Кладовый заговор — не просьба и не заклинание богатства. Это объявление платежа: копающий называет себя не вором и не гостем, а плательщиком, кладёт долю и просит отпуска. Всё, что в этих текстах есть сверх этого, — обслуживание одной задачи: уйти с деньгами и не увести за собой сторожа.
Чем кладовый заговор отличается от прочих
Разница видна сразу по трём местам.
Зачин чёрный. В лечебном и охранном заговоре встают благословясь и выходят дверьми и воротами. Здесь наоборот: встают не благословясь, выходят не дверьми, а подворотней, не воротами, а прогоном, идут не дорогой, а межой. Это тот же приём, что в порче и в присушке, и он означает выход из-под своего покрова: ты идёшь туда, где твоё крещёное имя не работает.
Адресат не назван по имени. Сторожа при деньгах называют обиняком: хозяин при добре, сторож подземный, старик, дед, тот, кто поставлен. Прямое имя нечистого над ямой не произносят — он приходит на своё слово. По той же причине не называют и себя.
Расчёт вместо просьбы. Основная часть — не перечисление болезней или врагов, а перечисление отданного: хлеб, соль, монеты счётом, питьё, птица. И тут же разделение: что твоё — то в земле, что моё — то со мной. Кладовый текст держится на этом разделении, и без него он пустой.
Из каких частей состоит
Строй общий для русской заговорной речи, но с кладовой начинкой.
- Зачин — выход из дома тёмным ходом и движение к месту. Место называется приметами, а не именем: старое место, сырой бугор, где земля осела, где огонь горел.
- Называние адресата — сторож, кладовик, хозяин при добре; иногда сразу двое: сторож и сама земля.
- Объявление себя — я тебе не вор, не гость, не наследник; я плательщик. Эта строка в кладовых текстах несёт всю юридическую нагрузку.
- Перечисление платы — с числами: девять монет счётом, три хлеба, питьё до дна.
- Раздел — что твоё, что моё.
- Запретительная часть — не иди следом, не гляди в спину, не зови по имени, не садись на порог, не тронь скотины и крови. Это самая длинная часть, и сокращать её нельзя.
- Отсылка — привязка к сроку и к петухам: как земля сомкнётся, как петухи запоют.
- Закрепка — замок, ключ, вода. В кладовых текстах закрепка почти всегда «ключ в воду», а не в небо: ключ должен уйти туда, откуда его не достанут.
Сколько их и когда читают
Полный ход требует четырёх разных текстов, и путать их между собой нельзя.
- На разведку места — днём, с пустыми руками, до всякой копки. Задача: спросить, есть ли тут что и на что положено. Он приведён в разборе о признаках клада.
- На открытие — над накрытым огнём или над первым ударом лопаты. Задача: удержать место от ухода.
- Расчётный — над раскрытой ямой, положив долю, до того как поднять взятое. Основной.
- Отпуск — при засыпании ямы и на обратной дороге. Задача: отвязать сторожа от себя.
Читает один человек — старший. Остальные молчат. Каждый текст произносится один раз; повтор в кладовой работе читается как торг, а торг после положенной доли считается отказом от сделки.
Заговор на открытие
Читается, когда огонь накрыт шапкой или когда лопата стала в землю первый раз.
Формула держит все обязательные части заговора:
Встану я в глухую пору, не благословясь, выйду подворотней, пойду прогоном, ночью нечитанной, полем немереным, к старому месту, к сырому бугру, где земля осела, где огонь горел, где чужая рука клала.
>
Замыкаю тебя, место, своей шапкой с головы, своим поясом с себя, своим железом с руки: не сходи вбок, не уходи вглубь, не оборачивайся зверем, не рассыпайся искрой, не тайся от моего заступа.
>
Стой, где стоял, до петушьего крику. Земля моя под ногой, ночь моя над головой. Замок в землю, ключ в воду, слово при мне.
После этого начинают копать и больше не говорят ничего до стука в крышку.
Расчётный заговор
Основной текст всей работы. Читают над раскрытой ямой, положив у её края хлеб, соль, девять монет счётом, вино и чёрного петуха, — и не поднимая взятого до конца чтения.
Формула держит все обязательные части заговора:
Стою я над сырой ямой, в глухую пору, при чужом добре, а с чужим добром не в ссоре.
>
Ты, хозяин при деньгах, сторож подземный, дед седой, на слово поставленный, на срок положенный: я тебе не вор и не тать, не гость незваный и не наследник самозваный — я тебе плательщик по счёту.
>
Вот тебе хлеб печёный, вот тебе соль белая, вот тебе девять монет счётом, вот тебе питьё до дна, вот тебе петух чёрный, крикун ночной, — прими своё, отпусти моё.
>
Что твоё — то в земле остаётся, что моё — то со мной поднимается. Не мешай моего с твоим, не считай моего за твоё.
>
Не иди за мной следом, не гляди мне в спину, не зови меня по имени, не садись на мой порог, не ложись на мою печь, не считай моих денег, не жги моего двора, не тронь моей скотины, моей жены, моих малых, моей крови до седьмого колена.
>
Как земля надо мною сомкнётся, так тебе тут остаться; как петухи запоют, так тебе умолкнуть; как я порог перейду, так и делу конец.
>
Плачено — заплачено, взято — отпущено. Замок в яму, ключ в воду, вода в море, слово при мне.
Отпуск
Читают, засыпая яму, и последнюю строку договаривают уже на ходу, не оборачиваясь. Отпуск в этой работе важнее самого расчёта: расчёт закрывает сделку, а отпуск отвязывает сторожа от идущего.
Текст под эту задачу:
Земля-мать, прими своё обратно, ляг как лежала, срастись как срослась, будь как не тронута.
>
Кто при тебе — тот при тебе и оставайся: тебе тут спать, тебе тут сторожить, тебе тут своё считать.
>
Я тут был — меня тут нет; я тут стоял — след мой ветром замело; я тут говорил — слово моё в воду ушло.
>
Не знаешь моего имени, не знаешь моего двора, не знаешь моей дороги. Иду не туда, откуда шёл, иду не тем полем, ступаю не тем следом.
>
Между мною и тобой — вода текучая, огонь горючий, земля сырая, слово крепкое. Замок в воду, ключ в море, а море без дна.
Между местом и домом по этому же правилу переходят текучую воду — ручей, реку, мостки. Сторож, по записям, через живую воду не идёт; это самый устойчивый практический приём во всей теме и стоит он дороже любого текста.
Как читают
- Вполголоса, ровно, без выражения. Кладовые тексты не кричат.
- Не сбиваясь. Сбился на середине — доводи до конца и не начинай сначала: начатое сначала считается вторым чтением.
- Стоя, лицом к яме, не переступая с ноги на ногу.
- Не держа в руках взятого. Пока текст идёт, деньги лежат в земле.
- Не заканчивая словом «аминь», если ты вышел по-тёмному, без креста. Смешение двух ходов в одном тексте — самая частая порча всей работы: либо всё по-чистому, либо всё по-тёмному.
Чего в этих текстах не бывает
Раз уж тема заросла поздними сочинениями, назову прямо, что кладовому заговору не свойственно и что выдаёт подделку.
- Требование богатства. «Дай мне денег», «пусть будет прибыль» — этого в кладовых текстах нет. Есть только расчёт и отпуск.
- Приказ сторожу отдать всё. Со сторожем не командуют, с ним расплачиваются.
- Обещание. Обещанное и не отданное он берёт сам и берёт больше — предупреждение об этом повторяется в записях чаще всего прочего.
- Названное вслух число найденного. Числа в тексте только те, что относятся к плате.
- Имена святых вперемешку с обращением к нечистому — см. выше о смешении ходов.
Если текст не сработал
Признаки того, что расчёт не принят, и что делают:
- Огонь ушёл вниз или разделился надвое во время чтения — сделка не состоялась; яму засыпать, долю оставить, уйти.
- В яме нет ничего, хотя все признаки сошлись — зарок не тот. Возвращаться в этот год не стоит: место читает повтор как навязчивость.
- Взятое дома обернулось сором — текст был правильный, а зарок невыполненный. Вернуть на место до восхода, молча, добавив сверху свою долю.
- Пошли шаги, стуки, тяжесть, светящееся пятно в углу — отпуск не сработал. Читают отпуск заново, но уже на пороге дома, с солью и железом в руках, и в ту же ночь относят на место двойную долю.
- Сон, в котором с тобой торгуются, — не отвечать во сне ни да, ни нет. Ответ во сне в кладовых рассказах считается таким же обязывающим, как слово над ямой.