Печать Бога известна сегодня почти исключительно в редакции Джона Ди — восковой диск, лежавший под ножками его стола, а не пергаменный лист на груди оператора. Оригинал старше версии Ди на три столетия, но проиграл ей вчистую. Разберём, что именно Ди изменил, и почему победила именно переделка.
Что у него было на руках
Ди собрал крупнейшую частную библиотеку Англии своего времени, и рукописной магии в ней хватало. Среди книг был латинский список Клятвенной книги — тот самый Sloane 313, самый полный из известных, с признаками принадлежности Ди. То есть Sigillum Dei Aemeth он видел в оригинальном виде: с кругами имён, семиугольником, звездой в одну линию и клятвенной рамкой вокруг всего этого.
Дальше происходит то, что делает всю историю интересной. Имея готовое построение перед глазами, Ди не стал его копировать. В 1582 году, начав сеансы с Эдвардом Келли, он получил печать заново — по словам Келли, от ангелов, буква за буквой, на протяжении нескольких сеансов, с указаниями, что и в какую полосу ставить. Записи об этом лежат в его дневниках духовных действий.
Как относиться к этому эпизоду — вопрос вкуса. Можно считать, что Келли пересказывал книгу, лежавшую в доме. Можно считать, что Ди сознательно легитимировал переделку откровением, потому что рукописи он не доверял. Можно считать, что произошло то, что записано. Для нашего разбора важнее другое: результат отличается от источника систематически, а не случайно, и отличия читаются как сознательная переработка.
Что изменено
Материал. Пергамен заменён воском. Не листок, а литой диск, довольно крупный, с вырезанным по нему начертанием. Из носимого предмета печать стала предметом стоящим.
Число. Вместо одной печати — пять: большая под стол и четыре малых под ножки. Печать перестала быть личным удостоверением оператора и стала основанием мебели.
Функция. Здесь главный разрыв. В Juratus печать носят на теле весь стодневный срок, ею удостоверяются перед духом, её освящают мессами. У Ди она — фундамент: на столе, стоящем на печатях, лежит кристалл, в который смотрит Келли. Печать держит не человека, а место работы. Оператор, соответственно, тоже раздваивается: у Juratus видит тот, кто постился, у Ди смотрит один, а спрашивает и записывает другой.
Именной состав. Он у Ди свой. Внешняя полоса набрана буквами и цифрами вперемешку — сорок знаков, разбитых на семь групп. На семиугольнике — семь имён Бога по семь букв. По лучам звезды и её вершинам разложены имена, которых в Juratus нет вовсе: разряды, названные у Ди сынами и дочерьми света. Во внутреннем семиугольнике — семь ангелов планет, и вот эта группа выдаёт устройство целиком: Забатиэль, Цедекиэль, Мадимиэль, Семелиэль, Ногахэль, Корабиэль, Леванаэль. Под этими именами стоят еврейские названия планет — Шаббатай, Цедек, Мадим, Шемеш, Нога, Кохав, Левана, — к которым приставлено обычное ангельское окончание. Иначе говоря, это не полученные имена, а изготовленные по прозрачному правилу из астрологического словаря, доступного любому образованному человеку XVI века.
Геометрия. Семёрка у Ди усилена до предела: семь групп во внешней полосе, семиугольник, семилучевая звезда, внутренний семиугольник, семь планетных ангелов. Пятеричный слой Juratus — тот, что нёс христианскую привязку, — при этом ужимается. Печать становится чище и системнее, но теряет двусоставность оригинала, где верх был именами Бога, а низ — управляющей семёркой.
Цель. Juratus строил печать под видение Бога и подчинение духов воздуха. Ди строил её под разговор с ангелами ради получения нового знания — языка, таблиц, книги. Стодневного поста, месс и клятвенной рамки в его работе нет. Аскезы почти нет вовсе: есть регулярность сеансов, молитва перед началом и очень подробный протокол.
Рабочее переложение воззвания:
Боже, Отче светов, Ты, Кто именуется Адонай, Элоим, Саваоф, Эль, Эхейе, Тетраграмматон, Агла, Эмет, — не мудрости мира ищу и не власти над людьми. Ищу знания, которого не даёт ни книга, ни учитель. Пошли служителей Твоих, стоящих у семи престолов, к столу сему, что утверждён на печати имени Твоего. Пусть придут в подобии ясном, назовут себя прежде, чем скажут, и не скажут ничего, чего не скажут дважды. Всё, что услышано будет, запишу дословно и не поправлю по разуму своему; чего не пойму — оставлю непонятым до времени. Именами, писанными по кругу сему, и печатью, на которой стоит стол сей, — утверди сказанное и отврати лживое. Аминь.
Почему победила переделка
Причин пять, и ни одна из них не связана с качеством самой печати.
- Ди всё записал. Он вёл протоколы с датами, зарисовками и оговорками, вплоть до того, что Келли ошибся или что сеанс не удался. Клятвенная книга не оставила ни одного протокола операции — только предписания.
- Переделку напечатали. В 1659 году Мерик Казобон издал в Лондоне дневники духовных действий Ди — том, задуманный как разоблачение и сработавший как учебник. С этого момента конструкция стала доступна всей учёной Европе. Juratus оставался в рукописях: первый английский перевод вышел только в 1977 году, критическое латинское издание — в 2002-м. Триста двадцать лет форы.
- Предмет уцелел. Восковая печать Ди, его стол и кристалл дошли до наших дней и лежат в музее. Пергаменных печатей Juratus не сохранилось ни одной. Вещь, которую можно увидеть, всегда убедительнее описания.
- Клятва не тянулась за печатью. Оригинал был защищён присягой и ограничением списков — и потому не расходился. Версия Ди никакой присягой связана не была и разошлась свободно. Механизм самозащиты Клятвенной книги, разобранный отдельно, сработал против неё же.
- Её подобрали. В конце XIX века орденская магия взялась за рукописи Ди, и печать вошла в состав енохианского комплекса как его штатная часть. Дальше она разошлась по всей практике XX века, уже без имени Гонория.
Что при этом потеряно
Переделка Ди — вещь связная и работающая в своей логике, но три вещи в ней выпали.
- Цена. Из конструкции ушли сто дней поста, ночные подъёмы и затвор. Осталась печать без того, что делало её удостоверением. У Juratus печать свидетельствует о состоянии оператора; у Ди она свидетельствует сама о себе.
- Сакраментальный контур. Мессы, исповедь, освящение при алтаре. Печать Ди изготовлена, а не освящена.
- Личная привязка. Печать Juratus работает у того, кто её начертал и выносил. Восковой диск под столом работает у всякого, кто за этот стол сядет, — и потому копируется без потерь. Именно поэтому её и скопировали столько раз.
Как отличить одну от другой
Практический определитель, если тебе попалась прорисовка без подписи.
- Воск, диск, следы литья, пять экземпляров — Ди.
- Пергамен, один экземпляр, носимый — Juratus.
- Сорок знаков буквами вперемешку с цифрами во внешней полосе, семь групп — Ди.
- Ярко выраженный пятеричный слой наряду с семеричным — Juratus.
- Имена сынов и дочерей света, планетные ангелы на -эль во внутреннем семиугольнике — Ди.
- Печать в связке со стодневным постом и мессами — Juratus.
И общее правило для всякого, кто берёт печать из сети: почти всё, что там лежит под названием Sigillum Dei Aemeth, — версия Ди. Работать по ней в рамках Клятвенной книги нельзя: это разные инструменты под разные задачи, и их геометрическое сходство обманчиво.