«Чёрная курица» существует в двух не связанных между собой видах: как деревенский обряд на перекрёстке и как печатная французская книжка начала XIX века. Книжка обряда не содержит, обряд книжки не знает, и путаница между ними — целиком заслуга совпавшего названия. Здесь речь о книжке: кто её сочинил, из чего собрал и почему её до сих пор выдают за древнеегипетскую.

Что это за издание

«La Poule Noire» вышла во Франции около 1820 года, в Париже, без надёжного указания автора. Это тонкая книжка того же разносного рынка, что «Красный дракон» и «Малый Альберт»: тот же формат, та же полиграфия, тот же покупатель. Издавали её и под другим заглавием — как «Сокровище старика из пирамид», и обе версии — один и тот же текст с разными обложками, что для этой торговли обычное дело.

Внутри — не обрядник, а повесть с приложенным каталогом. Примерно две трети объёма занимает рассказ, треть — описания талисманов с их изображениями, именами духов и парными перстнями.

Рамка: офицер, пирамиды и умирающий старик

Рассказ ведётся от лица французского офицера, участника Египетского похода. Отряд его перебит у пирамид; он остаётся жив, скрывается и попадает к глубокому старику, живущему в подземелье. Старик оказывается последним хранителем египетской науки, много старше своих лет; он берёт офицера в ученики, передаёт ему тайны талисманов и перстней, а перед смертью отдаёт всё своё — включая чёрную курицу, которая умеет находить золото.

Датировка тут выдаёт себя сама. Египетский поход Бонапарта — 1798–1801 годы, и книга не прячет привязки к нему, в отличие от «Красного дракона» с его подложным 1522-м. То есть перед нами текст, сознательно написанный как современная история, а не как древний памятник, и уже потом прочитанный как древний.

Почему Египет — понятно без домыслов. После похода Францию накрыла волна увлечения египетскими древностями: многотомное «Описание Египта», обелиски, мода на всё египетское в мебели и орнаменте, а вскоре и дешифровка иероглифов Шампольоном в 1822 году. Книжный рынок отозвался немедленно, и «старик из пирамид» — прямое дитя этой волны, как и множество тогдашних «египетских» гаданий и сонников.

Талисманы и перстни

Практическая часть устроена единообразно: талисман плюс перстень, к паре — имя духа, его назначение и порядок употребления. Назначения бытовые и узнаваемые: невидимость, власть над животными, узнавание чужих мыслей, открывание замков, любовь, богатство, обнаружение спрятанного, защита от оружия.

Египетского в этой части ровно ничего. Знаки — из европейского талисманного обихода: планетные символы, буквы латинские и еврейские, круги с надписями по ободу, звёзды. Это тот же материал, что в талисманных разделах «Малого Альберта», «Гримуара папы Гонория» и поздних французских «Клавикул», перерисованный и перенумерованный. Имена духов подобраны звучно и по образцу, а не по какой-либо системе соответствий: искать их у Вейера или в Лемегетоне бессмысленно — их там нет.

Такова же логика и главного предмета. Курица, отыскивающая золото, — не египетский мотив, а европейский, деревенский: чёрная птица, которая «выцарапывает» клад. Книга берёт ходячее поверье и вставляет его в египетскую рамку.

Из чего собрано целое

Разложим на слои — так же, как разбирался «Красный дракон».

Отсюда честный вывод: это не памятник и не запись обряда, а сочинение своего времени. Такое же по устройству, как «Красный дракон», только там подделывали древность выходными данными, а здесь — сюжетом.

Редакции и переводы

Твёрдо можно сказать немного, и лучше держаться этого немногого.

Текст переиздавался во Франции на протяжении всего XIX века, обеими заглавиями, с разным набором и разным качеством гравюр. При перепечатках знаки талисманов портились: линии упрощались, буквы искажались, часть надписей теряла читаемость. Это обычная судьба гравированных печатей в дешёвых переизданиях, и то же самое видно на печатях гоетических духов.

В XX веке появились английские переводы, и через них книга вошла в англоязычный оккультный обиход, а оттуда — в русский. Практически все ходящие сегодня русские версии восходят к английским, а не к французскому изданию 1820-х. Приписывания текста конкретным авторам встречаются, но надёжного подтверждения им я не знаю и повторять их не стану.

Отдельная линия — употребление книги в новоорлеанской и карибской практике, где французские гримуары ходили вместе с колонистами и вошли в местный обиход наравне с «Красным драконом».

Почему её принимают за древнюю

Три причины, и все они рукотворные.

  1. Рамка от первого лица. Свидетельство очевидца читается как документ, даже когда очевидец выдуман.
  2. Египет. Слово работает как знак древности само по себе, без всякого содержания.
  3. Заглавие. «Чёрная курица» звучит как название обряда, потому что обряд с таким названием действительно существует — только он деревенский и к книге отношения не имеет.

Третий пункт стоит держать в голове особенно крепко, потому что путаница идёт в обе стороны. Читатель, слышавший про перекрёсток и полночь, открывает книжку и не находит там ни того ни другого; читатель, купивший книжку, начинает считать французской деревенской традицией перстни с планетными знаками.

Что с этой книгой делать

Она годится ровно на то, чем является: образец французской талисманной практики начала XIX века в романной упаковке. Если тебя интересует, как в ту эпоху делали талисман и перстень под задачу и какими знаками пользовались, — материал живой и смотреть его стоит. Если ищешь египетское — иди к египетскому напрямую, к формулам, амулетам и именам, а не к парижской брошюре про старика в подземелье.

И правило, общее для всей этой полки: сначала установи, что у тебя в руках. Издание, год, язык, через сколько рук прошёл текст. Работает это одинаково и с «Красным драконом», где подделана дата, и с «Чёрной курицей», где подделан рассказчик. Обряд на перекрёстке при этом никуда не девается и стоит сам по себе — он разобран отдельно, полностью и со своей ценой.

Рабочее переложение того, чем книга сама себя объявляет во вступлении:

Всё, что здесь написано, передано мне стариком, которого я нашёл живым под камнями пирамид, и который был последним, кто знал науку египетских жрецов. Я записал за ним слово в слово и ничего не прибавил от себя. Здесь знаки и перстни, каждому знаку свой перстень и своё имя; кто носит их в порядке, тот увидит незримое, откроет запертое и найдёт положенное в землю. И здесь же чёрная курица, которая ходит по земле и разгребает то, что спрятано, — она была при старике, и он отдал мне её перед смертью, как отдают наследство.