Засуха, град и безвременная гроза в русской деревне имели адрес. Их причиной считали не небо и не гнев вообще, а конкретного мертвеца, лежащего не там, где ему положено. Отсюда вся практика: чтобы вернуть погоду, находили нужную могилу и делали с ней то, что полагалось.
Кто такие заложные
Разряд покойников, умерших не своей смертью: утопленники, удавленники, самоубийцы, опойцы, убитые и замёрзшие, погибшие без покаяния, некрещёные дети, проклятые родителями. Народный счёт здесь строго отделяет их от «родителей» — предков, умерших в свой срок. Родителей поминают, к ним ходят на кладбище, их зовут на поминальные дни. Заложных не поминают, к ним не ходят и их имён на поминание не подают.
Причина в сроке. По низовому представлению человеку отмерен век, и умерший до срока свой век дохаживает здесь, на земле. Он не мёртв до конца и не жив: ходит, шумит, служит нечистой силе, водит тучи, пугает скот. Земля таких не принимает, вода выбрасывает, и потому их не хоронили в общей ограде.
Само название идёт от способа погребения. Тело оставляли поверх земли в овраге, в яме, на болоте, у дороги и закладывали ветками, хворостом, камнями, жердями. Отсюда — заложный. Второй устойчивый способ — общая яма при убогом доме, скудельнице, куда свозили неопознанных, замёрзших и удавленников; их отпевали разом один раз в год, чаще в семик. Третий — закапывание на границе: у межи, на перекрёстке, за околицей, у мостка.
Связка с погодой
Основное правило народной метеорологии: заложного нельзя класть в землю и нельзя оставлять сухим. Нарушение любой из двух половин ломает погоду в разные стороны.
- Если такого мертвеца похоронили в земле по обычному чину, особенно на освящённом кладбище, земля закрывается и встаёт засуха. Дождь не идёт, пока лежит.
- Если он лежит непогребённым и никем не залитым, он ходит с тучами: град, вихрь, сухая гроза, ливень с ветром, который бьёт хлеб на корню.
Вихрь на дороге в этой системе — не ветер, а движение заложных: в столбе пыли идёт нечисть, иногда со свадьбой, иногда одна. Отсюда старая мера — бросить в вихрь нож или воткнуть его в землю на пути столба; в рассказах на лезвии оказывается кровь. Град водит не туча, а тот, кто ею правит: заложный покойник, реже — колдун, умеющий сводить и разводить тучи. Слой представлений о таких колдунах-градовниках разобран отдельно, в статье о том, почему колдун не может умереть без передачи.
Откуда известно
Записей об обрядах против засухи с раскапыванием и обливанием могил очень много, они охватывают почти всю великорусскую территорию и в девятнадцатом веке доходили до судебных дел: церковь и власти это преследовали, крестьяне продолжали. Массовость и есть главное свидетельство — обряд не был локальной причудой.
Разница по местам касается деталей: кого именно считают виновником (чаще всего опойцу — умершего от вина, реже удавленника или неопознанного пришлого), куда тащат тело (в реку, в болото, в овраг), кто это делает (в большинстве записей — женщины, ночью, скрытно от властей и попа). Приписывать конкретный вариант конкретной губернии без записи не стоит: варианты перемешаны.
Обряд против засухи
Историческая форма выглядела так.
- Определяли виновника. Искали свежую или недавнюю могилу заложного, оказавшуюся в земле: опойца, самоубийца, чужой безымянный, похороненный за неимением другого места по общему чину.
- Собирались бабы всей деревни, ночью, без мужчин и без ведома причта.
- Могилу вскрывали, тело вытаскивали и волокли к воде.
- Топили в реке или в болоте — либо, если тела уже не было, просто лили воду в разрытую могилу, вёдрами, сколько принесли.
- Возвращались молча, обливая друг друга по дороге водой, и обливали каждого встречного.
Смягчённая и гораздо более распространённая форма — без вскрытия: на могилу заложного просто выливают сорок вёдер воды из реки, натаскав их за один заход и молча. Число сорок в этом обряде устойчиво. Той же логике подчинены прочие вызывания дождя: пахание реки, пахание дороги, обливание колодца, обливание первого встречного, опрокидывание креста в воду.
Рабочий текст, выстроенный по канону северных записей:
Встану я не благословясь, пойду не перекрестясь, не воротами — прогоном, не дорогою — межою, к реке текучей, к воде студёной. Наберу я воды сорок вёдер, понесу я воду на бугор сухой, на могилу немую, на кость непринятую. Ты, лежащий не в свой час, ты, ушедший не своей смертью, ты, чей век не дохожен, — пей, сколько выпьешь, и отпусти небо. Отпусти тучу дождевую, отпусти воду небесную на нашу рожь, на наш овёс, на наш лён, на наши огороды. Не держи, не суши, не жги. Что земле — земле, что воде — воде, а нам, живым, — дождь на поле. Замыкаю сушь, отмыкаю воду. Слово моё крепко, вода моя быстра.
Обряд против града и затяжного ненастья
Обратная задача решается обратными средствами: не залить, а отсечь и отвести.
- При заходящей градовой туче выносят из избы то, чем режут и жгут: топор, косу, кочергу, хлебную лопату.
- Топор вбивают в порог или в землю у ворот лезвием к туче; косу ставят у стены лезвием наружу.
- Кочергу и хлебную лопату выносят и кладут крест-накрест во дворе.
- Открывают заслонку печи и выбрасывают в окно горсть золы или уголь из печи навстречу туче.
- Обращаются к туче вслух, называя не тучу, а того, кто её ведёт, и указывают, куда её увести: на лес, на болото, на пустое поле, на камень — но никогда на соседнее село. Отвод на соседей в традиции возможен и делался, и за него в рассказах платят своим полем через год.
- После того как прошло — не выбрасывать выставленное железо, а внести обратно и обмыть.
Признаки и сбои
Признаки, что дело в заложном, а не в погоде: засуха, начавшаяся сразу после чьих-то похорон не по чину; град, бьющий узкой полосой по одному полю; вихрь, идущий против ветра; гроза без дождя; вода в колодце, ушедшая внезапно.
Признаки отклика после работы: перемена ветра к вечеру, роса на сухой земле наутро, тяжесть и духота, сменяющие сухость, — в традиции это читается как «пошло». Дождь в ту же ночь считался полным откликом.
Что делать, если пошло не так:
- Ливень вместо дождя, паводок, побитый хлеб — залили лишнего. Меру возвращают обратной работой: на то же место относят сухое — золу, песок, горсть сухой земли, — и просят убавить.
- Пошло на соседей, а у себя сухо — работа была сделана не за своей границей. Повторяют, перейдя настоящую межу своего поля.
- Тот, кто носил воду, начал болеть, видеть покойника во сне, слышать зов — работа зацепила лично. Мера: обмыться в проточной воде, отдать на могилу хлеб и соль, год не ходить на то место и не поминать имени лежащего.
- Мёртвый стал ходить — это уже отдельная задача, и она разобрана в статье о ходячем покойнике.
Цена здесь называется в записях прямо, без утешения. Тот, кто трогает заложную могилу, вступает в дело с тем, кого земля не приняла, и обратной дороги в чистое поле у него нет: он становится тем, к кому этот покойник знает дорогу. Оттого работу и делали толпой, ночью и молча — чтобы адрес размазался по всем.