Тейнм лаэда (teinm laída) и диченнал дихенн (dichetal di chennaib) — два приёма прорицания ирландских филидов, стоящие рядом с имбас форосны. Их постоянно путают между собой и с имбас, а между тем ранние источники различают все три и по-разному судят об их дозволенности. Разбирать надо именно это различие: оно и есть содержание темы.

Три приёма филида

Ирландская традиция знает триаду способов, которыми филид добывает скрытое знание. Их называют вместе в глоссариях и юридических текстах, и они образуют систему:

Все три — дело филидов, поэтов-провидцев, а не «друидов вообще»; это профессиональные приёмы учёного сословия.

Тейнм лаэда

Название толкуют как «раскусывание песни» или «разъятие сердцевины»: teinm — «грызение, разъятие», laíd — «песня, поэма». Смысл, вычитываемый из употреблений, — филид, коснувшись предмета или столкнувшись с загадкой, произносит над ним особую песнь-заклинание и так «разгрызает» скрытое, добывая имя, судьбу, происхождение. В сагах о Финне это связано с его знаменитым приёмом: Финн, обжёгши палец о Лосося Мудрости и сунув его в рот, получает знание — и в ряде версий именно это названо его способом провидеть. Прикосновение, вкус, произнесение — знание приходит через них.

Диченнал дихенн

Название — «произнесение с концов»: di chennaib, «с концов, с кончиков», понимают и как «с кончиков пальцев», и как «с концов костей», и как «с зачинов (стихов)». Смысл — импровизированное прорицание: филид выдаёт знание сразу, без обряда и подготовки, «с ходу», словно оно течёт с кончиков пальцев, которые он прикладывает (к предмету, ко лбу). Это самый «чистый» из трёх приёмов в глазах позднейшей традиции — импровизация мастера, а не жертвенный обряд.

Граница дозволенного

Ключ ко всей триаде — как её оценила церковь, и оценка эта записана. По преданию, отражённому в глоссариях и правовых текстах, святой Патрик запретил имбас форосны и тейнм лаэда — потому что в них есть жертва богам-«демонам» и языческое призывание, — но оставил диченнал дихенн, поскольку оно обходится без жертвы и держится на одном мастерстве и вдохновении. То есть граница проведена не между «магией» и «не-магией», а между тем, что кормит старых богов, и тем, что этого не делает. Это важнейшая деталь: она показывает, как христианская Ирландия перерабатывала языческое ремесло — не всё отсекала, а отсекала жертвенную сердцевину, оставляя поэтическую импровизацию.

Что здесь реконструкция

Твёрдо из источников: существовала триада приёмов филида; тейнм лаэда связан с произнесением песни и «разъятием» сути, часто через прикосновение и вкус; диченнал дихенн — импровизированное прорицание «с концов»; церковь запретила первые за жертву, оставив последнее. Чего источники не дают — пошагового описания тейнм и диченнал (в отличие от имбас, расписанного в «Санас Кормайк»), объяснения состояния изнутри, точных слов. Поэтому современные «практики тейнм лаэда» — реконструкция XX–XXI веков по аналогии с имбас и по саговым намёкам. Опора тонкая, и это надо называть честно.

Как к этому подступают сегодня

Ниже — рабочая реконструкция, а не действующий чин.

  1. Тейнм лаэда — через предмет и песнь. Берут предмет или загадку, касаются, произносят над ним ритмическую импровизацию, «разгрызая» скрытое; знание ищут в самом потоке речи.
  2. Диченнал дихенн — без подготовки. Отвечают сразу, не давая рассуждению вмешаться; прикладывают кончики пальцев, говорят первое, что приходит связным потоком.
  3. Без жертвы. Именно эта черта делала диченнал дозволенным; современная работа обычно держится этой, «чистой» линии.
  4. Записывают немедленно — импровизация улетает, её фиксируют сразу.

Своё переложение по-русски, по строю поэтической импровизации, а не как перевод источника:

Возьму в руку и раскушу словом: скажись, что ты, откуда ты, чем кончишься. Не выспрашиваю — пою, и в песне сама собой раскрывается твоя сердцевина. Что течёт с концов пальцев, то и правда; что придумал рассудком, то отброшу. Раз коснулся — раз сказал; сказал — и стало явным.

Отклик и мера

Признак, о котором говорят практикующие: диченнал и тейнм работают в потоке — знание приходит связной речью, а не логическим выводом, и попытка «подумать» его убивает. Мера общая для прорицания: ищи в сказанном то, чего не мог знать; гладкая импровизация, пересказавшая твои же ожидания, знанием не является. Осторожность здесь скорее трезвая, чем обрядовая: эти приёмы легко выродиться в самообман, где красивый поток речи принимают за прозрение. О самом описанном приёме триады — в статье об имбас форосны; о сословии филидов — в отдельной статье; о силе поэтического слова во вред — в статьях о сатире и гламе дицин.