Иросун — пятый старший знак, знак крови, рода и переданного по наследству. Имя его происходит от красного дерева, и от того же дерева получают порошок, которым посыпают гадательную доску: знак и рабочее вещество ремесла названы одним корнем. Поле у него простое и тяжёлое: то, что течёт в тебе, приходит не от тебя и требует своей платы.
Подпись и имена
Справа сверху вниз — одна черта, одна, две, две; слева то же. Полное имя — Иросун меджи.
По-русски пишут Иросун, Иросу, Иросун меджи, Иросун мейи; кубинская форма — Иросо Мейи, и в русских текстах, идущих через Кубу, ты встретишь именно Иросо. Это одно и то же одду.
Знак стоит пятым и составляет пару со следующим, Оворин: их подписи — зеркальные отражения друг друга, перевёрнутые сверху вниз. Как читается подпись и почему столбцов два, разобрано в статье о первом одду.
Красный порошок и красное дерево
Здесь стоит задержаться, потому что связь прямая и она объясняет статус знака.
Иросун — дерево, дающее красную древесину; из неё получают порошок, который в Западной Африке идёт и на притирания, и на окраску. Порошок, которым бабалаво посыпает доску, чтобы чертить по нему знаки, называется ийеросун — буквально «порошок иросуна». Обстановка приёма и назначение порошка разобраны в статье об икин.
То есть знак крови дал имя тому веществу, по которому чертятся все знаки. Жрецы этой связи не выдумывают и не подчёркивают как символ; она просто есть в языке, и она хорошо показывает, насколько плотно система связана со своей материальной стороной.
Красный порошок другого рода — осун, идущий на тело и на святыни, — это уже отдельное вещество, и путать его с ийеросуном не надо, хотя корни имён пересекаются.
Поле знака
Кровь. Не как метафора, а как вещество: то, что течёт, то, что проливают, то, что связывает людей помимо их выбора.
Род и наследство. Знак говорит о переданном по линии: черты характера, ремесло, болезнь, долг, вражда, обещание, данное предком. Иросун чаще прочих указывает, что дело человека — не его дело, а родовое.
Огонь и жар. Красное в этой системе — горячая сторона. Знак несёт быстроту, воспаление, вспышку.
Внутренность тела. Болезни, идущие изнутри, а не от удара: кровь, сосуды, женские сроки, беременность, воспаления.
Женская линия. Кровь считают по матери, и знак часто указывает именно туда — на бабку, на прабабку, на то, что пришло с той стороны.
Из оришей называют связанных с огнём, с кровью и с предками; списки соответствий у нигерийских и кубинских домов расходятся сильнее обычного, и приводить один как единственный было бы неправдой.
В добре и в беде
Ире. Наследство работает на тебя. Открывается то, что дано по роду: способность, ремесло, покровительство с той стороны, здоровье, дети. Знак в ире часто велит вернуться к своему — к семейному делу, к оставленной земле, к тому, чем занимались до тебя.
Иби. То же самое, но с обратным знаком. Родовой долг, который висит и который не ты брал. Повторяющаяся в поколениях беда: одно и то же в одном и том же возрасте. Болезнь по линии. Вражда, унаследованная вместе с фамилией. И отдельная линия — кровь пролитая: старая история, о которой в семье не говорят.
Направление приношения в этом знаке идёт к предкам и к линии. Точный состав эбо назначает гадатель по тексту, который читает; общий вектор — доделать за тех, кто не доделал, и рассчитаться за то, чего не оплатили.
Вместе со знаком называют эво — личный запрет, часто касающийся именно еды и телесного. Общего списка для знака нет, он строится под человека и держится до отмены.
О животной жертве — прямо
Знак крови — то место, где приходится сказать это без обиняков, потому что вокруг темы нагромождено и вранья, и ханжества.
В Ифа, лукуми, воду, кандомбле и пало животная жертва настоящая и центральная. Это не эвфемизм, не выдумка врагов и не пережиток, который «сегодня заменяют фруктами». Козу, барана, петуха, курицу, голубя, черепаху приносят конкретному адресату по конкретному поводу, и делает это только посвящённый жрец. Порядок забоя здесь не приводится и не подлежит домашнему воспроизведению — не из деликатности, а потому, что это жреческое действие и без обучения оно не исполняется.
Что происходит дальше, обычно замалчивают, а зря: мясо едят. Это общинная трапеза, часть идёт на святыню, часть жрецам, основное — людям за столом. Уничтожения животного здесь нет; есть забой с обрядовым порядком и последующая еда, устроенная примерно так же, как забой скота в любой деревне, только с другим смыслом.
Правовая сторона называется прямо. В США религиозная животная жертва защищена решением Верховного суда 1993 года по делу, возбуждённому против общины лукуми во Флориде. В других странах регулируется иначе — от полной допустимости в рамках общих правил забоя до прямого запрета. В России отдельного статуса у такой практики нет, и она подпадает под общее законодательство о содержании и убое животных.
И главное для читателя: непосвящённому этого делать не нужно и нечем. Кровь в этой системе — жреческое вещество, а не бытовое. Открытая часть работает на воде, еде, масле, мёде, колé и слове, и работает полностью.
Что открыто: разбор своей линии
- Составь линию письменно. Четыре поколения вверх, сколько сможешь: имена, годы, чем занимались, от чего умерли, где похоронены. Это не генеалогическое хобби, это в буквальном смысле материал знака.
- Отметь повторы. Одинаковый возраст, одинаковая болезнь, одинаковый разлад, одинаковая профессия. Иросун указывает именно на повтор.
- Найди умолчание. В каждой семье есть история, которую не рассказывают. В этом знаке она и есть предмет.
- Закрой один долг предков. Невыполненное обещание, неотданные деньги, непоставленный памятник, не найденная могила. Одно, целиком, а не пять наполовину.
- Заведи воду для своих мёртвых. Порядок открытого домашнего поминания разобран в статье об одду тьмы: стакан чистой холодной воды, имена вслух, свеча, часть своей еды. Здесь он уместнее всего.
- Проверь тело. Знак говорит о болезнях изнутри. Практическая часть — дойти до врача и сдать кровь; традиция с медициной здесь не спорит, приношение идёт рядом с лечением, а не вместо.
- Охлади голову. Знак горячий; порядок эбори открыт, и в паре с работой по линии он делает её выносимой.
Рабочее переложение воззвания под этот знак:
Кровь во мне не моя — ваша, и я её несу дальше.
Отец с матерью, деды, и те, чьих имён я не знаю, — станьте и слушайте.
Что вы не доделали — назовите, доделаю.
Кому вы задолжали — скажите, отдам.
Что у нас в роду ходит по кругу и берёт каждого в один и тот же год — пусть на мне остановится.
Я не прошу снять с меня чужое даром: скажите цену, и я заплачу.
Огонь мой красен — пусть греет, а не жжёт.
Голова моя, будь при мне холодной. Да будет так.
Обращения, которые под этим знаком произносят в самой традиции, перечисляют его имена и его связь с красным деревом и с кровью. Их получают на слух от жреца; сочинять их по-русски и выдавать за йорубские нельзя, и здесь их поэтому нет.
Признаки отклика
Отклик приходит через семью. Всплывает документ, фотография, письмо. Объявляется родственник, с которым не общались. Кто-то из старших вдруг рассказывает то, о чём молчал сорок лет. Заканчивается тяжба о наследстве. Отступает болезнь, которая шла по линии.
Признак того, что дело не идёт: обострение семейного конфликта сразу после того, как ты начал копать. Читается это не как провал, а как указание на место — там и есть узел. Разбирают это дальше не самолечением, а гаданием; определить, чем именно перекрыто, и назначить эбо может только тот, кто читает одду.