Колдуна в русской деревне определяли не по знанию и не по силе, а по тому, что у него есть работники. Их зовут шишками, и они не слуги: они наниматели. Кто их взял, тот обязан давать им работу каждый день до самой смерти, а не даст — они возьмутся за него. Вся жизнь такого человека выстроена вокруг одной задачи: чем занять сегодня ночью.
Что это и как устроено
Механика здесь жёсткая и в записях повторяется без вариантов.
Первое: их получают разом и целой ватагой. Не по одному, не постепенно. Их передают, ими наделяют, их берут — но всегда числом. Обычные числа в быличках — двенадцать, сорок, «сколько в коробочке уместилось», «полны пазухи».
Второе: они не умеют бездельничать. Праздный шишка немедленно начинает вредить, и вредить ближайшему — то есть хозяину и его дому. Просьба у них одна и вечная: «работы!» Её слышат ночью, у изголовья, в трубе, за печью, в подполе. Не ответить нельзя.
Третье: работа должна быть выполнима ими и невыполнима до конца. В этом весь фокус ремесла. Настоящая задача — вредительская: испортить свадьбу, отнять молоко, свести двоих, наслать бессонницу. Но настоящих заказов на всякую ночь не хватает, и остаток ночи занимают пустой работой, из которой они не могут выпутаться.
Четвёртое: их нельзя отпустить. Они не уходят по желанию хозяина. Единственный способ избавиться — передать другому по согласию принимающего. Отсюда и вся тема невозможности умереть без передачи, разобранная отдельно.
Имена и облик
- шишки, шиши, шишиморы, шишиги — самое частое, от того же корня, что и «шишко» — одно из имён чёрта;
- работники, помощники, слуги, мальчики, ребятки, детки — обиходное, ласковое;
- черти, бесенята, нечистики, пострелы, мелкие — прямое;
- знатки, знатцы — так называют самого колдуна, а не помощников, и путать не надо.
Облик мелкий и множественный, и это его главная черта: они всегда маленькие и всегда кучей. В записях — с палец, с локоть, с кошку; чёрненькие, мохнатые, вертлявые, в красных шапочках; иногда просто как рой мошки, как тени по стенам, как ком копошащегося. Крупных и рогатых среди них нет — крупный и рогатый в этой системе стоит выше и в найм не идёт.
Носят их и держат в вещи: в коробочке, в берестяном туеске, в узелке, в яйце, в кубышке, в пазухе, под мышкой, в поясе. Отсюда и способ передачи: передаётся не сила, а вещь.
Откуда известно
Тема помощников колдуна записана широко по великорусской территории, особенно плотно на Севере, в Поволжье и в Сибири; параллели есть в белорусских и украинских материалах. Сюжет «дай работы — а колдун велит вить верёвку из песка» относится к самым устойчивым и повторяется почти дословно в записях из мест, никак не связанных между собой.
Расходятся источники в происхождении помощников. По одним записям, их даёт старший колдун при передаче; по другим — они выводятся из петушиного яйца, которое носят под мышкой определённое число дней; по третьим — их берут на перекрёстке или в бане при отречении; по четвёртым — это души некрещёных или заложных покойников. Единой версии нет, и все четыре бытуют рядом, иногда в одном селе.
Мотив выведения из яйца ближе к южнорусской и белорусской традиции, где он смыкается с домашним змеем-обогатителем. Приписывать его конкретной губернии не стоит.
Как узнают, что у человека есть шишки
По записям — набор внешних, бытовых признаков, а не мистических:
- у него всё делается быстрее и больше, чем по силам одного двора: сжато, свезено, поставлено «за ночь»;
- он не спит ночами, ходит по двору, разговаривает вслух один;
- он избегает больших сборищ, свадеб, крестин — там его работников видно по беспокойству скотины и детей;
- в его доме нет икон в красном углу либо они повёрнуты;
- скотина чужая у его двора шарахается, собаки не подходят;
- он не любит, когда его благодарят и когда ему дают в руки хлеб;
- он не может пройти под венцом, через борону, через оглоблю — старые проверочные приёмы, о которых знали и которыми пользовались.
Практика: чем их занимают
Это ядро ремесла, и оно описано в быличках подробнее всего. Работа даётся на всю ночь, до петухов, вслух, коротко и без двусмысленностей.
Классический набор невыполнимых заданий:
- Вить верёвку из песка. Самое частое.
- Вить верёвку из воды либо из солнечного луча.
- Носить воду решетом — пока не наполнят озеро.
- Считать мак, просо, песок на берегу, иглы в стоге, звёзды.
- Пересчитать листья на дереве и начать заново, если ветер шевельнул.
- Перебрать смешанное — мак с песком, зерно с золой, горох с чечевицей.
- Строить мост через реку и разбирать к утру.
- Ловить рыбу хвостом или дуть в воду, пока не закипит.
- Перенести кучу песка с места на место и обратно.
Правило, из-за которого всё это работает: задание должно быть бесконечным по устройству, а не просто трудным. Трудное они выполнят и вернутся ещё до рассвета.
Кормление отдельно от работы. Кормят не за труд, а чтобы не грызли:
- ставят долю у печи или в подполе на ночь: молоко, каша без соли, яичница, кусок хлеба, оладьи;
- соли в их доле не бывает, как и в доле огненного змея;
- берут первое, до того как сели сами;
- посуду для них держат отдельную, из общей не кормят;
- утром недоеденное выносят, а не доедают за ними.
Текст
Текст под эту задачу — вечерний наряд на работу, который читают у печи или в подполе, отвернувшись от красного угла:
Слуги мои малые, работники мои скорые, шиши да шишки, ватага беспокойная, — вот вам ночь, вот вам дело, вот вам мера. Идите на реку, на песок жёлтый, на берег крутой, и вейте мне из песка верёвку: три сажени длиною, в три пряди толщиною, чтобы не рвалась, чтобы не сыпалась, чтобы к утру лежала в кругу. Не совьёте — вейте сызнова, а совьёте — плетите вторую. А как петух запоёт, бросьте работу и ступайте по местам: вам подполье, вам печурка, вам угол за трубой. Вот вам молоко пресное, вот вам каша непочатая, вот вам хлеб неломаный. Хозяина не трогать, дому не рушить, скотину не давить, дитя не будить. Мне спать, а вам вить. Слово моё до петухов, а с петухами — молчок.
Цена
Традиция называет её без смягчений, как условие, а не как урок.
- Ни одной свободной ночи. Заболел, уехал, запил, забыл — они возьмутся за дом. Первыми страдают скотина и дети.
- Дом становится непригоден для обычной жизни. В избе с шишками не держатся невестки, не выживают младенцы, не идёт молоко.
- Смерть тяжёлая и долгая. Пока держатель не передан, человек не умирает. Ему разбирают потолочину, снимают конёк, поднимают матицу, выносят через окно или под порог — весь этот набор описан отдельно.
- Передача требует согласия. Обманом взявший коробочку в быличках получает их всё равно — и это самый частый сюжет: приняли из рук вещь, не зная, что в ней. Отсюда бытовое правило: из рук умирающего знатка ничего не берут, и в доме такого умирающего не остаются одни.
- Отказаться от них нельзя. Ни исповедью, ни переездом, ни сожжением вещи. Сожжённая коробочка в записях ничего не меняет: они уже свои.
Отклик и сбои
Что работа принята, узнают по тишине: ночь проходит без возни, скотина спокойна, дом спит. Что она выполнена или брошена — по обратному: в предутренний час начинается шум, стуки, зов у изголовья, требование нового.
Разбор сбоев.
- Задание оказалось выполнимым. Возвращаются среди ночи и требуют ещё. Держат наготове второй наряд, более длинный.
- Задание сформулировано с лазейкой. Сказал «наноси воды решетом» — наносят раз и возвращаются. Задание всегда даётся с мерой и с условием повтора.
- Забыл дать наряд. Первым признаком идёт падёж или увечье скотины, следом — болезнь детей в доме, следом — сам хозяин. Наряд дают немедленно, в любой час, и добавляют кормление вдвое.
- Просят не работы, а платы. В поздних записях это означает, что срок хозяина подходит и они ждут передачи. Тут традиция вариантов не предлагает: либо передавать, либо доживать как есть.
- Взял чужое, не зная. Принял вещь из рук умирающего, и в доме началось. Вещь выносят за воду и там оставляют, но записи честно говорят, что это помогает редко. Рабочий выход остаётся один — передать дальше по согласию, и с этого момента человек становится тем, кем не собирался.