Финский заговор устроен не так, как славянский. В его сердце — не приказ и не посыл, а знание происхождения: болезнь одолевают, рассказав, как она родилась. Вокруг этого ядра выстроен узнаваемый механизм — поднятие силы, синтю, укрощение, отсыл, замыкание, — и весь он держится особого калевальского стиха. Разобрать этот механизм по частям стоит отдельно: он показывает, чем финская магия слова отличается от соседних.
Ядро: знание, а не команда
Главное сказано в статьях о тиетяя и синтю, но повторить как отправную точку необходимо: финский заговор одолевает беду знанием её начала. Не «изыди», а «я знаю, откуда ты». Названное происхождение лишает болезнь силы самозванства и отдаёт власть знающему. Повеление и отсыл в заговоре тоже есть, но они вытекают из знания, а не заменяют его.
Оттого финские заговоры часто длинны и «мифологичны»: значительная их часть — это развёрнутая история рождения того, с чем работают. Славянский заговор скорее ведёт болезнь по адресу; финский — сперва вспоминает, откуда она взялась.
Части заговора
При всём разнообразии финский заговор собран из узнаваемых узлов. Не все они есть в каждом тексте, но набор устойчив.
- Поднятие силы (nostatus). Зачин, которым тиетяя «поднимает» себя и свою природу-луонто: встаёт «во весь рост», разогревает слово, вводит себя в подъём. Слабый, «непроснувшийся» заговор не работает.
- Защита себя. Тиетяя окружает себя «железной оградой», огнём, водой — прежде чем браться за чужую беду, чтобы она не пристала к нему.
- Синтю — происхождение. Ядро: рассказ о рождении болезни (или орудия — железа, огня), развёрнутый и точный. Об этом отдельная статья.
- Укрощение и напоминание вины. Многие синтю содержат момент, когда рождённое дало клятву не вредить; заговор напоминает ему эту клятву и «стыдит».
- Отсыл (manaus). Болезнь гонят к её началу, к её матери, в её место — часто «в Похьёлу», на север, откуда пришло дурное (об этом статья о Лоухи и Похьёле).
- Замыкание. Закрепка: слово объявляется крепким, дорога назад — закрытой, ограда — поставленной.
Порядок гибок, но логика одна: подниму себя — защищусь — назову рождение — укрощу — отошлю — замкну.
Стих и звучание
Финский заговор нельзя оторвать от формы стиха. Он сложен калевальским размером — нерифмованным четырёхстопным хореем — и держится трёх приёмов:
- Параллелизм — «сказать дважды по-разному»: одна мысль повторяется в двух соседних строках другими словами. Это не украшение, а способ уплотнить и закрепить: сказанное дважды крепче.
- Аллитерация — созвучие начальных звуков в строке; она держит стих и делает его «литым», запоминаемым.
- Напевность. Заговоры не проговаривали, а пели или речитативили — часто рунопевцы сидели друг против друга, сцепив руки, раскачиваясь. Ритм и напев вводили в нужное состояние и самого поющего.
Оттого, беря финский заговор, нельзя брать один «смысл»: форма и есть половина силы. Плоско пересказанный своими словами синтю теряет то, чем работал.
Виды заговоров
Круг тем — весь обиход северной жизни.
- На кровь и рану — синтю железа (об этом статьи о синтю и о тиетяя).
- На ожог — синтю огня.
- На «выстрел» (ampuma) — внезапную боль, прострел, опухоль, понятую как выстрел злого колдуна или духа; узнают происхождение выстрела и шлют назад.
- На укус змеи — синтю змеи.
- На лихорадку, ломоту, кожную хворь — часто как поражение чужим вяки (силой воды, силой смерти; об этом статья о вяки).
- На роды — «открыть замки», облегчить.
- Хозяйственные — на скот, на медведя (заговоры охотника и «медвежьи» руны — целый пласт), на рыбу, на пиво, на дорогу.
- Защитные и вредоносные — поставить ограду, отвести, а то и наслать «выстрел» самому.
Текст: заговор от «выстрела»
Разберу на строе заговора от ampuma — внезапной боли, «выстрела». Костяк: поднятие, знание происхождения выстрела, отсыл назад к пославшему, замыкание. Ниже переложение по-русски, по канону, а не перевод конкретной руны.
Текст под заговор от «выстрела»: поднятие, знание начала, отсыл к пославшему, замыкание:
>
Встаю велик, поднимаю силу от пят до темени, разогреваю слово, ставлю вокруг ограду железную — беде через железо ходу нет.
>
Знаю тебя, выстрел: не сам ты пришёл — пущен, злым глазом наведён, злым словом послан, с чужой стороны прилетел острой стрелой.
>
А раз пущен — к пустившему и вернись, той же дорогой, той же стрелой. Кто послал, тот и держи своё; ему боль, ему прострел, а не этому телу. Слово моё крепко, ограда стоит, дорога тебе назад, а сюда закрыта.
Признаки отклика и граница
Отклик читают по делу: унялась ли боль, спал ли жар, пошла ли беда назад. Возврат «выстрела» к пославшему считался знаком верной работы. Тиетяя проверяет и себя — не «пристало» ли к нему; для того и ограда в зачине.
Граница — та же, что во всей рубрике, и назвать её надо. Финский заговор силён как форма собранного действия, как порядок и как поддержка; логику знания-происхождения можно брать целиком, она стройна и честна. Но внезапная острая боль, прострел, опухоль, жар — это в жизни бывает не «выстрелом», а тем, что требует врача: воспалением, защемлением, острым животом. Лучшие тиетяя знали травы и уход и не сводили дело к одному пению. Заговор от «выстрела» вправе идти рядом с помощью; идти вместо неё — там, где боль растёт и не отпускает, — он не должен.