Валефор — единственный дух в списке, о котором прямо сказано, что он предаёт того, с кем сдружился. Он хороший помощник, и он же подводит своего человека под кражу и под поимку. Цена работы названа не в общих правилах чина, а прямо в описании самого духа, и это делает его удобным входом в тему вредоносного ремесла.
Дух воровского дела
Каркас описания общий для всех редакций. Валефор — могучий герцог, у него десять легионов, самое малое число в первой десятке списка. Даётся человеку как добрый фамильяр — постоянный помощник, а не разовый исполнитель, — и он же склоняет того, при ком состоит, к воровству, покуда тот не попадётся.
Десять легионов держатся везде: у Вейера, у Скота, в рукописях, у Матерса. Формы имени — Валефор, Валефар, Малефар, Малафар: начальные В и М в рукописях путаются постоянно, и какая форма первична, по доступным спискам не решается.
Голова осла или голова вора
Единственное настоящее расхождение по Валефору — в облике, и оно занятное.
В Гоетии он является львом с ослиной головой, который ревёт. У Вейера, а вслед за ним у Скота, стоит другое: лев с головой вора. Разница в одном слове, и это одно слово меняет всю картину — из химеры получается эмблема.
Что произошло, точно сказать нельзя. Правдоподобны обе стороны: либо в раннем тексте стояло слово, означающее вора, и переписчик Лемегетона прочёл его как обозначение осла, либо наоборот — исходной была химера, а «вор» появился как осмысление, подтянутое к воровской функции, описанной тут же.
Практически важно, что обе версии указывают на одно. Осёл в европейской традиции — животное глупости и упрямства, голова вора — прямое указание на ремесло. И то, и другое говорит о духе, чья сила приходит с изъяном, встроенным в неё изначально.
Мост в тёмную работу
Валефор — тот случай, когда гоетический материал ложится на русскую вредоносную практику почти без зазора, и разбирать его лучше рядом с ней.
Общее — фигура помощника. Русский колдун держит помощников, которых надо занимать делом, иначе они кормятся с хозяйского двора. Гоетический фамильяр устроен так же: даётся не на задачу, а насовсем, и незанятый начинает работать сам. Валефор — предельный случай этого правила: направление его самодеятельности прописано прямо.
Общее — цена, встроенная в силу. В русских записях цена договора называется как факт: тяжёлая смерть, здоровье, род. Здесь цена другая по содержанию и та же по устройству — не наказание за нарушение, а часть сделки. Тебе дают помощника, помощник ворует твоими руками, ты попадаешься.
Разное — способ удержания. Русская традиция удерживает помощников нарядом: их занимают работой, дают счёт и срок. Гоетия удерживает кругом и печатью, то есть внешней границей. Отсюда сочетание, которое имеет смысл: держи Валефора по-русски, а вызывай по-книжному. От самодеятельности спасает не круг, а занятость и оговорённый срок.
Разное — что считается провалом. В русской работе провал — когда помощник взял не то и не оттуда. Здесь у провала один опознаваемый вид: у тебя начинает пропадать чужое и появляться в твоём доме, а ты не помнишь, как оно там оказалось.
Что он реально даёт: находит плохо лежащее — вещи, деньги, возможности, сведения, которые никем не охраняются как следует. Не крадёт за тебя и не приносит в руки; показывает щель. Дальше действуешь ты, и ответственность на тебе целиком.
Соответствия: три сетки, которые не сходятся
На Валефоре хорошо видно, что «соответствия духа» — не одна система, а три разных, наложенных друг на друга в разное время.
Первая — своя, книжная. Гоетия даёт ранг и время. Он герцог, значит от первого часа до полудня, в ясную погоду. Всё; никаких планет, стихий и знаков книга ему не назначает.
Вторая — декановая, конца XIX века. Семьдесят два духа разложены по тридцати шести деканам, дневным и ночным; сетка сложилась в кругу «Золотой Зари» и разошлась через издание Матерса с редактурой Кроули. Валефор в ней — третий декан Тельца: стихия земля, планетный управитель декана Сатурн.
Третья — ангельская, Радда. В материалах Томаса Радда, дошедших через Harley 6483, каждому духу поставлен в пару ангел Шем ха-Мефораш; Валефору отвечает шестой, Лелахель. Это система не соответствий, а управления: ангела призывают, чтобы принудить духа.
Три сетки не складываются в одну, и попытки их согласовать порождают ту кашу, которой полны компиляции. Утренний час герцога по книге и сатурнианский декан Тельца по «Золотой Заре» указывают на разные дни и разное настроение работы; ангельская узда предполагает вообще другой чин. Выбирай одну и работай по ней целиком — смешивать хуже, чем ошибиться в выборе.
Под Валефора бери книжную: она старше, внутренне непротиворечива и единственная происходит из того же текста, что и сам дух.
Как ставится вызов
- Утренний час герцога, ясная погода. Треугольник вовне круга, ламен на груди открыто, имя с чином: «Валефор, он же Малефар, герцог могучий».
- Требование ставится на указание, а не на добычу: покажи, что лежит без хозяина и без счёта, чьё оно и чем охраняется.
- Отдельным пунктом оговаривается запрет на самодеятельность — прямым текстом. Это главное отличие работы с ним от работы с любым другим духом первой десятки.
- Срок обязателен. Фамильяр без срока становится постоянным, а постоянный Валефор — та самая цена, о которой предупреждает описание.
- Отпуск читается полностью.
Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:
Взываю к тебе, Валефор, он же Малефар, герцог могучий, — именами Адонай, Элохим, Тетраграмматон, Садай, Агла. Именем Того, Кто дал Соломону, сыну Давидову, власть над духами, — приди без промедления, стань в треугольнике, положенном тебе, и не переступи черты моей. Оставь рёв и облик звериный, стань в виде сносном для глаза и говори внятно. Требование моё: покажи мне то, что лежит без хозяина и без счёта, — где оно, чьё оно и чем охраняется, — и укажи прямо, без загадки. Условие моё, и оно первое: сам не бери и моей рукой не бери, в дом мой чужого не носи и на дело меня не толкай ни во сне, ни наяву. Что укажешь — то моё дело, а не твоё. Сроку тебе — до дня, что я назову, и ни часа сверх; по сроку отойдёшь и не станешь при мне без нового зова. А как дело будет сделано — ступай с миром на место своё, тихо, без вреда человеку и дому, и будь готов прийти, когда позову теми же именами.
Цена, названная самим текстом
Гоетия ценами не торгует: чин построен на принуждении, а не на найме, в отличие от русского договора, разобранного в статьях о черноте. Валефор — исключение, и его цена стоит прямо в описании: дружба с ним кончается поимкой.
Читать это надо буквально: не «может привести к неприятностям», а тот, при ком он состоит, ворует до тех пор, пока не попадётся. Оговорка «покуда не попадётся» — единственный в первой десятке случай, когда книга называет не свойство духа, а исход операции.
Признаки, что работа пошла в эту сторону:
- Появляется мысль взять что-то мелкое и безнаказанное — на ощупь своя, но приходит не в свой момент.
- В доме заводятся вещи, происхождение которых ты не помнишь.
- Ослабевает оценка риска: дела, выглядевшие опасными, кажутся простыми.
- Растёт раздражение на разговоры о честности.
Что делать: закрывать работу целиком, а не поправлять. Отпуск читается заново, полным чином, с называнием истёкшего срока; печать убирается или уничтожается; операция не повторяется, пока признаки не сойдут.
Отдельно: работа на чужую беду — навести на человека кражу и поимку — источником не запрещена и делается тем же чином с переменой адреса. Отдача идёт по общему правилу вредоносной работы, разобранному в русской рубрике: возвращается не то же самое и не сразу, но по тому же каналу, по которому послано.