Вторник — единственный день Гептамерона, где книга прямо обещает войско: две тысячи воинов зараз. Рядом в том же перечне стоят война, мор, смерть и пожары, и оговорок при этом нет никаких. Разбираем самую жёсткую главу корпуса: имена, круг, облик являющихся, признак у черты и то, чем эта работа платится по счёту самой традиции.
Список назначений и его буквальность
Духи вторничного воздуха приставлены воздвигать войны, наводить мор, смерть и пожары; давать две тысячи воинов зараз; приносить смерть, недуг или здоровье.
Список стоит прочитать медленно. Он весь про насилие и его отмену: убить, заразить, сжечь, привести войско — и вылечить. Здоровье попало сюда не для смягчения. Марсова сила в этой книге режет в обе стороны: чем она берёт жизнь, тем и выжигает болезнь. Лечение вторника — не выхаживание, как в четверге, а прижигание: болезнь уничтожают вместе с тем, на чём она сидит.
Обещание двух тысяч воинов в позднейших пересказах обычно смягчают до «видения войска» или «покровительства в бою». В самой книге стоит число и стоит буквально, и это одна из тех мест, где Гептамерон говорит языком своей эпохи, а не поздних толкователей. Что именно понималось под этим в XV–XVI веках — предмет спора; сглаживать формулировку задним числом не следует, как и делать вид, будто это метафора.
Самаэль трижды
Ангел дня — Самаэль. В дневной тройке при нём Сатаэль и Амабиэль.
Особенность вторника в том, что его ангел разложен по всей неделе. Самаэль стоит ангелом дня во вторник, входит в тройку понедельника, стоит первым в восточной четверти воскресного неба и в четвертях пятницы. Ни одно другое имя книги не расползается так широко. Марсово присутствие в Гептамероне не заперто в своём дне — оно подмешано почти всюду, и это отличает систему от аккуратных поздних таблиц, где каждая планета сидит в своей клетке.
Второе, что бросается в глаза: Амабиэль, третий во вторничной тройке, служит ещё и в пятницу, где он назван среди служителей венерианского царя. Один и тот же ангел приставлен к войне и к соитию. Такое совмещение — старая черта средиземноморского материала, и в поздних переработках его обычно разводят по разным именам.
Царь воздуха вторника — Самакс, служители Кармакс, Измоли, Паффран. Имена царя и первого служителя различаются одной буквой, и в перерисовках их путают постоянно.
Ветер — восточный. Огненная планета отдана востоку, который в обычной стихийной росписи держит воздух. Расхождение таблицы ветров Гептамерона со стихийными соответствиями разобрано в статье об ангелах воздуха; вторник — самый наглядный его случай.
Небо — пятое, имя ему Махон. Ангелы пятого неба по четвертям. Восток: Фриагне, Гуаэль, Дамаэль, Кальзас, Аррагон. Запад: Лама, Астагна, Лобкин, Сонкас, Язель, Исиаэль, Ирель. Север: Рахумель, Хиниэль, Раэль, Серафиэль, Матиэль, Фрациэль. Юг: Сакриэль, Яниэль, Гальдель, Осаэль, Виануэль, Залиэль. Западная четверть здесь самая длинная во всей книге — семь имён; в редакциях её состав расходится, сверяйся со своим изданием.
Круг вторника: почему час решает больше обычного
Первый дневной час вторника принадлежит Марсу, ангел часа и ангел дня совпадают — Самаэль на обоих слоях. То же в восьмом, пятнадцатом и двадцать втором часу. Общая арифметика счёта разобрана отдельно, но во вторнике у неё есть своя острота.
Марсова тема под чужим часом не смягчается, а искажается, и искажается в сторону оператора. Вторничное требование в час Сатурна — приказ о разрушении под властью, которая удерживает и замораживает; вторничное требование в час Венеры — насилие под властью склонения. Практика описывает такие работы как возвратные: сделанное оборачивается на того, кто делал. Если берёшь вторник, бери его чистые часы и не выкручивайся.
Курение вторника — перец. Дым едкий, в закрытом помещении тяжёлый, и это входит в замысел: воздух дня должен быть жгучим.
Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:
>
Именем Того, Кто изводит ветры из сокровищниц Своих и полагает предел мечу, заслугами Самаэля, ангела дня сего, Сатаэля и Амабиэля, заклинаю тебя, Самакс, царь воздуха вторничного, и вас, Кармакс, Измоли, Паффран, слуг его. Придите от восточного ветра, из неба пятого, что зовётся Махон, в облике, глазу выносимом, без рёва и без огня. Станьте вне черты и не преступите её ни рогом, ни когтем. Сотворите единственно то, что названо, и ни на волос сверх того. И стойте, доколе не отпущу вас именем, которым вы связаны.
Облик: рога, когти, бычий рёв
Являются вторничные духи телом высоким, желчного склада; лицом мерзким; цветом смуглым, бурым или красным; с рогами, как у оленя, и когтями, как у грифона; ревущими подобно диким быкам. Движение их — как горящий огонь.
Оленьи рога, а не бычьи — подробность, по которой опознают вторник и которую в пересказах постоянно заменяют на бычьи, потому что рёв в описании бычий. Ошибка старая и очень живучая; на перерисованных печатях и в поздних иллюстрациях олений рог почти всегда превращается в бычий рог.
Признак дня — гром и молния вокруг круга. Не жар, не пламя, а именно грозовое: раскат, вспышка по краю черты, ощущение близкого удара. Признак этот сильнее прочих дневных и переносится тяжелее всего. Оператор, впервые взявший вторник, обычно оказывается не готов к тому, насколько буквально это звучит.
Что делать при появлении признака: ничего. Не отступать, не отвечать на грохот, не поднимать голос. Черта держит, пока стоишь. Ошибка вторника всегда одна и та же — шаг назад, к внешнему обводу или через него.
Цена вторника
Традиция называет её без иносказаний, и здесь она называется как факт, а не как предостережение.
- Вторничная работа не отменяется. Пущенное этим днём не отзывается назад тем же днём. Отменяют четвергом, и не всегда.
- Она возвращается по родству. Наведённое на человека идёт по его дому и его крови; наводивший, если связан с адресатом родством, свойством или общим делом, получает свою долю. Это же правило известно русской традиции, где порча по следу и отдача разобраны в своих статьях.
- Она изнашивает оператора телесно. Практика по всем редакциям сходится в одном: вторничные чины идут подряд плохо. Между ними держат перерыв в полную седмицу и не берут вторник, будучи больным.
- Она требует одного адресата. Названный по имени один — работа идёт по имени. Названные скопом — работа идёт по месту, и попадает не только в тех, кого имели в виду.
Отпуск во вторник читается особенно твёрдо и без спешки, полностью, даже если явления не было и признак не пришёл. Порядок закрытия работы разобран в отдельной статье; вторничный круг после отпуска разбирают до последней черты и место окропляют повторно.