Лён в русском обиходе — не столько трава, сколько нить. Всё, что с ним делают, ведёт к волокну, а волокно — к мере, к связке и к полотну. Отсюда и место льна в работе: им меряют, им вяжут, им закрывают. Второе, что он даёт, — мелкое семя, и оно идёт туда же, куда мак: на невозможный счёт.
Почему лён — женское и меряющее
Весь путь льна — от посева до холста — в деревне женская работа: теребят, стелют, мнут, треплют, чешут, прядут, ткут, белят. Работа долгая, растянутая на полгода, и потому обставлена сроками и запретами гуще любой другой.
Из этого пути вырастают два свойства.
Нить как мера. Льняной ниткой мерят: рост больного, обхват головы, длину гроба, порог, окно. Отмеренная нить — это уже сам человек или сама вещь, и что сделаешь с ниткой, то делается и с тем, что ею мерено. Мерную нить прячут, закапывают, сжигают, кладут в стену или в могилу — по задаче. Про мерку и работу с ней на порчу подробнее в статьях о наведённом.
Нить как связь. Суровая некрашеная нитка идёт на завязки от сглаза, на опоясывание младенца, на обвязку запястья, на подвязывание рогов скоту в первый выгон. Узел на льняной нитке считается настоящим узлом — таким, который держит.
Третье — полотно. Крайний случай — обыденный холст: спрясть, соткать и добелить за одну ночь всем женским миром села, чтобы отвести мор или падёж. Такой холст протягивают через село, обносят вокруг стада, вешают в церкви. Работа сильная именно тем, что весь путь льна сжат в одну ночь.
Пятница и запреты
Хозяйка льна и прядения — Параскева Пятница; на Севере её место частью занимает Мокуша (Мокоша), которая, по записям, ходит ночью, прядёт оставленную кудель и стрижёт овец. Отсюда набор запретов, которые в льняном деле соблюдают жёстко:
- в пятницу не прядут, не мнут и не треплют лён;
- кудель на ночь с гребня не оставляют — снимают или перевязывают крест-накрест;
- веретено на ночь не бросают посреди избы;
- начатую пряжу не оставляют на святки и на страстную неделю.
Нарушившей, по записям, Пятница «испрядает» кудель, путает нить, колет пальцы, а то и является упрёком во сне. Здесь традиция называет цену прямо: работа со льном идёт по календарю, и кто из него выпадает, у того нить не держит и в заговорной работе.
Откуда известно
Льноводческая обрядность лучше всего описана в северных и центральных великорусских губерниях — там лён был главным товаром: масленичные катания и прыжки «на долгий лён», обетные холсты, Пятница как покровительница. Локальным и спорным остаётся сюжет о посеве нагишом или в старой мужской рубахе: он встречается, но не повсеместно, и объясняется по-разному. Подавать его как общее правило не стоит.
Теребление: как берут лён
Здесь у льна главная ремесленная особенность, и она же — готовое правило травника: лён не косят и не жнут. Лён теребят — выдёргивают руками с корнем.
Причина хозяйственная: срезанный стебель теряет самую длинную и лучшую часть волокна у комля. Но традиция читает это по-своему: лён отдают целиком, без железа, и потому он остаётся «своим» и годным на нить, которая свяжет. Железо в льняном сборе появляется только на семя.
Порядок:
- Срок на волокно — ранняя жёлтая спелость: стебель пожелтел снизу на треть, нижние листья опали, коробочки бурые, семя в них уже твёрдое, но ещё светлое. Перестоявший лён даёт грубое, ломкое волокно.
- Срок на семя — полная спелость, когда коробочки гремят, а стебель для нити уже деревянный. Выбирать приходится: на волокно или на семя, всё сразу лён не даёт.
- Время дня — с утра, как сойдёт роса, в сухую погоду. Мокрый лён в снопе преет.
- Луна — на убыль для того, что пойдёт на хранение и на меру; на растущую теребят лён, из которого будут ткать на прибыль и на приданое.
- Теребят горстью, вдоль полосы, ровно, не путая комлей: пучок кладут комель к комлю. Спутанная горсть даёт спутанную нить, а спутанной нитью не меряют.
- На обереговый и мерный лён первую горсть не берут и оставляют её стоять — это доля земли. Последнюю горсть на полосе тоже не выдёргивают.
- Плата — хлеб и соль в борозду, у края полосы, до начала работы.
Слово говорят, взявшись за первую рабочую горсть. Рабочий текст, выстроенный по канону северных записей:
Встану благословясь, пойду перекрестясь, из избы дверьми, со двора воротами, в чистое поле, на свою полосу, где лён стоит синь-голубой, головой качает. Матушка сыра земля, тебе я кланяюсь, а тебе, лён, слово говорю: рос ты от семени до цвета, от цвета до головки, а теперь тебе идти из земли в руки, из рук в мочило, из мочила в трепало, из трепала в кудель, из кудели в нить, из нити в полотно. Дай мне нити ровной, долгой, крепкой, чтобы вязала, а не рвалась, чтобы мерила, а не лгала. Первую горсть тебе оставляю, последнюю тебе оставляю, а срединная моя. Замок мой в воде, ключ мой в земле. Аминь.
Что делают с семенем
Семя льна работает так же, как мак, — счётом. Его сыплют поперёк порога, в гроб, по следу и вокруг постели; тому, кто пришёл ночью, положено собрать всё до зерна. В великорусских записях льняное и конопляное семя на этом месте встречается чаще, чем мак.
Второе — путаница. Горсть семени, брошенная вслед уходящему, читается как «путь запутать»; сметённое обратно к порогу семя — как «вернуть». Приём мелкий, работает в паре со словом.
Сушка и подготовка
Волокно. Вытеребленный лён вяжут в снопики своим же стеблем, ставят в бабки в поле на просушку, потом обмолачивают головки и стелют солому на росу — на луг, на отаву — либо мочат в мочиле. Расстил держат две-три недели, пока костра не станет отделяться от волокна. Пересидевший в мочиле лён гниёт, недосидевший не треплется. Готовность проверяют на горсти: стебель ломается, а волокно тянется и не рвётся.
Семя. Головки сушат в тени и на сквозняке, потом обмолачивают, отвеивают и досушивают зерно тонким слоем на холстине. На печи семя не сушат — оно горкнет.
Кудель и нить. Готовую кудель хранят перевязанной, на ночь всегда убирают с гребня. Мерную и обереговую нить прядут отдельно от домашней работы: на новом веретене, натощак, за один присест, не отвлекаясь и не разговаривая. Оборванную во время прядения обереговую нить не связывают узлом — начинают заново.
Хранение и сроки
Волокно, кудель и холст держат в сухом холодном месте — на повети, в клети, в сундуке, переложив сухой травой от моли. Семя — в холсте, бумаге или туеске, плотно, но не в стекле.
- Волокно и кудель — годы, пока сухо; лён в этом самый долгий из травяного припаса.
- Холст — без срока, но обетный и обыденный холст своё дело делает один раз.
- Семя на оберег — год, до нового сбора.
- Семя на еду и масло — до полугода.
- Мерная нить — до конца дела, потом её уничтожают.
Утрата силы видна: волокно посерело, потемнело пятнами, рвётся в горсти вместо того чтобы тянуться; кудель сбилась в войлок и пахнет затхлым; семя потемнело, слиплось и мажет пальцы прогорклым. В нити утрата читается прямо — она рвётся сама, без натяга, и это в работе считают знаком, что связь уже разошлась.
Испорченное разбирают по назначению. Прелое волокно и негодную кудель сжигают на дворе, золу — на ветер. Прогорклое семя жгут отдельно, в хлебную печь его не суют. Мерную нить не выбрасывают никогда: отработавшую сжигают дотла и золу пускают по текучей воде, чтобы мера ушла вниз по течению, а не осталась на дворе. Чужую мерную нить, найденную в стене, в пороге или в подушке, берут через тряпицу, не меряя ею ничего и не наматывая на руку, и уносят к воде тем же порядком, что и всякий вынутый подклад.