Водяной — единственный из русских хозяев, с которым договаривались не поодиночке, а целыми промысловыми артелями: мельники, рыбаки, плотовщики, паромщики. Он не сосед, как домовой, и не проводник, как леший. Он держит стихию, в которой человек гибнет за минуту, и платы требует соответствующей — не крошками со стола.

Имена

Основное имя — водяной, рядом с ним водяник, водовик, водяной дедушка, водяной хозяин, водяной шут. В севернорусских записях его нередко зовут просто хозяином или дедушкой, без уточнения, — говорить прямое имя на воде избегали, как избегали называть медведя в лесу. По месту обитания он дробится: омутник сидит в омуте, болотник в трясине, поточник на перекатах, а мельничный хозяин — под колесом. Это не разные существа в строгом смысле, а один персонаж, привязанный к конкретной воде; отдельные записи, впрочем, разводят их как самостоятельных, и об этом отдельно сказано в статье об омутнике и болотнике.

Облик

Устойчивого портрета нет, и это важнее любого списка примет. Чаще всего это голый обрюзглый старик, весь в тине, с зелёной или седой длинной бородой, с распухшим синим телом, огромным животом, иногда — с рыбьим хвостом или перепонками между пальцев. Другой ряд описаний: чёрный, косматый, с горящими глазами; третий — вообще безликий, «как ком мокрого мха».

Гораздо чаще водяного видят не в собственном виде:

Общерусская примета опознания: у превратившегося в человека водяного с левой полы всё время течёт вода, и место, где он сидел, остаётся мокрым. По этому признаку его вычисляли на ярмарке, на мельнице, в кабаке.

Хозяйство и семья

Водяной держит подводное стадо — рыбу и «коров», которых пасёт по дну. Он проигрывает рыбу в карты соседнему водяному, и тогда она уходит из одной реки в другую целыми косяками: народное объяснение внезапного бесклёвья. У него есть жена, водяниха, и дочери; утонувшие девушки и проклятые становятся его работницами, а утопленники-мужчины — работниками. Это прямая экономическая логика: водяному нужны люди, и он их набирает.

Календарь

Зиму водяной спит подо льдом. Просыпается на весеннем ледоходе, и первые дни после пробуждения он голоден и зол: ломает лёд, рвёт запруды, топит скот на водопое. В ряде мест начало его года привязывали к Никите-водополу в середине апреля, и в этот день рыбаки шли к воде с угощением. Засыпает он к поздней осени, около Покрова; последнее в году умилостивление приходится на эту границу. Купальный запрет в народном счёте кончается на Ильин день — после него водяной остужает воду и берёт своё.

Кто платит и чем

Регулярная плата у водяного всегда предметная и всегда бросается в воду.

Крупная плата — дело мельника. При закладке плотины и при пуске нового колеса в воду опускали конский череп, а в жёстком варианте — старую или краденую лошадь, купленную не торгуясь. Отдельная линия записей говорит о чёрном петухе или гусе, отданном на Покров, — птицу давали хозяину «на зиму». Мельник в народном счёте держал с водяным постоянный договор, поэтому его самого считали колдуном и хоронили с оглядкой; это разобрано в материалах о мельнике и водяном.

Запреты на воде

  1. Не купаться в полдень, в полночь и после Ильина дня.
  2. Не купаться без креста и не плавать в одиночку на глубоком месте.
  3. Не поминать на воде чёрта и не поминать самого водяного по имени.
  4. Не считать и не хвалить улов вслух, пока лодка не на берегу.
  5. Не свистеть и не плевать в воду.
  6. Не брать воду из омута на закате.
  7. Не бить лишнюю рыбу и не бросать порченую обратно.
  8. Не строиться на месте, где кто-то утонул.

Самый жёсткий и самый спорный запрет — не вытаскивать утопающего. Логика прозрачна: человек уже взят, и отнимающий добычу становится должником вместо него. Записи расходятся: в одних местах спасать нельзя категорически, в других — можно, но потом надо откупиться самому. Знать про эту норму нужно, следовать ей — твой выбор и твоя цена.

Как заводить знакомство

Порядок, который держится по записям и который работает как рабочая процедура:

  1. Идти к воде на рассвете или в сумерках, в одиночку, натощак.
  2. Выбрать одно место и держаться его — водяной привязан к воде, а не к человеку.
  3. Подойти к воде молча, не здороваясь ни с кем по дороге, разговоров не заводить.
  4. Снять шапку, поклониться воде.
  5. Назвать себя и сказать, зачем пришёл, коротко и без просьбы «вообще».
  6. Отдать плату — бросить в воду хлеб, табак, монету, — и не смотреть, как она уходит.
  7. Уйти не оборачиваясь, домой идти другой дорогой.

Формула держит все обязательные части заговора: выход, приход к воде, называние адресата, просьба с перечислением, отдача платы, закрепка.

Встану я не благословясь, пойду не перекрестясь, из дверей не в двери, из ворот не в ворота, дымным волоком, задворками, тёмной тропой к синей воде, к быстрой реке, к глубокому омуту.

>

Ты, водяной хозяин, дедушка водяной, в омуте сидящий, стадо своё пасущий, поднимись со дна на верх, отзовись на моё слово.

>

Прими от меня хлеб, прими соль, прими белую крошку да зелёный табак, не побрезгуй малым. А отпусти ты мне из стада своего рыбу белую, рыбу чёрную, рыбу мелкую, рыбу крупную, в сеть да на уду, в кошель да в лодку.

>

Не прошу лишнего, беру своё, отдаю первое. Что взял — того не считаю, что осталось — того не хвалю.

>

Слово моё в воду, вода в реку, река в море, море замкнуто, ключ на дно.

Первая же добыча после такого обращения отдаётся обратно целиком.

Признаки отклика

Последние два пункта — не всегда «принял». Голоса и зовущие сны в традиции читаются и как набор: хозяин присматривает работника.

Если пошло не так

Признаки долга: снасти рвёт на пустом месте, лодку кренит, ноги сводит в воде, тянет к воде без причины, снятся утопленники, в доме сырость и течь.

Порядок исправления:

  1. Прекратить лов на этой воде до следующего сезона.
  2. Прийти к тому же месту днём и вслух назвать нарушение — прямо, своими словами, не общими фразами.
  3. Отдать двойную плату: хлеб с солью, табак, водку, и обязательно — весь последний улов.
  4. Купаться на этой реке год не заходя глубже колена.
  5. Если тянуло к воде — не ходить к ней одному до Покрова.

Крайняя мера в традиции — сменить воду: перевести промысел на другую реку, а на прежнюю не возвращаться вовсе. С водяным, в отличие от домового, не мирятся уговорами: он берёт вещами, а не словами, и разговор с ним всегда стоит ровно того, что ты бросил в воду.