Мувакил — «уполномоченный, приставленный». Третье из трёх понятий, которые в русских пересказах науки букв сливаются в кашу. Отличие от хаддама не в силе и не в природе существа, а в том, кем установлена связь: служителя заводишь ты, приставленного ставят над вещью помимо тебя, и работать с ним приходится совсем иначе.
Слово и его кораническая основа
Корень «вакаля» даёт «вакиль» — доверенное лицо, поверенный, и «муваккаль» — тот, кому поручено. Отсюда страдательное «мувакил би-...» — «приставленный к чему-то». Само понятие не изобретено книжниками науки букв, оно взято из коранического словаря, где приставленность к делу — обычный способ описания служения.
- Сура «ас-Саджда», 32:11 — ангел смерти назван приставленным к людям.
- Сура «Каф», 50:17–18 — двое встречающих, справа и слева, при каждом слове.
- Сура «аль-Инфитар», 82:10–12 — благородные писцы, знающие, что вы делаете.
- Сура «аз-Зухруф», 43:77 — Малик, обращённый к обитателям огня.
- Сура «аль-Муддассир», 74:30 — «над ней девятнадцать».
Из этого материала книжность и выводит общее правило: над всякой вещью, местом, часом и порядком кто-то поставлен. Практическая часть науки букв просто продолжает список вниз, к предметам поменьше.
К чему их приставляют
Разряды приставленных, которые реально встречаются в руководствах:
- К букве. У каждой из двадцати восьми свой мувакил; отсюда обыкновение, работая с буквой, называть его по имени. Имена в рукописях расходятся, единого списка нет.
- К имени Аллаха. Каждому из девяноста девяти имён сопоставлен приставленный, действующий по смыслу имени.
- К часу и дню. Планетные часы имеют своих; отсюда правило не начинать чин, не назвав того, кто поставлен над этим часом. Счёт неравных часов разобран в статье о часах и планетах.
- К талисману. Изготовленный и освящённый лист получает приставленного, который его и «держит». Это ключевой для практики случай: не ты его нанял, он пришёл с работой.
- К месту. Дом, источник, дерево, развалины, перекрёсток. С ними имеют дело не подчинением, а вежливостью и разрешением.
- К кладу. Отдельная и очень живучая ветвь: сокровище считается имеющим стража, и вся литература о «раскрытии кладов» — это литература о том, как быть со стражем, а не о том, где копать.
Чем работа с ним отличается от работы со служителем
Разница операционная, а не богословская.
- Служителя вызывают, приставленного застают. Он уже здесь, потому что здесь вещь, к которой он поставлен.
- Служителю приказывают, у приставленного просят изн — разрешение. Требование в его адрес традиция считает пустым: он подчинён не тебе, а поручению.
- Служителя удерживают, приставленного отпускают. Основная операция — сарф, отпуск: ты не забираешь его в работу, ты закрываешь взаимодействие.
- Служителя кормят, приставленного благодарят. Кормление подразумевает зависимость, которая тут отсутствует.
- Служитель уходит вместе с практиком, приставленный остаётся с вещью. Талисман, перешедший другому владельцу, приходит со своим приставленным; служитель прежнего хозяина за предметом не следует.
Оговорка, без которой описание будет ложным: в разговорной практике арабского мира, от Марокко до Персидского залива, оба слова употребляются вперемешку, и продавец амулета скажет «мувакиль» про то, что по книжной норме хаддам. Книжное различие реально, но не всеобще.
Порядок обращения
Чин, где нужен приставленный, строится так.
- Определяют, кто и к чему поставлен: к часу, к листу, к месту.
- Совершают омовение, входят в чистом, окуривают.
- Открывают басмалой и славословием.
- Называют приставленного — по имени, если оно известно из линии передачи, по поручению, если имя неизвестно. Второе в руководствах считается допустимым и даже более осторожным.
- Излагают дело коротко и указывают, чего не просят.
- Просят разрешения, а не требуют исполнения.
- Отпускают. Отпуск обязателен независимо от того, был ли ответ.
Слова в самой традиции берут из коранического материала и из готовых азаим, записанных в рукописях; сочинённого арабского текста в этом месте не бывает, и его подделка — брак. По-русски рабочая формула строится по тем же частям.
Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:
Именем Того, Кто поставил над всякой вещью хранителя, а над всяким часом — блюстителя.
К тебе слово моё, приставленный к этому месту и к этому написанному, я не знаю имени твоего и не назову ложного.
Разрешения прошу, а не власти над тобой; дела прошу законного, и другого не прошу.
Что сверх сказанного — то не моё требование, и я его не заявляю.
Отпускаю тебя к поручению твоему, и нет между нами ни долга, ни удержания. Слово закрыто.
Клад и его страж
Ветвь о кладах стоит назвать отдельно, потому что она породила самый большой объём поддельных рукописей. Логика её такая: сокровище не бывает бесхозным, над ним поставлен страж, и первым делом определяют его — по признакам места, по снам, по видениям. Дальше следуют переговоры и разрешение, и лишь потом раскопки. Тексты подробно расписывают признаки «ложного разрешения» и последствия самовольного взятия: болезнь, разорение, смерть в роду.
Про сегодняшнюю сторону дела надо сказать без обиняков: раскопки на памятниках и вывоз находок — уголовно наказуемы почти везде, а «карты кладов» из старых рукописей десятилетиями продаются как отдельный жанр мошенничества. Это часть современного рынка науки букв, разобранного в статье о трезвом аудите.
Признаки и границы
Отклик описывают как разрешение обстановки: снимается сопротивление в деле, находится потерянное, прекращается серия мелких помех. Отказ описывают как глухоту — ничего не происходит вовсе. Активное противодействие традиция трактует как знак, что ты обратился не к тому или потребовал не того.
Не проведённый отпуск — главная рабочая ошибка. Всё, что в источниках сказано о «прилипшем приставленном», сводится к одному: связь открыли и не закрыли. И отдельно, без смягчения: тяжёлые ночные страхи, чувство постоянного присутствия и нарушенный сон, которые тянутся неделями, — это состояние, с которым идут к врачу, а не наращивают счёт.