и не чувствуешь, что берёшь нужное. Признак непроверяемый, но в практике по нему бракуют раньше, чем по запаху.
Что делать с испорченным
Тут у традиции жёстче всего, потому что негодная трава — не мусор, а недоделанная работа.
Общий запрет: испорченный травяной припас не выбрасывают в помои, в отхожее место, на двор и на дорогу. Брошенное на дорогу подберут — и подберут не обязательно люди.
Разбирается по происхождению.
- Простая трава, выдохшаяся по сроку. Сжигают в печи или на дворе, золу выносят на ветер за околицу либо под корень дерева. Можно и отнести под тот куст, откуда брали, оставив хлеб и соль.
- Прелая, плесневая, с жучком. Сжигают немедленно и целым гнездом, не спасая половину: порченый пучок за неделю тянет за собой соседние. Короб после этого выносят на мороз и не кладут в него новое до следующего сбора.
- Трава, взятая на дело, которое не пошло. Жгут отдельным огнём, не в хлебной печи — на дворе, в бане или в поле. Золу пускают по текучей воде вниз по течению, не оборачиваясь.
- Купальская связка, отслужившая год — в купальский костёр следующего года целиком. Освящённое — вербу, мак с Маковея, троицкую зелень — сжигают отдельно, золу в реку или под дерево.
- Чужое, вынутое из подклада. Берут через тряпицу, в дом не заносят, к своему припасу не подкладывают даже на час. Несут сразу к текучей воде и спускают вниз по течению или сжигают в поле. Про то, как вынимают и обезвреживают подклад, есть отдельные статьи, и порядок там тот же.
- Трава из-под больного — из веника, из подстилки, из изголовья — на перекрёсток, в текучую воду или под старый пень, но не в свой огонь и не в свой огород.
Отдельно: из дома, где лежит покойник, травяной припас не берут и не отдают до сорока дней, и своим запасом не делятся через порог — передают, выйдя за дверь. Правило мелкое, но устойчивое, и объясняют его тем же, чем всё в этом ремесле: трава помнит, где была и через чьи руки прошла.