Глава 100 делает Ах крепким и сажает его в солнечную ладью — не пассажиром, а членом команды. Это формула не о спасении, а о найме: она перечисляет заслуги перед экипажем и на этом основании требует места у весла. Тон в ней соответствующий — деловой, без единой просьбы.

Ах — не душа и не призрак

Ка, Ба и Ах в египетском счёте — три разные вещи, и мешать их нельзя. Ка — двойник, живущий приношением. Ба — подвижная часть, летающая птицей. Ах — состояние действенности: то, чем становится покойник, когда обряд над ним сделан правильно и он получил силу работать. Ах не выдают за смерть саму по себе, его делают. Отсюда и целый жанр — прославления, которые читал жрец-чтец над телом и в часовне, и отдельные главы сборника, укрепляющие это состояние.

Ах при этом не бесплотный дух в спиритическом смысле. Он действует: помогает живым родственникам, вредит обидчикам, вмешивается в тяжбы. От Первого переходного периода и Среднего царства сохранились письма к умершим — записки на чашах и полотне, где родня прямо просит своего покойника разобраться с чужим Ах, портящим дом. А в Новом царстве, особенно в общине мастеров Дейр эль-Медина, ставили домашние стелы предку под званием превосходного духа Ра. То есть Ах — рабочая единица, к которой обращаются по делу.

Что обещает глава

Название главы говорит о делании Ах совершенным и о позволении ему сойти в ладью Ра вместе с теми, кто в свите бога. Внутри — перечень оказанных услуг: говорящий доставлял, сопровождал, тянул канат, поднимал, приводил. Он привёл феникса в Абидос и Осириса в Джеду, он был при поднятии волочильного каната, он гнал прочь того, кто нападает на ладью. Апоп, змей, ежесуточно перекрывающий солнцу дорогу, здесь не отвлечённое зло, а производственная задача: команда обязана его отбить, и говорящий записывает себя в отбивавших.

Дальше идёт вывод: раз он делал эту работу, ему полагается место среди экипажа. Ни милосердия, ни прощения глава не просит.

Лист на груди и глава-двойник

В части списков к главе приложена рубрика: начертить это на новом чистом листе и положить умершему на грудь так, чтобы лист тела не касался. Точный состав краски в рукописях расходится, и придумывать его за них не надо; постоянны два условия — лист новый и он не соприкасается с плотью.

Тут же полезно знать про двойника. В сборнике есть глава 129, которая по содержанию повторяет сотую и отличается прежде всего рубрикой и оформлением. Такие пары в «Книге мёртвых» не редкость и не ошибка переписчиков: одна и та же речь могла жить как чистая формула и как предписание к амулету или к листу. Если встретишь оба текста рядом в одном свитке — это норма, а не дубль по недосмотру.

Виньетка здесь работает наравне с речью: изображается ладья с богами и говорящий при ней. Начерченная ладья есть ладья, начерченное присутствие есть присутствие — та же логика, что стоит за оживлением изображений и за ложной дверью.

Пласты

Плавание с солнечным богом — древнейший слой. В Текстах пирамид умерший царь всходит на ладью, гребёт с Ра, садится среди свиты; это царская привилегия и часть чина восхождения. В Текстах саркофагов та же тема расходится вниз по социальной лестнице вместе со всей заупокойной литературой Среднего царства, и появляется мотив службы: не просто ехать, а участвовать.

Новое царство даёт главу 100 с номером и виньеткой, и одновременно в царских гробницах разворачиваются подробные книги ночного пути с почасовым описанием плавания и боя со змеем. Глава сборника — компактная выжимка того же материала для частного лица. В Поздний период и в греко-римское время текст стабилизируется, а отбивание змея переходит в храмовый чин, который служили круглый год и который дан отдельно.

Логика

Здесь работает не отождествление, как в главах 17 или 64, а другой приём — зачисление в состав. Говорящий не объявляет себя Ра. Он объявляет себя тем, кто делал работу вместе с Ра, и требует по трудовому основанию. Второй приём — называние дела: перечисленное действие становится совершённым фактом. Третий — участие в отражении Апопа как пропуск: кто бился за ладью, тот в ладье.

Практическое следствие для тебя: эта глава не читается пустой. Ей нужен перечень своих дел, и он должен быть настоящим. Формула, в которой перечислены выдуманные заслуги, у египтян и не мыслилась — весь строй текста построен на том, что заявленное истинно.

Порядок работы

  1. Время — рассвет. Не «утро вообще», а промежуток, когда край солнца выходит.
  2. Место — открытое, с видом на восток. Из окна допустимо, из-под крыши хуже.
  3. Заранее, накануне вечером, напиши на новом листе перечень: что ты своими руками сделал за прошедший срок для дела, к которому просишься. Пять-семь пунктов, коротко, без объяснений.
  4. Читай стоя, лицом на восток. Первая часть — перечисление заслуг, вслух, по своему списку. Вторая — перечисление заслуг формулы. Третья — требование места.
  5. Лист сложи и держи при себе на груди — во внутреннем кармане, отдельно от денег и документов. Меняешь его при следующей работе, старый сжигаешь.
  6. В течение дня сделай ещё одно дело по этой же линии, чем меньше на виду, тем лучше. Заявка закрывается работой, иначе она остаётся словами.

Формула под эту задачу, выстроенная по канону главы:

Я укрепил себя, и я крепок. Я сделан действенным, и я делаю.
Я тянул канат, когда тянули все, и рука моя не соскользнула.
Я стоял на носу, когда вода стала густой, и я не отвёл глаз.
Я гнал того, кто ложится поперёк дороги, и он ушёл с дороги.
Я привёл птицу в её город и хозяина в его дом.
Я не спал в час, когда спать нельзя, и я знаю этот час по имени.
Потому даю себе место в ладье, среди тех, кто при ней.
Весло моё — моё, скамья моя — моя, доля моя выдаётся вместе с их долей.
Кто в ладье, тот идёт через ночь и выходит утром. Я в ладье.

Признаки отклика и сбои

Отклик у этой главы деятельный. Обычно в тот же день появляется работа — не удача, а именно работа, которую надо делать руками, и часто неудобная. Это её нормальное поведение: место в команде даётся вместе с вахтой. Второй признак — резко налаживается утро: подъём становится ранним без усилия, и держится это недели три.

Сбои.

Пустая заявка — прочёл, а список заслуг выдумал или натянул. Тогда обычно приходит унылое раздражение и мелкие срывы в делах, где ты и правда не доработал. Средство простое: доделай и не читай главу, пока не доделаешь.

Перегруз — навалилось столько, что не тянешь, и накрывает бессонница. Это признак, что ты просил места, не имея сил на вахту. Сократи: неделю не читай ничего из солнечных глав, спи, ешь, восстанавливайся; вернись через месяц с коротким списком.

Тишина — ни отклика, ни последствий. Чаще всего дело в месте и времени: читано в темноте или лицом не туда. Проверь направление, дождись настоящего восхода и повтори один раз.

И общая оговорка. Ах не имеет отношения к «тонким телам», «энергиям» и посмертному перерождению в новом теле — этого в египетском счёте нет. Ах — состояние действенности умершего, добываемое обрядом, и глава 100 занята именно его укреплением, а не восхождением по каким-либо ступеням.