Глава 157 читается над золотой птицей с распахнутыми крыльями, которую кладут на горло умершего в день погребения. Птица — гриф-стервятник, знак Нехбет. А речь при этом идёт об Исиде, идущей к сыну в болота Дельты. Это не путаница, и разобраться в ней стоит: на несовпадении держится вся глава.
Вещь
Амулет представляет собой стервятника с раскинутыми крыльями, чаще всего с кольцами-шен в когтях. Кольцо-шен — знак обведённого круга, того, что охвачено и потому цело; ту же петлю держат в лапах соколы и грифы над головой царя на храмовых рельефах. Птица либо плоская, нашивная, либо объёмная подвеска, либо целый нагрудник.
Рубрика требует золота, и здесь она в кои-то веки совпадает с находками: золотые и позолоченные грифы на горле мумии известны по богатым погребениям Нового царства, в том числе по гробнице Тутанхамона, где на шее лежала золотая птица с распахнутыми крыльями. В погребениях попроще ту же роль играли фаянсовые и картонажные грифы.
Место — горло, как у джеда главы 155 и узла Исиды главы 156. Весь этот ряд амулетных глав работает на шее и верхней груди, и это не случайность: там дыхание, речь и глотание, то есть всё, чем покойный принимает и отдаёт.
Стервятник значит «мать»
Первое, что нужно знать про эту птицу: в египетском письме её знак читается как слово «мать». Тем же грифом пишется имя богини Мут. Изображение стервятника на голове царицы — не украшение и не зверь-покровитель, а прямое утверждение: эта женщина — мать.
Отсюда всё остальное. Гриф в Египте — не падальщик с дурной славой, а образец материнской заботы: птица, которая накрывает птенцов крыльями и не сходит с гнезда. Распахнутые крылья над головой — устойчивая формула покровительства, и её равно применяют к царю, к богу и к покойному.
Нехбет или Исида
Форма амулета отсылает к Нехбет — богине-грифу из Нехеба на юге, покровительнице Верхнего Египта, той, что вместе с коброй Уаджет Нижнего Египта составляет пару Двух Владычиц в титулатуре царя. Нехбет — государственная защитница, и её птица накрывает царя на рельефах повсеместно.
Текст же главы 157 говорит об Исиде: она приходит, она ищет укрытые места Хора, она выводит его из папирусных зарослей, она ставит его в ладью и отдаёт ему власть. Это сюжет о матери, спрятавшей сына в болотах Дельты от Сета и вырастившей его до наследника.
Наложение двух матерей — не порча текста и не небрежность мастерской. Египетская практика спокойно сводила разных богинь по общему свойству: обе — мать, обе накрывают, обе выводят сына к власти. Птица даёт форму, Исида даёт сюжет, а работает совпадение свойства. Тот же приём виден в главе 156, где красный узел зовётся кровью Исиды, а защищаемый оказывается на месте Хора.
Держать это надо в голове, чтобы не спорить попусту. Называть амулет золотым стервятником Нехбет правильно по форме; читать над ним речь об Исиде правильно по тексту главы.
Насколько глава ходовая
Здесь нужна прямота. Главы 157–160 в свитках Нового царства встречаются заметно реже, чем 155 и 156: во многих хороших папирусах их просто нет. Устойчивое место в ряду они получают в саисской редакции Позднего периода, а полнее всего представлены в поздних свитках. Сам амулет при этом старше главы и ходил задолго до того, как к нему написали речь: вещь бытует, речь оформляется позже.
Внутри списков расходится длина рассказа об Исиде и Хоре: где-то дан только приход богини, где-то добавлена ладья, где-то власть над обеими землями. Рубрика о золоте есть не везде.
Что эта глава делает
Три вещи, и различать их полезно.
Накрывает. Крылья над лежащим — это кровля, а не оружие. Гриф не бьёт врага, он закрывает собой. Работа этой главы — там, где нужно переждать под прикрытием, а не отбиться.
Выводит из укрытия. Вторая половина сюжета важнее первой: Исида не только прячет сына в зарослях, но и достаёт его оттуда и ставит на место наследника. Прикрытие имеет срок и цель. Тот, кто остаётся в болоте навсегда, спасён, но никем не стал.
Ставит родство. Гриф-мать делает носящего сыном. Это перевод одиночки в положение того, за кем стоят. По египетскому счёту сирота беззащитен не потому, что слаб, а потому, что за него некому вступиться на суде.
Практика: как ставят птицу
- Вещь — птица с распахнутыми крыльями. Золото по рубрике; рабочей будет и латунь, и позолоченная медь, лишь бы металл был жёлтый. Серебро в этой главе не берут: белый металл — луна и Тот, а тут солнечная сторона.
- Ставят амулет ночью, при одной лампе, положив его сначала не на себя, а перед собой, на ткань.
- Речь идёт двумя частями: сперва о матери, идущей и накрывающей, потом о выводе на своё место. Вторую часть не опускают, иначе работа застревает на укрытии.
- Называют вслух срок укрытия. Не «пока не станет легче», а число месяцев. Это условие: крылья, поднятые без срока, превращаются в клетку.
- Носят на горле, под одеждой, вместе с прочими амулетами ряда или отдельно.
- Приношение матери — хлеб и вода, и, если есть возможность, доля живой женщине из своей родни. В этой традиции долю получают обе стороны.
- По истечении срока амулет снимают, обкуривают и убирают в ткань до следующего раза. Птицу не носят постоянно: она работает на время беды.
- Если за этот срок дело не двинулось, срок продлевают ровно один раз, и больше нет.
Рабочее переложение формулы:
Мать пришла, и крылья её раскрыты.
Она искала укрытые места и нашла их.
Она стала над сыном своим в зарослях, и Сет не нашёл его.
Золото на горле моём — крылья её, и они надо мной.
Я в зарослях, и меня не видно; я под крылом, и меня не тронуть.
А когда придёт срок, она выведет меня из зарослей.
Она поставит меня в ладью и назовёт меня наследником.
Я не сирота: за мной стоят, и на суде за меня говорят.
Кольцо замкнуто, и я внутри кольца.
Маа-херу.
Отклик и сбой
Отклик у этой главы узнаётся по внезапной «невидимости»: тебя перестают трогать, о тебе перестают говорить, дело затихает. Второй признак приходит позже и выглядит как чужое заступничество — кто-то вступается за тебя, не будучи попрошенным.
Сбой первого рода: укрытие есть, выхода нет. Месяцы идут, тебя не трогают, и ничего не происходит. Значит, ты не назвал срок либо продлеваешь его без счёта. Снимай птицу и работай главами о выходе к свету.
Сбой второго рода: наваливается детская беспомощность, желание, чтобы всё решили за тебя. Мать в этой главе выводит к власти, а не заменяет собой взрослого. Дочитывай вторую часть речи и делай своё.
Сбой третьего рода: птица чернеет, зеленеет, рвётся нить. Металл чистят, нить меняют, речь читают заново. Порча вещи здесь читается как принятый удар, а не как отказ.