Ни одно приношение в Ифа не идёт мимо Эшу. Он получает свою долю первым, до всех остальных, и без этой доли работа просто не доходит по адресу. Это его должность в системе, а не знак особого почтения: он тот, кто переносит между мирами и решает, пропустить или задержать.
Имена
Здесь надо развести сразу, потому что путаница начинается с имени.
- Эшу и Элегба (Элегбара) — два имени одного ориша у йоруба; в разных городах Нигерии предпочитают то или другое, и в ряде мест их различают как разные явления одной силы.
- Элегуа — кубинская форма (лукуми), где он один из «воинов», получаемых первыми.
- Эшу на Кубе — при этом отдельная, более грубая и опасная сторона, с которой работают не так, как с Элегуа.
- Эксу (Exu) в бразильском кандомбле — тот же ориша западноафриканского корня.
- Эксу умбанды и кимбанды — не он. Это другой класс сущностей, духи городских улиц и мёртвых, со своими именами и своим этикетом. Совпадение слова не означает совпадения адресата, и это одна из самых частых ошибок русскоязычных пересказов.
- В гаитянском воду его место занимает Легба, старик у ворот, и это уже другая система, со своими правилами.
Чем он не является
Отдельно и прямо: Эшу — не дьявол. Отождествление появилось из-за миссионерского перевода: при переводе Библии на йоруба словом «Эшу» передали «сатану», и это закрепилось в церковном обиходе на полтора века вперёд. Внутри традиции такого значения нет и не было.
Эшу — испытатель, посредник и хозяин движения. Он ставит человека в положение, где выбор виден, и он же переносит приношение туда, где его принимают. То, что он бывает жёстким, не делает его врагом: он делает свою работу.
Где он живёт
Первичный образ Эшу — янги, необработанный кусок латерита, красноватого камня. Он стоит там, где сходятся дороги, у входа на рынок, у ворот города, у входа в дом. Всякое место, где пути пересекаются, — его место.
В диаспоре форма другая, а логика та же: на Кубе голову Элегуа держат за входной дверью, лицом к двери; это лепная или каменная голова с глазами и ртом из каури. Кормят её на своём месте, у порога, и это работа, к которой человек допускается после соответствующего обряда.
Отсюда постоянные бытовые правила: перед его местом не ссорятся, через него не переступают, и мусор от порога в его сторону не выметают.
Итан о шапке
Каждое одду несёт сотни итан, и про Эшу их множество. Самая известная из историй этого круга — про шапку.
Двое друзей держали соседние поля и жили душа в душу, чем и хвалились. Эшу прошёл по меже между их участками в шапке, окрашенной с одной стороны в один цвет, с другой в другой. Каждый видел свою сторону. Вечером они заспорили, какого цвета была шапка у прохожего, спор дошёл до драки, и дружбе пришёл конец. Эшу на это сказал, что ничего не делал: он просто прошёл мимо.
Это одна из историй корпуса, бытующая во множестве версий; ни номера, ни «канонической» редакции у неё нет. Её узел не в коварстве, а в устройстве: Эшу показывает, что у каждого своя сторона, и что дружба, не проверенная на это, ничего не стоит.
Как с ним работают
Открытая, публично практикуемая часть:
- доля в каждом эбо — она отдаётся первой, до основного адресата, и не сокращается;
- красное пальмовое масло — его основное вещество, вместе с крепким спиртом;
- сладкое: конфеты, сахарный тростник, мёд в отдельных случаях;
- дым: сигара, табак;
- относ на перекрёсток — с запретом оглядываться на обратном пути.
К этому в диаспоре добавляются копчёная рыба и вяленое мясо, игрушки и мелкие монеты. Птицу ему приносят по назначению одду; животную жертву совершает только посвящённый жрец, и об этом есть отдельная статья.
Чего не делают: не обещают ему того, что не собираются отдать, и не откладывают обещанное. В корпусе это одна из самых частых причин, по которой у человека «всё встало».
Что он открывает и что закрывает
Практический профиль работы с Эшу узкий и конкретный. К нему идут, когда:
- дело стоит без видимой причины и все пути упираются;
- нужно, чтобы приношение или просьба дошли;
- нужно движение: переезд, работа, поездка, начало;
- надо развести столкнувшихся, как в одду Оканран, — об этом есть своя статья.
Он же и закрывает. Дорога, перекрытая Эшу, не открывается обходом; её открывают уплатой.
Гадание с ним
Спрашивают у него просто и открыто: раскалывают орех колы или кокос и бросают доли, глядя, как легли. Это бытовой инструмент, доступный не только жрецам, в отличие от ибо, предметов для вопросов за доской, — про них есть отдельная статья.
Признак принятого — движение, начавшееся быстро и не там, где ждали: звонок, случайная встреча, дорога, открывшаяся сбоку. Признак непринятого — что всё встало плотнее прежнего; тогда проверяют, полной ли была доля и не было ли обещано лишнее.
Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:
Хозяин дорог, стоящий там, где пути расходятся,
тебе первое слово и первый кусок, до всех прочих.
Вот масло, вот крепкое, вот сладкое — это твоё, и я не считаю.
Отнеси моё туда, где решают, и не задержи по пути.
Что закрыто передо мной без причины — открой.
Что открыто мне на беду — закрой.
Обещанного я не задержу. Отдал и не оглядываюсь.