Семидесятый дух — могучий князь под Амаймоном, королём востока, двадцать шесть легионов. Является прекрасным человеком верхом на крылатом коне. Ходит и приходит, приносит в изобилии, делает всё внезапно, переносит вещи куда велено и обратно, обходит весь свет во мгновение ока, даёт правдивый отчёт о всякой краже и о спрятанных сокровищах и, что для этого перечня редкость, назван добронравным и охотно делающим то, чего от него хотят. И его нет в списке 1577 года.

Чего нет у Вейера

Латинский перечень Вейера, напечатанный в 1577 году как приложение к его большому сочинению о бесовских обманах, содержит шестьдесят девять духов, а не семьдесят два. Скот в 1584 году перевёл его на английский почти буквально — и в английском тексте тоже шестьдесят девять.

Разница с Гоетией разбирается по именам. У Вейера отсутствуют четверо: Вассаго на третьем месте, Сеере на семидесятом, Данталион на семьдесят первом и Андромалий на семьдесят втором. Зато у Вейера есть Пруфлас, которого в Гоетии нет вовсе. Сложи: семьдесят два минус четыре плюс один — шестьдесят девять. Счёт сходится без остатка.

Отсюда первое, что нужно понимать про Сеере. Он не «древний дух, забытый Вейером». Он дух, появившийся в английской рукописной линии Лемегетона в XVII веке — то есть на восемьдесят с лишним лет позже печатного перечня, а не раньше. Сравнение редакций даёт здесь не оттенок, а факт биографии.

Откуда взялись сами описания, тоже видно: английский Лемегетон идёт не за латинским текстом Вейера, а за его английским переводом у Скота — обороты совпадают слишком близко для независимой работы. Составитель держал перед собой печатную английскую книгу и дописывал в неё.

Почему семьдесят два

Зачем вообще понадобилось добавлять — ответ в числе. Семьдесят два не произвольная величина, а обязательная: столько ангелов в Шем ха-Мефораш, столько пятиградусных делений в зодиакальном круге. Списку духов, чтобы встать в пару к ангельскому, нужно ровно семьдесят два места.

У Вейера этой задачи не было: он печатал перечень как разоблачение и прямо оговаривал, что кое-что опустил намеренно, чтобы книгой нельзя было пользоваться. Число ему было безразлично. У английского компилятора задача обратная — он собирал рабочую книгу из пяти частей, где Гоетия стоит первой. Список добрали до нужного числа: один добавленный ушёл в начало, трое в самый хвост, и Сеере первый из этих троих.

Это объясняет и повтор содержания в хвосте. Клады, кражи, потерянное стоят у Валака, у Кимейеса, у Сеере и у Андромалия — четыре статьи об одном в пределах последней дюжины. Тот, кто дописывает, берёт самое ходовое.

Ранг, которого нет в таблице часов

Вот якорь, который добытым числом не объясняется, а из него следует.

В Лемегетоне есть таблица, по которой каждый чин связывается в свои часы: короли, маркизы, герцоги, прелаты, рыцари, президенты, графы. Чина «князь» в этой таблице нет. Прелаты в ней есть, и обычно князей подводят под них, — но это чтение, а не то, что написано.

Показательно: из четырёх дописанных духов Сеере назван князем, и его ранг выпадает из служебной таблицы. Это тот самый шов, по которому позднейшая вставка узнаётся изнутри, без сравнения списков.

Зато у Сеере есть то, чего нет у многих: названный король. Там, где у Валака или Загана оговорка «если не призван король, которому дух подчинён» повисает в воздухе, здесь имя есть и его называют вслух. Это определяет и сторону: рассветная половина дня, лицом к востоку, треугольник на восточную сторону круга.

Что он даёт

Область одна, но описана богаче, чем у соседей: мгновенное перемещение и доставка.

Плюс отдельной строкой — правдивый отчёт о краже и о спрятанном; и плюс характеристика, редкая в перечне: добронравен и делает охотно. Про большинство духов книга такого не говорит, а про некоторых говорит прямо обратное.

Не обманывайся последней строкой: добронравие здесь означает низкое сопротивление принуждению, а не безопасность. Покладистый исполнит буквально то, что сказано, — упрямый хотя бы переспросит. И различай второе: он переносит, но не производит. Всё принесённое откуда-то взято, и вопрос, откуда, книга не обсуждает.

Мост: посыл, относ, клад

Три соседних рубрики сходятся на этой статье.

Посыл. Работа, где помощник отправляется куда-то и что-то делает, в русской низовой традиции разработана подробно, с той разницей, что там посылают безымянного, а здесь именуют. Требования те же: место, дело, срок возврата. Непринятый обратно посыльный — общая беда обеих систем.

Относ. Отнести и оставить. Сеере занимается этим по прямому тексту; русский относ требует названного места и невозвращения, здесь то же требование звучит как условие в круге.

Клад. Отчёт о спрятанном идёт у него в паре с отчётом о краже — единственный случай в перечне, где обе темы соединены. Логика внятная: и то и другое вопрос о том, где сейчас вещь. Про сторожа при кладе и зарок он не говорит ничего; это разобрано в русской кладовой рубрике.

Час, печать, чин

Восток, рассветная сторона, треугольник на восточную сторону круга. Кольцо Соломона на пальце обязательно: имя короля востока в воззвании звучит, а к королям книга велит быть в полном снаряжении.

Порядок: замкнуть черту; печать под покровом; воззвание с называнием Амаймона; требование внятного вида и речи; одно поручение, названное с местом, делом и сроком возврата; условие; отпуск.

Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:

Сеере, князь, над двадцатью шестью легионами поставленный, под рукою Амаймона, короля восточного, — тебя зову и никого иного, и короля твоего называю, чтобы слово моё дошло до тебя прямым путём. Заклинаю тебя Адонаем, Элохимом, Саваофом, Элионом, Тетраграмматоном и Агла: приди с восточной стороны к треугольнику, что положен за чертою круга моего, зримо, в облике человеческом, и говори внятно. Ты, обходящий свет во мгновение ока и носящий, что велено, туда и обратно, — вот поручение моё, одно: пойди туда-то, сделай то-то и вернись ко мне к такому-то часу, и не делай ничего сверх сказанного, ибо охоту твою я знаю, а буквы моей ты не переступишь. И если знаешь, где лежит взятое у меня и кем взято, — скажи это тем же словом. Условие моё названо, срок мой назван. А как вернёшься и скажешь, отходи с миром на восток, в свои места, и приходи, когда позову тебя тем же именем и именем короля твоего.

Плата и провалы

Плата обычная: названный расход в названный срок. Особенность в скорости — работа, сделанная внезапно, считается взятой в долг у срока, и практически это выглядит как откат: быстро полученное так же быстро уходит, если расчёт не закрыт. Условие с ним ставят жёстче, чем с медленными духами, и закрывают сразу.

Провалы двух родов.

Сделал буквально. Самый частый и прямо вытекающий из его добронравия. Поручение исполнено по слову, а не по смыслу: принесено не то, оставлено не там, вернулся не тогда. Средство одно — писать поручение заранее на бумаге и читать по написанному, а не говорить из головы.

Не пришёл. Проверь, назван ли король. Сеере — один из немногих, у кого имя старшего указано в самой статье, и пропуск этого имени в воззвании срывает вызов чаще, чем неверный час. Констрикция и цепь — печать в ларец с серой над огнём — остаются в запасе, но с покладистым духом это средство почти никогда не требуется.