Кимбанда берётся за то, от чего умбанда отказывается: разлучить, свалить, отнять, закрыть человеку дорогу, отправить назад с процентами. Отрицать это бессмысленно — на этом держится половина её репутации и заметная часть заработка дворов. Но традиция, в отличие от пересказов о ней, довольно точно описывает, чем такая работа оплачивается, и цену называет заранее.

Почему в кимбанде нет «белого» и «чёрного»

Деление на светлую и тёмную магию — внешнее, книжное и к бразильским дворам приложимо плохо. Кимбанда мыслит другими категориями: есть прямая работа и есть работа против кого-то, есть работа с платой и есть работа без платы, есть работа по праву и есть работа наглая.

Эшу — не дьявол и не добрый помощник, а сила порога и дороги, которая делает то, о чём договорились, и берёт за это. Отсюда и отсутствие оговорок: если тебе есть чем платить и есть за что просить, дом возьмётся. Если нечем — не возьмётся, и это единственная моральная граница, которую двор действительно проводит.

Само название линий отражает эту прямоту. В кимбанде есть Эшу Кавейра, черепа и кладбища; Эшу Ду Лоду, ила и застоя; Эшу Тирири, ссоры и раздора. Никто не делает вид, что они занимаются исцелением.

Что реально делают

Открыто известный набор тёмных работ, без смягчений:

Материал у всех этих работ примерно один: чёрные свечи, землю, взятую с назначенного места, личный след, ткань, уксус, перец, ножи и гвозди, кости животных, отработанный воск. Разница не в наборе, а в чертеже, обращении и в том, кому отдают.

Три жёстких запрета

Это не смягчение и не оговорка автора — это правила самих дворов, и они удивительно единообразны.

Первое: не работать веществом. Всё, что действует физически — подмешанное в питьё, подложенное в еду, повреждённая машина, — не работа, а преступление, и дом за это не отвечает. Ритуал действует через договор с сущностью; вещество действует через химию, и разбирают его следователи. Дома, где эту границу не держат, не «сильнее», а просто уголовно опасны для своих клиентов.

Второе: не трогать детей. Ни как объект, ни как материал. Правило держат даже те дворы, которые в остальном берутся за всё.

Третье: не бить по своему дому и по своей линии. Работа против собственного пая, против того, кто тебя развивал, против своей же сущности — в кимбанде считается самым коротким путём к тому, что дальше называется расплатой.

Формула под эту задачу, выстроенная по канону традиции:

>

Хозяин закрытой дороги, тот, кто стоит у ворот и не пускает. Пришёл я к тебе не с пустыми руками: свеча тебе чёрная, стакан тебе полный, сигара тебе зажжённая. Вот имя того, кто встал у меня на пути и не сходит с него. Закрой ему то, что он закрыл мне: дорогу к моему делу, слово его перед теми, кто меня слушает, руку его над моим порогом. Пусть занимается своим и оставит моё. Не прошу ни крови его, ни здоровья его, ни детей его — прошу, чтобы он от меня отошёл. Плата моя тебе назначена и будет отдана в срок. Слово сказано, дорога ему закрыта.

Цена

Здесь начинается то, ради чего эта статья и написана. Цена в кимбанде складывается из четырёх вещей, и все четыре обсуждают до работы, а не после.

Плата сущности. Названная, конкретная, в срок. Обычно это не разовое приношение, а обязательство, тянущееся ровно столько, сколько должен держаться результат. Тёмная работа держится хуже прямой, значит и кормить её надо чаще. Люди, заказавшие одно разлучение, годами носят свечу на перекрёсток — это нормальная ситуация, а не назидательная история.

Плата двору. Деньги дому, и они не символические. Кимбанда — не бесплатная услуга, и дом, который делает тяжёлую работу даром, либо неопытен, либо получает плату иначе и с тебя.

Открытая дорога в обе стороны. Работая против человека, ты устанавливаешь с ним связь. Пока работа держится, вы соединены, и всё, что происходит с ним, отчасти отражается на тебе: его безденежье липнет к твоему, его склоки заходят в твой дом. Дворы решают это защитой заказчика, поставленной одновременно с работой, — и защиту тоже надо кормить.

Смещение своей жизни. Практический эффект, который в домах называют без метафор: человек, ведущий несколько работ против других, перестаёт заниматься собой. Его внимание, деньги и время уходят на обслуживание сделанного. Через год-два выясняется, что дорога закрыта у обоих.

Расплата: как её описывают

Слова «карма» в кимбанде нет, и обещания, что зло вернётся втройне, тоже нет. Есть другое, более узкое и более неприятное: невыполненное обязательство взыскивается.

Признаки, по которым дворы это опознают: резкое безденежье сразу после удавшейся работы; болезнь без диагноза, начавшаяся в срок, назначенный для платы; сны, где приходит и требует; пожар, потоп или поломка на том месте, где стоит точка; разлад в собственной семье, повторяющий по рисунку то, что заказывал против чужой.

Разбирают это одним способом: возвращаются к дому, спрашивают гаданием, что просрочено, и отдают — с добавкой за просрочку. Отпираться, менять дом и «переходить к более сильному» в этой ситуации бессмысленно: новый дом первым делом выяснит, что за тобой висит, и потребует закрыть.

Как закрывают работу

Закрывают в обратном порядке. Гадание — берётся ли сущность разобрать. Обращение с объявлением, что сделка закончена и претензий нет. Возврат материала: узлы развязывают, землю относят туда, откуда брали, воск и остатки уносят на проточную воду. Отдельная плата за развязку — она полагается всегда, даже если работа не сработала. После этого заказчику ставят чистку: окуривание, ванну, паузу.

Кимбанда трезвее многих традиций именно в этой части. Она не отговаривает и не пугает, но и не делает вид, что удар по чужой жизни ничего не стоит. Ты можешь взять этот инструмент. Счёт придёт отдельно, в срок и в названном размере — и он приходит всегда.