Римская Северная Африка — Карфаген, Хадрумет и другие города — дала один из самых насыщенных и «магических» корпусов дефиксионов. Если греческий слой скуп, а римско-италийский богат, то североафриканский доводит богатство до предела: здесь таблички переполнены именами силы, воксами, длинными воззваниями, характерами. Это дефиксион, ближе всего подошедший к папирусной магии, и на нём видно, во что превратился жанр на своём позднем, самом убранном краю.
Чем этот слой особенный
Северная Африка римского времени была перекрёстком традиций: латинская администрация, греческая учёность, египетское соседство, местная пуническая и берберская почва. На этой пёстрой основе дефиксион вобрал особенно много от египетско-греческой магии папирусов — больше, чем где-либо.
Отсюда главная черта африканских табличек — обилие имён силы и воксов. Там, где аттическая табличка ограничивалась глаголом связывания и списком имён, африканская нанизывает десятки имён подземных и иных богов, длинные звуковые ряды, характеры-знаки. Проклятие здесь обставлено, как папирусный обряд: с воззванием, с именами, со звуковым слоем.
Это делает африканский корпус мостом между дефиксионами и папирусами. По нему видно, как две традиции — свинцовая табличка и магический папирус — сходились: практики Африки писали проклятия языком папирусной магии.
Главные темы
Цирк. Как и в Риме, гонки колесниц — одна из ярчайших тем. Карфаген и другие города имели свои ипподромы и свои страсти, и цирковые дефиксионы против возниц и коней здесь особенно многочисленны и разработаны — с кличками лошадей, с закладкой на месте гонок, с пышными воззваниями к подземным силам. Об этом — статья о состязательных табличках.
Любовь. Пригоны и привязки, часто прямо в духе папирусной магии — с фигурками, диаболе, длинными воззваниями. Африканский любовный дефиксион нередко неотличим по строю от папирусного обряда агоге.
Суд и вражда. Обычные для жанра связывания противников, но и они обставлены богаче, чем на раннем греческом материале.
Как устроена африканская табличка
Африканский дефиксион — самый «папирусный» из всех, и собран он соответственно.
Развёрнутое воззвание. Табличка открывается обращением к подземным богам и духам, с длинным нанизыванием имён разных традиций — египетских, греческих, семитских.
Воксы и характеры. Обильный звуковой слой — ряды слогов, гласных — и начертанные знаки-характеры, прямо как в папирусах. Об этих рядах и знаках — статьи в рубрике PGM.
Прямое связывание и передача. Костяк тот же: связать названного, передать подземной силе. Но обставлен он именами и воззваниями, а не подан голо.
Аналогия и посланники. Наведение состояния подобием и зов беспокойных мёртвых исполнить дело — как во всём жанре, но с папирусным размахом.
Что видно на африканском материале
Первое: дефиксион и папирус сошлись. Африканский корпус — лучшее свидетельство того, что свинцовая табличка и магический папирус не были разными мирами: поздние практики пользовались общим арсеналом имён, воксов и характеров. О самом этом арсенале — статьи рубрики PGM об именах, воксах и характерах.
Второе: убранство достигло предела. Если ранний греческий дефиксион — костяк без плоти, то африканский — костяк под густым покровом имён и звуков. Между ними — вся история жанра, и Африка задаёт её верхний, самый убранный край.
Третье: костяк всё же прежний. Под всем папирусным богатством африканская табличка делает то же, что аттическая: называет цель, связывает названное, передаёт силе. Обилие имён не изменило сути — оно её обставило.
Как читать этот слой
- Жди изобилия имён и воксов. Это признак позднего африканского слоя и папирусного влияния, а не «особой древности».
- Различай костяк и убранство. Под воззваниями и звуковыми рядами ищи обычное связывание и передачу.
- Помни о мосте к папирусам. Африканская табличка — место, где дефиксион и PGM говорят одним языком; сверяйся со статьями об именах, воксах и характерах.
- Не сочиняй воксов и не приписывай номеров. Известные ряды называй, новых не выдумывай; конкретную табличку называй по изданию.
Чем важна Северная Африка
Североафриканские дефиксионы завершают географический обзор жанра его самым насыщенным слоем. Они показывают дефиксион на пределе убранства — переполненным именами силы, воксами и характерами, почти слившимся с папирусной магией. Вместе с греческим и римским слоями они выстраивают полную дугу: от скупого аттического связывания через богатый римский цирк к африканскому проклятию, говорящему языком папирусов. Кто прошёл эту дугу — от Селинунта и Афин через Рим к Карфагену, — видит и неизменный костяк жанра, и всё, что нарастало на него век за веком.