Хлеб с солью в гадании стоит по обе стороны сразу. С одной — это главный оберег, который берут с собой, идя слушать в тёмное место, и который мешает гадать, если лежит на столе. С другой — сам жребий: хлебом ищут вора, хлебом узнают, кто первой выйдет замуж, хлебом клянутся, и клятва эта считалась сильнее крестного целования.
Двойное положение хлеба
Хлеб — вещь, которой в избе нет равных по чину. Он лежит в красном углу или на столе под скатертью, его не кладут вверх коркой, не режут на весу, не выбрасывают. Соль при нём — то же самое с другой стороны: вещь, отгоняющая чужое, неподкупная, не гниющая.
Из этого следуют две вещи разом.
Хлеб-соль защищает. Кусок хлеба с солью в кармане или за пазухой — стандартное снаряжение того, кто идёт в святки слушать к бане, к овину, к проруби. С хлебом-солью не тронет, к хлебу-соли не подступится. По той же причине хлебом-солью встречают чужого человека в доме: встреченный хлебом уже не может быть врагом.
Хлеб-соль мешает. Прежде чем гадать, со стола убирают хлеб, соль и ножи, снимают скатерть, а во многих записях снимают с себя и крест. Логика прямая: гадание есть спрос у того, кто в дом не званый, а при хлебе он не подойдёт. Отсюда прочный обиход: девушки уходят гадать в нежилую избу или в баню — не потому, что там страшнее, а потому, что там нет хлеба на столе.
Из этой двойственности и растёт всё дальнейшее. Хлеб в гадании используют тогда, когда нужен ответ честный и обязывающий, — не о суженом, а о вине, о правде, о жребии.
Жребий с хлебом
Самый ходовой способ, святочный и шумный.
- Каждая из гадающих отщипывает или отрезает свой кусок от одного каравая, солит и кладёт на пол в ряд, каждая напротив себя.
- Куски заранее и вслух закрепляют за именами. Метить куски щепотью, надкусом или углублением можно, но менять метку потом нельзя.
- Впускают собаку, голодную, чужую или дворовую, но не свою комнатную.
- Чей кусок взяла первым — той первой замуж. Чей понюхала и не взяла — свадьба будет, но не в этом году. Чей утащила в угол и не съела — сватовство разойдётся. Чей не тронула вовсе — год пустой.
- Кусок, оставшийся нетронутым, не поднимают ногой и не выбрасывают: его отдают скоту или птице.
Вместо собаки пускают петуха, и тогда читают то же самое, но добавляют разбор по прочим предметам, разложенным рядом с хлебом, — воде, зеркалу, углю, кольцу. Это уже другое гадание, разобранное в статье о петухе, и хлеб там только один из жребиев, а не главный.
Хлеб-соль на перекрёсток
Способ более серьёзный, ночной, из ряда слушания.
Берут целый ломоть с солью, выходят на перекрёсток или к околице, кладут хлеб на снег и садятся или становятся рядом. Хлеб тут не жребий, а плата и защита разом: его кладут перед тем, у кого спрашивают.
Спрашивают вслух и слушают, как при гадании по собачьему лаю. Ответом служит первый звук либо сон, если гадающая уснёт на месте — в записях такое допускается и считается хорошим ходом дела. Утром смотрят хлеб: цел ли, тронут ли, кто взял.
- Хлеб цел, лежит как положили — ответа не дали, плату не приняли.
- Хлеб тронут, надкушен, разрыт — приняли, ответ считается данным, дальше читают то, что слышала или видела.
- Хлеба нет вовсе — приняли и взяли много; тут записи оговаривают, что за такой ответ спрашивают потом, и гадающая до Крещения ходит с осторожностью, о чём говорится в статье о цене святочной работы.
Текст под эту задачу:
Стану я, раба Божия имярек, не благословясь, среди дороги крестовой, где четыре пути сходятся, где ни своё, ни чужое. Кладу я на снег хлеб печёный, солью посыпанный, от каравая цельного отломленный. Не даром кладу — за слово кладу, не в дар несу — в уплату несу. Кто тут ночью ходит, кто следа не оставляет, кто мимо не проходит, — прими хлеб мой, отдай ответ мой. Скажи мне впрямь, без обмана, без насмешки: кто чужое взял, чья рука снесла, чьё имя на том деле. А что сверх спрошенного — того не сказывай, за мной не ходи, ко двору моему не приставай. Хлеб мой тебе, слово моё мне. Ключ, замок, язык.
Заклятый хлеб: поиск вора и клятва
Тут кончается девичье и начинается судебное.
Подозреваемым дают съесть по куску хлеба с солью, часто отрезанному от одного каравая одним ножом, и над каждым куском проговаривают заклятие: взявший чужое подавится, у него отнимется язык, он не проглотит. Куски раздают по очереди и смотрят.
Читают так:
- Ест ровно, проглотил — чист;
- подавился, закашлялся, побледнел, не смог проглотить — указан;
- отказался брать кусок — по обычаю равняется признанию. Именно поэтому способ работал: он опирался не столько на знак, сколько на то, что виноватый брать боялся.
- Выплюнул или спрятал кусок — то же, что отказ.
Второй вид — клятва на хлебе: подозреваемый берёт хлеб с солью в руки или откусывает и говорит на себя зарок. Такую клятву в деревне считали крепче божбы на иконе и страшнее, потому что расплата шла не на том свете, а тут — куском, домом, урожаем.
Способ этот пускали в ход по-настоящему и последствия имел настоящие. Названный хлебом человек оказывался в том же положении, что и указанный решетом: без права оправдаться. Разница в том, что решето указывало со стороны, а хлеб заставлял человека указать на себя самому.
Чего нельзя и как выходить
- Не гадать на хлебе, испечённом не в своей печи и купленном.
- Не брать на жребий горбушку и не резать на куски целый непочатый каравай: гадают от почато́го.
- Не солить хлеб для жребия чужой солью и не брать соль просыпанную — просыпанная соль в доме читается как ссора и в работу не идёт.
- Не гадать хлебом в пост и в поминальные дни. Хлеб в эти дни отдан другим, о чём подробно в статье о поминальном столе.
- Хлеб, побывавший в гадании, не едят люди. Его отдают скоту, птице или относят на воду. Сжигать хлеб нельзя ни при каких обстоятельствах — это считается тяжелее, чем не закрыть гадание.
Признак, что дело закрыто правильно: соль после гадания ссыпают в очаг или на дверные петли, стол вытирают начисто, скатерть перестилают, хлеб на стол возвращают уже целым и коркой вверх никогда. После этого в тот же день ни на чём больше не гадают — хлеб, поднятый со стола ради спроса, надо дать ему отстояться на месте сутки.