Место, где лежит зарытое, показывает себя само. Народная разведка читает не карту, а землю: как растёт трава, как ложится роса, куда уходит вода, что делает скотина, где горит огонь в купальскую ночь. Признаки эти повторяются в записях по всей России и складываются в связный порядок осмотра — с ним и работают, прежде чем брать лопату.

Логика примет

Зарытое меняет землю над собой. В крестьянском объяснении это работает в двух смыслах сразу, и разделять их не нужно. Вещественно: над ямой почва рыхлее и оседает, железо и медь травят корни, кладка держит тепло, глиняная засыпка гонит воду в сторону. Иначе: клад «дышит», «просушивается», «выходит греться», и оттого над ним и трава не та, и снег не такой.

Из этого следует правило, которое стоит держать в голове всю разведку: примета указывает на нарушенную землю, а не на деньги. Просевший погреб, забытая силосная яма, старая канава, барсучий городок дают ровно те же признаки. Разбор пустого от настоящего — половина всей работы.

Приметы по месту

Первое, что смотрят, — сама точка на местности. Прятали не где придётся, а там, где легко запомнить и трудно перепахать.

Правило прятавших: класть надо там, где ты сам найдёшь через двадцать лет в темноте. Отсюда привязка не к пейзажу, а к твёрдому ориентиру — камню, дереву, углу фундамента, а чаще к паре ориентиров с отсчётом шагов между ними.

Приметы по растительности

Здесь и лежит связь клада с травником, и она не иносказательная.

Круг иначе растущей травы. Полоса или пятно, где трава выше, гуще и темнее, либо, наоборот, сохнет и желтеет раньше срока. Медь и бронза в земле выжигают растительность, отсюда плешины; перегной и обугленное дерево, наоборот, дают буйный рост.

Ржавое пятно и железистая вода в бочаге рядом — под землёй железо: сундук, обручи, оковка, а то и просто лемех.

Крапива, лопух, чернобыльник, конопля на пустом месте. Эти травы садятся на старое человечье жильё, на выгребы и на золу. Крапивная стена посреди поля — знак двора, а не клада, но двор указывает, где искать.

Дерево-урод. Сросшиеся стволы, дерево с вывернутым комлем, ветла, стоящая одна среди ели. В быличках у такого дерева обыкновенно и стоит «свечка».

Травы, которые ищут ради самой копки — разговор отдельный. Разрыв-трава, по общерусскому поверью, размыкает замок и обруч на кладовом сундуке, плакун заставляет сторожа отступить, цвет папоротника в купальскую ночь показывает всё зарытое в округе. Как их берут и как отличают от подмены, разобрано там, где о каждой из них речь идёт своим порядком; здесь важно другое — искать их идут на те же приметные места, и купальский обход обыкновенно совмещали.

Приметы по земле, снегу и росе

Осадка. Ровная площадка с блюдцем посередине, ямка, куда стекает дождь. Смотреть лучше по весне и в косом вечернем свете, когда тень выявляет рельеф.

Снег. Над кладкой и над пустотой снег тает раньше, лежит тоньше, проваливается лункой. Первый и последний снег — лучшее время смотреть поле.

Роса и иней. По ходовому поверью, на кладовом месте роса не ложится, а иней ложится иначе, чем вокруг. Проверяют на рассвете, обходя место по кругу.

Туман. Полоса низкого тумана, стоящая на одном месте в безветрие.

Звук. Пустой, гулкий отзвук под ногой или под обухом — самый прямой признак и самый обманчивый: так же отзывается любая нора.

Огонь и звук ночью

Ночные признаки в рассказах занимают главное место. Огонёк — свечка, синеватый столбик, рассыпающиеся искры — стоит над местом в ночь на Купалу, в Чистый четверг, в пасхальную ночь, в тёмные ночи перед грозой. Цвет читают: светлый чистый огонь — клад положен без крови, тёмный, красный, чадящий — «на голове», и такие в записях советуют не трогать вовсе.

Огонёк накрывают: бросают шапку, пояс, платок или бьют по нему левой рукой наотмашь — приём общерусский. С этой минуты место считается помеченным.

Звук. Лай без собаки, плач без ребёнка, звон монеты, стук в земле, «деньги пересыпают». Зверь. Клад выходит петухом, бараном, козлом, свиньёй, кошкой, конём, стариком, ребёнком, солдатом, человеком без головы. Опознаётся по тому, что идёт к тебе сам и ведёт себя не по-звериному. За таким не бегут: уводят на воду и в трясину.

Порядок разведки

  1. Обойди днём, без лопаты и без разговоров. Первый обход — только глазами. Ничего не копать, ничего не поднимать, никому не говорить.
  2. Посмотри в трёх состояниях — на рассвете по росе, в косом вечернем свете и по первому снегу. Совпадение признаков в трёх состояниях весит больше, чем один яркий признак.
  3. Отдели пустое. Спроси стариков, что тут стояло; ищи ровные прямоугольные ямы — это погреба, канавы и окопы; проверь, нет ли рядом хода зверя.
  4. Замерь от двух ориентиров и запомни, не записывая на месте. Метку ставь неприметную: камень, колышек, зарубка на комле. Крестом не метят.
  5. Приди ночью на срок — купальская, чистый четверг, ночь под пятницу — и стой тихо, не двигаясь, до петухов. Огонёк смотрят с одного места, не подходя.
  6. Спроси землю словом и слушай, что пойдёт. Отклик читают в ту же ночь.
  7. Копай только на третьем совпадении. Одно совпадение — случай, два — повод смотреть дальше, три — работа.

Текст под эту задачу:

Встану я благословясь, пойду перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, в чистое поле, на широкое раздолье, где земля старая, где люди жили, где люди клали. Ты, мать сыра земля, всему свету кормилица, ты берёшь и держишь, ты кроешь и кажешь. Открой мне, мать, не чужое, а лежачее, не живое, а мёртвое, что руками положено, что словом заказано. Покажи травой, покажи росой, покажи снегом, покажи огнём. Где горит — там укажи, где пусто — там отведи, где кровь лежит — там не пусти. Не ломаю тебя без спросу, не рою тебя без платы: кладу тебе хлеб, кладу тебе соль, кладу тебе медную деньгу под правую руку. Что покажешь — за то отдам, чего не покажешь — того не трону. Слово моё крепко, как этот камень, а камень лежит и не сходит с места. Замок, ключ, вода.

Отклик и ошибки

Отклик приходит в ту же ночь или в ближайшие три. Читают его так: чисто — ветер стих, стало тихо и тепло, где-то один раз стукнуло; отказ — поднялся ветер в лицо, залаяли собаки в деревне, пошёл дождь, погас свой огонь; опасно — тянет холодом от земли, тошнит, тяжелеют ноги, начинает казаться, что зовут по имени. На третьем варианте уходят, не оборачиваясь.

Частые ошибки разведки называются в рассказах прямо. Копают по одному признаку. Идут вдвоём и говорят вслух, чем ломают всю работу ещё до лопаты, — про молчание сказано отдельно. Метят место крестом, после чего клад, положенный на нечистом, уходит вглубь. Бегут за зверем и огоньком, вместо того чтобы накрыть шапкой. И самое обычное: приняв просевший погреб за клад, роют его несколько ночей, теряют срок, а настоящее место после этого уже не отдаётся — оно показывается раз.