Мерзебургские заклинания — два коротких древневерхненемецких текста, единственные дошедшие германские заговоры с прямым языческим содержанием. Всё прочее «древнегерманское» в народной магии реконструируется косвенно; здесь же — настоящий текст, где действуют старые боги. Разбирать надо по рукописи, отделяя редкий факт от того, что вокруг него надстроено.

Рукопись и находка

Оба заклинания записаны на пустом листе богослужебной рукописи — Codex 136 из библиотеки соборного капитула Мерзебурга. Сама рукопись богословская, IX–X веков; заклинания вписаны в неё в начале X века чьей-то рукой, поверх свободного места, — так часто сохранялись «неуставные» тексты. Пролежав незамеченными восемь веков, они были найдены в 1841 году историком Георгом Вайцем и изданы в 1842 году Якобом Гриммом, который сразу опознал их исключительность: перед ним были германские боги в действии, а не в христианском пересказе.

Ценность их именно в этом. Германское язычество почти не оставило своих текстов: church искоренила, а сами носители не записывали. Мерзебургские заклинания — щель, сквозь которую видно живое дохристианское заклинательное слово, случайно уцелевшее на полях церковной книги.

Первое заклинание: развязать путы

Первое (Erster Merseburger Spruch) — заговор на освобождение, на снятие пут с пленника или воина. Его зачин рисует идис (idisi) — женских духов, подобных валькириям: одни садились и вязали путы, другие удерживали войско, третьи распутывали оковы. Завершается он повелением: «выскочи из пут, беги от врагов» (insprinc haptbandun, inuar uigandun). Строение классическое для заговора: сперва мифическая картина — кто и что делает в мире богов, — потом приказ, переносящий эту картину на нынешний случай. Идис здесь — сила, которая и налагает, и снимает узы; заговор берёт вторую её сторону.

Второе заклинание: кость к кости

Второе (Zweiter Merseburger Spruch) — заговор на вывих, на повреждённую ногу коня. Его разбору посвящена отдельная статья, потому что его формула — общеевропейская; здесь назову канву. Боги едут в лес, конь (Бальдра или Фоля) вывихивает ногу; над ним поют заклинания одна за другой богини — Синтгунт и Сунна, Фрия и Фолла, — и наконец Водан, лучший в чарах, произносит средство: кость к кости, кровь к крови, сустав к суставу — как склеенные. Та же двухчастность: мифическая сцена, где сам бог лечит, и формула, переносимая на живого коня. Здесь язычество особенно голо — названы Водан, Фрия, Бальдр, действующие как боги, без всякой христианской оболочки.

Почему это уникально

Стоит назвать, чем эти два текста стоят особняком:

Что здесь факт, а что надстройка

Твёрдо: два текста, начало X века, Codex 136; первый — на развязывание пут с идис; второй — на вывих коня с Воданом и формулой «кость к кости»; язык древневерхненемецкий; изданы Гриммом в 1842-м. Это редкий и надёжный факт. Надстройка, которую надо отсекать: «мерзебургская магическая система», «реконструированный обряд идис», подробные «ритуалы Водана» на основе двух строк. Из двух коротких заговоров целой религии не вычитать; они драгоценны именно как случайно уцелевший обломок, а не как учебник.

Как это читают сегодня

Ниже — не «древний обряд», а трезвое обращение с текстом.

  1. Как образец строя. Мерзебургские заговоры показывают, как устроен заговор: сначала прецедент в мире силы, потом перенос на свой случай. Это применимо к сложению собственных текстов.
  2. Как связь традиций. Второй заговор — ключ к общеевропейской формуле вывиха; о ней и о русской параллели — в отдельной статье.
  3. Без выдумывания религии. Богов называют как названы, но «культ по Мерзебургу» не сочиняют.

Своё переложение по строю заговора-развязки, а не как перевод рукописи:

Сидели жёны, вязали узлы, держали войско, распускали путы. Как распустили они оковы у своих — так распустись и ты: выскочи из пут, уйди от держащих, сойди с руки, что тебя вяжет. Сказано по древнему ладу: кто вязал — тот и развяжет, а ты иди свободным.

Мера и осторожность

Признак честной работы с Мерзебургскими текстами — не раздувать их. Два заговора — это два заговора: бесценные как свидетельство, но крохотные как источник, и всякий, кто строит на них «древнегерманскую магическую традицию», достраивает сам. Их сила в подлинности и в том, что они показывают строй заговора, доживший до наших народных текстов. О формуле «кость к кости» и её европейской родне, включая русские заговоры на вывих, — в отдельной статье; о поздних немецких заговорах-благословениях — в статье о Segensprüche; о живой линии заговорного знахарства — в статьях о браухерай и Powwow.