«Красный дракон» продаётся как книга 1522 года, найденная в гробнице Соломона. На деле это дешёвая печатная брошюра французского разносного рынка, и самые ранние известные экземпляры — первая половина XIX века. Разобраться с этим стоит до того, как дойдёшь до второй части: от того, чем текст является на самом деле, зависит и то, как читать его договор.

Что написано на титуле и что из этого правда

Титульный лист заявляет три вещи. Первая: книга восходит к собственным писаниям Соломона, найденным в его гробнице. Вторая: год издания — 1522 (в части экземпляров стоит 1421, что уже само по себе смешно, поскольку до Гутенберга). Третья: составитель — некий Антонио Венециана дель Рабина, лицо, которого не существует ни в одном архиве.

Ни одна из трёх не выдерживает проверки. Печать, бумага, орфография, шрифты и сама манера набора — французские, XIX века. Книга ходила под двумя названиями: «Grand Grimoire» и «Le Dragon Rouge», часто с указанием места «в Ниме», иногда без всякого адреса. Ложная выходная марка здесь не оплошность, а приём: тем же способом «Grimorium Verum» ставил себе «Мемфис, у Алибека Египтянина, 1517». Печатнику нужно было, чтобы книга выглядела древней, и чтобы к нему нельзя было прийти с вопросами.

За выпуском таких изданий во Франции стояли вполне конкретные люди. Лилльский типограф Симон Блоке в 1820–1840-х годах поставил производство гримуаров на поток; парижские перепечатки шли следом. Всё это часть той же индустрии, что печатала сонники, песенники и жития — «синей библиотеки», дешёвых книжек, которые разносчик носил по деревням в коробе. «Красный дракон» лежал в этом коробе рядом с «Малым Альбертом» и «Гримуаром папы Гонория», и покупали его те же люди.

Из чего она собрана

Оригинальностью книга не отличается совсем, и это её достоинство: видно швы.

Сложи это вместе — получишь не памятник, а сборный продукт, собранный ради продажи под спрос своего века.

Три верхних и шесть под ними

Иерархия «Красного дракона» устроена по образцу наполеоновского штаба, и это ещё одна датирующая примета.

Наверху трое: Люцифер — император, Вельзевул — принц, Астарот — великий герцог. Под ними шестеро с должностями: Люцифуге Рофокале — первый министр, Сатанахия — великий генерал, Агалиарепт — генерал, Флёрети — генерал-лейтенант, Саргатанас — бригадир, Небирос — маршал и генеральный инспектор. Ниже — восемнадцать подчинённых духов, разнесённых по этим шестерым.

Обрати внимание на слова: министр, бригадир, генеральный инспектор. Средневековая демонология мыслила ангельскими чинами и легионами; здесь — военное министерство. Книга описывает ад так, как её читатель представлял себе государство, в котором живёт.

Восемнадцать имён, взятых напрокат

Вот главный текстологический факт этой книги. Восемнадцать младших духов «Красного дракона» — Баэль, Агарес, Марбас, Прюслас, Аамон, Барбатос, Буэр, Гусойн, Ботис, Батим, Пурсан, Абигар, Лорай, Валефар, Форау, Айперос, Нуберус, Гласиаболас — это начало списка Иоганна Вейера, обрезанное на восемнадцатом номере и пересказанное по-французски с потерями.

Проверяется просто: Прюслас и Аамон есть у Вейера и отсутствуют в «Гоетии» Лемегетона; порядок имён совпадает с вейеровским, а не с гоетическим; искажения написаний идут по французской фонетике. То есть составитель держал перед собой позднюю французскую передачу вейеровского перечня, дошёл до восемнадцатого имени и остановился — либо потому, что кончился источник, который был у него в руках, либо потому, что больше не помещалось в брошюру.

Отсюда практический вывод: если ты сверяешь «Красного дракона» с Лемегетоном и не находишь Прюсласа, дело не в твоём экземпляре. Это две разные линии передачи одного перечня.

Что книга продаёт

Своё главное обещание она формулирует прямо, и на нём держится вся вторая часть, «Sanctum Regnum»: есть два способа заключить пакт, и книга учит второму.

  1. Способ дурака. Ты подписываешься духу, отдаёшь себя и получаешь услуги на срок. Так, по книге, поступают те, кто не знает настоящего порядка, и кончают они плохо.
  2. Способ книги. Ты выходишь на встречу вооружённым — с жезлом и кругом, — не отдаёшь ничего, а вынуждаешь духа служить, и подписываешь бумагу, в которой обязуешься не собой, а «наградой».

Вся драматургия обряда построена на этой разнице: дух предлагает первое, оператор отказывается и продавливает второе. Держи это в голове, когда дойдёшь до разбора самого текста договора по пунктам: обещание «не отдавать душу» — это торговый аргумент книги, а не результат чтения того, что в ней написано мелким шрифтом.

Как она дошла до русского читателя

Прямых старых русских переводов «Красного дракона» нет — в отличие от «Чёрной книги» северного типа, которая у нас своя. К нам он пришёл кружным путём, через английский: Артур Эдвард Уэйт в конце XIX века пересказал и частично перевёл его в своей книге о церемониальной магии и о пактах, попутно назвав всю эту французскую продукцию низкопробной. Русские публикации XX и XXI веков идут в основном от Уэйта и от позднейших французских переизданий, а не от экземпляра 1820-х.

Из этого следует прямое рабочее правило: прежде чем спорить о букве обряда, посмотри, чей текст у тебя в руках. Разница между французской брошюрой, пересказом Уэйта и современным русским переводом с английского — это три ступени, на каждой что-то потерялось.

Рабочее переложение того, чем книга сама себя объявляет на титуле:

Здесь книга, писанная рукою царя Соломона и взятая из гробницы его, в которой лежала она сокрытой три тысячи лет. Здесь сказано, как повелевать духами небесными, воздушными, земными и подземными; как делать мёртвых говорить; как отворять землю над кладом; как связать договор и не быть обманутым. Кто прочтёт и исполнит по порядку, тому не откажет ни один из них.

Что с этим делать

Позднее происхождение не делает книгу бесполезной. Оно меняет вопрос: ты имеешь дело не с обрядом, дожившим до печати, а со сборником, в котором французский типограф свёл соломонову рамку, вейеровский перечень и фаустовский договор — и продал деревне. Читать её надо именно так: по слоям, разбирая, откуда пришла каждая деталь. Устройство круга и треугольника, кровавый жезл, фигура Люцифуге и текст самого договора разобраны отдельно, каждый на своём месте.