Составное имя «Сет-Тифон» уже само по себе указывает, откуда фигура пришла в драконианский корпус: не из египетского храма, а через греческое отождествление и через оккультную линию XX века. Разобрать надо оба конца — что говорит египетский материал и что с ним сделали за две тысячи лет.

Сет по египетскому счёту

Сет — бог пустыни, грозы, чужих земель, красного цвета и силы без меры. У него был культ, был город, были храмы и жрецы; целая царская династия носила его имя, и это не случайность, а выбор династии, пришедшей из области, где его чтили.

Главное для нашей темы: он двойственен, и обе линии храмовые. В одних книгах Сет стоит на носу солнечной ладьи и бьёт гарпуном змея, без него ночной переход не совершается. В других его самого режут, топчут и жгут по тому же чину, каким уничтожают Апопа. На сайте это разобрано по первоисточникам в рубрике о хекау — в статье о Сете как оружии и как враге, и там видно, что вторая линия усиливается в поздние эпохи, когда его начинают связывать с завоевателями и чужаками.

Ни в одной из линий он не наставник. Он сила, которую либо направляют против врага, либо сами объявляют врагом. Мифологический сюжет тоже не про учительство: убийство брата, тяжба с Хором, восемьдесят лет спора, разбирательство перед судом богов. Это рассказ о том, как беспорядок вводят в рамки, а не о посвящении.

Греческий поворот: Тифон

Греки, объясняя египетское своим языком, приравняли Сета к Тифону — чудовищу, восставшему на Зевса. Самое полное античное изложение осирического мифа принадлежит греческому автору II века и написано как философский трактат: там Тифон уже не бог с городом и жрецами, а начало неразумия и разрушения. Это первое серьёзное превращение фигуры — из двойственной силы в принцип.

Второй античный слой важнее для практики. В греко-египетских магических папирусах первых веков нашей эры Сет-Тифон — рабочее имя: к нему обращаются в принудительных чинах, в наведении, в присушках, с ослиноголовыми изображениями и особыми варварскими словами. То есть практика обращения к нему как к силе действительно древняя. Но обратим внимание на две вещи: делали это не храмовые жрецы в служении, а частные операторы смешанной среды, и звали его для принуждения, а не для просветления.

XIX–XX века: как из этого сделали «тифонианское»

Викторианская египтология дала линию, без которой не было бы нынешнего корпуса. В сочинениях, популярных в конце XIX века, «тифоническое» описывалось как древнейший слой египетской религии, а сам Тифон нередко подавался в женском лице — как богиня-бегемотиха, мать первобытного порядка вещей. Египтология эти построения давно оставила, но именно они легли в основу того, что позже назовут тифонианской традицией.

Кроули работает с Сетом как со стороной своей системы — через отождествления с Шайтаном и с полуночным солнцем. Дальше Кеннет Грант строит тифонианскую линию целиком: Сет у него бог обратного тока, тифоническое — материнская, дочеловеческая сторона мироздания, а «Ночная сторона Эдема» 1977 года даёт двадцать два туннеля Сета, которым на сайте отведена своя рубрика.

Отдельно и не смешивая: Храм Сета, основанный в 1975 году после раскола в церкви сатаны, работает с Сетом как с действительной сущностью и к драконианскому корпусу отношения не имеет. Про него есть отдельные статьи в рубрике о сатанизме.

Драконианский корпус XXI века берёт готовое: Сет-Тифон приходит туда уже собранным Грантом, как маска дракона, отвечающая за отделение, разрыв и пустыню.

Что здесь старое, а что дочитано

Старое: двойственность Сета, его связь с пустыней, грозой и чужим; греческое отождествление с Тифоном; практика принудительного обращения к Сету-Тифону в папирусах поздней античности; красный цвет и железо как его материал.

Дочитано в XIX–XXI веках: Сет как тёмный учитель и покровитель пути левой руки; тифоническое как женская первосила; связка Сета с клипотическим Древом; сама идея, что убийство брата — модель посвятительного разрыва. Последнее — целиком современная мораль, вычитанная в текст, который ничего подобного не сообщает.

Как с этой маской работают

Область работы в корпусе узкая и жёсткая: разрыв. Выход из отношений, из среды, из профессии, из собственной прежней роли. Сет здесь не даёт знания и не утешает; он отделяет и оставляет одного.

Время — полдень или гроза, не ночь. Место — сухое, открытое, лучше за городом, где ветер. Цвет красный, материал железо. Реквизит: печать, красная свеча или тлеющие угли, немного соли, нож как знак разделения — как предмет на алтаре, а не в дело.

  1. Дневник — до начала. Отдельной строкой пиши, что именно ты собрался отсечь, одним предложением. Расплывчатая формулировка здесь опаснее всего.
  2. Цикл короткий: семь дней, не больше. Эта маска не для длинного соседства.
  3. Ежедневно: печать перед глазами, имя вслух, названная вещь произносится целиком и вслух же.
  4. На четвёртый день — вынос: то, что связано с отсекаемым, физически убирается из дома.
  5. Седьмой день — отпуск и закрытие.

Подношение по источникам: красное вино, кровь на печати, огонь. Кровь называется как содержание источника; порядок исполнения не даётся. Замены — укол ланцетом с медицинскими предосторожностями, вино, красная охра, слюна, имя, вписанное в печать. Риск фактом: инфекция, рубцевание, гемоконтактные инфекции при общем инструменте.

Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:

Красный, стоящий в пустом месте, где не растёт ничего,
ты, что бьёшь с носа ладьи и сам бываешь битым, —
я знаю обе твои стороны и зову тебя на дело.
Отсеки от меня названное и не оставь корня.
Что моё — не тронь. Что взял — не возвращай.
Свою меру ты берёшь сразу; я знаю, чем плачу.
Дело сделано — уходи в пустое место, откуда пришёл.

Цена, признаки и выход

Цена называется так, как её называет сама традиция: эта маска режет шире названного. Уходит не только то, что ты отметил, — уходят соседние связи, которые ты не собирался трогать. Это не побочный эффект, а способ действия, и предупреждают о нём во всех изводах корпуса.

Признаки отклика: резкие обрывы связей без твоего участия, ссоры, увольнения, поломки техники и быта, сухость во рту и жар, сны про пустыню, ветер, разрушенные дома.

Закрытие: соль высыпается на землю, печать сжигается, нож убирается, руки и лицо моются, дальше плотная еда и сон. Не меньше двух недель без всякой работы.

Работа не закрыта, если разрывы продолжаются сами по себе после конца недели; если появилась беспричинная агрессия и тяга ломать дальше; если снятся продолжения серии дольше недели. Тогда — полная остановка на месяц, никакой новой работы, восстановление быта: сон, еда, простые дела.

Людям с психотическими и биполярными расстройствами эта работа противопоказана прямо. Отдельно: если разрыв, который ты собрался «отсечь», касается живого человека рядом, ты работаешь не с собой, а с чужой жизнью, и цену заплатит не только твоя.