Гуй (鬼, guǐ) — мертвец, не ставший ни богом, ни предком. Русское написание тут совпадает с двумя другими словами: 貴 в «гуй жэнь», Благородном из Да Лю Жэнь, и 龜 — черепаха. Иероглифы разные, палладица их не различает, и путаницу приходится снимать по смыслу. Здесь речь о третьем разряде мёртвых — о тех, кого некому кормить.
Три разряда мёртвых
Китайская схема раскладывает потусторонних на три ряда, и все три разбираются одинаково — по общественному образцу.
- Шэнь, боги, — чиновники. У них должность, участок, канцелярия, начальство. С ними ведут дела письменно и по чину.
- Цзу, предки, — родня. Они получают еду от своих потомков, имеют табличку на домашнем алтаре и место на семейном кладбище.
- Гуй — чужие. Нищие, бродяги, разбойники у ворот. Их не кормит никто, и они берут сами.
Главное в этой схеме то, что разряд определяется не свойствами мертвеца, а отношением к нему. Твой дед для тебя предок, а для соседа — гуй. Мертвец без потомков — гуй для всех сразу. Это ключ ко всей практике: гуй делают не злыми, а безродными, и лечится это не изгнанием, а кормлением и устройством.
Хунь и по
Устройство души двойное. Хунь — три лёгкие души, связанные с ян, дыханием и сознанием; после смерти они уходят вверх и наружу. По — семь тяжёлых душ, связанные с инь и телом; они остаются при костях и постепенно гаснут.
Правильные похороны разводят эти два ряда: хунь провожают в загробную канцелярию и закрепляют в поминальной табличке, по оставляют с телом в могиле. Гуй получается тогда, когда развод не состоялся — тела нет, обряда не было, табличку некому вести, — и хунь остаётся болтаться между.
Кто становится гуй
Перечень устойчив по всему китайскому ареалу:
- Умершие насильственно или до срока: убитые, утопленники, повесившиеся, погибшие в дороге и на войне.
- Умершие вне дома. Смерть на чужбине считается отдельной бедой; тело стараются вернуть, и целые общества землячеств существовали ради перевозки гробов на родину.
- Не оставившие потомства — некому кормить.
- Незамужние женщины. Дочь не получает таблички в своём доме — её место в доме мужа. Умершая до замужества оказывается без адреса вовсе.
- Оставшиеся без погребения — брошенные кости.
- Обиженные: казнённые невинно, доведённые до петли, погибшие от чужой жадности. Такой мертвец называется обиженным, и с ним считаются всерьёз.
Отдельная фигура — утопленник: по распространённому поверью, он не может уйти, пока не найдёт себе замену, и потому топит купающихся. Отсюда запрет купаться в седьмом месяце, который на Тайване соблюдают и вполне светские люди.
Вежливое имя для всей этой публики на юге — «добрые братья». Прямо словом «гуй» их вслух не называют, особенно в их месяц.
Признаки, что зацепило
Традиция различает беду от гуй по нескольким приметам, и приметы эти скорее бытовые, чем эффектные:
- Болезнь без причины, начавшаяся сразу после похорон, посещения кладбища, ночёвки в чужом доме, проезда мимо места аварии.
- Ребёнок, который перестал спать, кричит по ночам и «не в себе» после испуга.
- Полоса мелких несчастий, привязанная к одному месту: на одном перекрёстке, на одной лестнице, в одной комнате.
- Ощущение чужого присутствия за спиной и холода в одном углу.
- Внезапная слабость и потеря соображения после того, как «прошёл через похороны» — это называется «столкнуться».
Разумная оговорка, которую делают и сами практики: сначала врач, потом даос. Отправлять человека с затяжной болезнью к медиуму вместо больницы — это не традиция, а её порча; в самих храмах на Тайване об этом говорят открыто.
Что делают
Домашние меры, доступные без специалиста:
- Соль с рисом. Горсть смеси соли и сырого риса бросают через плечо у порога, возвращаясь с похорон или с кладбища; в дом при этом не входят, пока не бросили.
- Огонь у порога. Через жаровню или пучок горящей бумаги переступают, входя в дом после похорон.
- Клейкий рис считается связывающим и кладётся в мешочке под подушку ребёнку.
- Ветка персика — старейший китайский оберег; персиковое дерево держит нечистое, из него же режут ритуальные мечи.
- Зеркало с восемью триграммами над входной дверью снаружи. Работает как отражатель, внутрь дома его не вешают.
- Красная нить или мешочек-оберег из храма, полученный при поклонении.
Через специалиста:
- Оклик испуга — самая ходовая процедура. Делают её обычно немолодые женщины при храме: берут рубашку человека, рис, благовония, водят над головой и зовут душу по имени обратно. Занимает несколько минут и стоит копейки.
- Восполнение судьбы — храмовый чин, где за человека подают бумагу и заменяют его бумажной фигурой-двойником.
- Проводы — полноценный даосский чин отпуска, где мертвецу называют его положение, дают долю и отправляют.
Идут либо к даосу Чжэн-и, который работает письменно и по чину, либо к медиуму, через которого говорит божество, либо в храм городского бога и Ди-цзан-вана, ведающих загробным делопроизводством.
Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:
Тот, кто здесь стоит и кого я не звал, слушай: я знаю, что ты не бес и не зверь, ты мёртвый человек.
Имени твоего не знаю, а признаю, что оно было, и что мать у тебя была, и дом.
Дела к тебе у меня нет, и у тебя ко мне нет — ты держишься не за меня, а за то, что тебя не кормили.
Вот тебе рис отдельной чашкой, вот вода, вот бумага сожжённая, и всё это твоё, не общее.
Взял — значит принял; принял — значит сговорились.
Ступай на дорогу, ступай к воротам, где таких, как ты, считают и записывают, там тебе место и очередь.
В доме моём тебя нет с этого часа. Порог за тобой солью посыпан.
Сказано днём, при огне и при свидетелях. Иди.
Седьмой месяц
Весь седьмой лунный месяц считается временем, когда ворота преисподней открыты. Запреты на эти недели известны каждому и соблюдаются даже теми, кто в остальном ни во что не верит:
- не купаться в реке и в море;
- не свистеть и не звать людей по имени ночью;
- не сушить бельё на улице ночью;
- не переезжать, не жениться, не открывать дело;
- не поднимать деньги с дороги;
- не хлопать человека по плечу и по макушке сзади — там, по поверью, горят три огня жизни, и хлопок их сбивает;
- не садиться на пустой стул в первом ряду на уличном представлении: первый ряд оставлен не людям.
Кормление в этот месяц — отдельная большая тема, разобранная в статье о голодных духах.
Загробный брак
Умершую незамужней устраивают через загробный брак: находят ей мужа, живого или мёртвого, и она получает табличку в его доме. Живого жениха на юге, по распространённому рассказу, ищут так: на дорогу кладут красный конверт с деньгами и прядью волос, и поднявший его считается выбранным. Насколько часто это делают на самом деле, а насколько это городская легенда, спорят и сами тайваньцы; сам обычай устройства таблички реален и распространён шире, чем история с конвертом.
Про местное и общее
Многое в этой области жёстко привязано к месту. Есть, например, известный чин проводов повесившегося, который делают только в одном районе Тайваня и который жители соседних уездов знают по новостям, а не по опыту. Есть районы, где кормят «добрых братьев» каждый месяц, и районы, где только раз в год.
Поэтому правило простое: обобщать до «в Китае принято» здесь нельзя почти ничего, кроме трёх разрядов мёртвых, устройства души и общей логики — что гуй лечится долей, а не проклятием. Всё остальное надо смотреть по месту.