С двадцать шестой начинается сердечная гроздь — пять с лишним номеров подряд, посвящённых одному органу. Ни одной другой части человека свод не уделяет столько места. Причина простая: по египетскому счёту сердце — не чувство, а распорядитель. Оно думает, помнит, решает и отдаёт приказы телу. Человек без сердца не грустит — он не может встать и пойти.
Иб и хати
В текстах ходят два слова. Иб — сердце как то, что внутри: воля, ум, память, нрав, самое существо человека. Хати — сердце как орган, висящий в груди, тот, что бьётся. Границы между ними подвижны, и в сердечных главах встречаются оба, иногда в одной строке.
Практический смысл различения такой: возвращают всегда иб, а закрепляют возврат на хати — на телесном сердце, на груди, на предмете, который на груди лежит. Работа идёт двумя руками, и обе нужны.
При бальзамировании сердце оставляли в теле. Мозг вынимали и выбрасывали, лёгкие, печень, желудок и кишки клали в отдельные сосуды, а сердце — единственное — не трогали. Оно должно было идти с человеком дальше, потому что дальше без него делать нечего.
Что именно возвращает глава
Заголовок формулирует задачу прямо: дать такому-то его сердце в царстве мёртвых. Не утешить, не укрепить — вернуть отсутствующее.
Дальше идёт цепочка, и её стоит разобрать по звеньям, потому что она и есть содержание главы:
- сердце при мне;
- я распоряжаюсь им, а не оно мной;
- при мне мои руки и мои ноги;
- я делаю то, чего хочет мой ка;
- мой ба не заперт;
- двери неба открыты мне, и я вхожу и выхожу, когда хочу.
Логика движется от внутреннего к внешнему одним махом: вернувшееся сердце сразу даёт власть над конечностями, власть над конечностями — свободу перемещения, свобода перемещения — открытые двери. Египтяне не разделяли волю и подвижность. Тот, кто вернул себе сердце, тем самым получил право ходить.
Отдельно оговорено, кто возвращает. На виньетках сердце подаёт человеку божество, чаще всего в облике бальзамировщика, и человек принимает его двумя руками, прижимая к груди. То есть возврат не самостоятельный: сердце приносят, и его надо взять.
Пласт
Сердечные речения появляются не в Новом царстве. Целая семья их записана на внутренних стенках деревянных гробов Среднего царства — там есть и «дать человеку его сердце», и «не дать отнять сердце», то есть весь костяк грозди уже собран. Часть мотивов уходит ещё глубже, к пирамидным речениям Старого царства о том, что сердце царя при нём.
Новое царство переносит это на папирус, добавляет виньетки и связывает гроздь с судом и взвешиванием. Саисская редакция закрепляет порядок номеров, в котором мы их читаем сейчас. Сердце-скарабей как предмет входит в обиход раньше свитка — с конца Среднего царства и Второго переходного периода, — и о нём отдельный разговор в статье о тридцатой главе.
Положение
Двадцать шестая — единственная в грозди, которую произносят лёжа. Положение задано её задачей: человек, у которого нет сердца, не может встать, и притворяться стоящим бессмысленно. Ложатся на спину, правую ладонь кладут на середину груди, левую — поверх правой. Формулу читают в этом положении, а на последних строках садятся и затем встают. Подъём — часть чина, а не выход из него.
Как это применяют
Глава берётся не на печаль и не на дурное настроение. Её показание — состояние, когда человека вынесли изнутри: после долгой работы на износ, после нескольких лет чужих решений, после отношений, в которых желания были признаны неуместными. Признак ровно один: ты не знаешь, чего хочешь, и это не кокетство, а факт.
- Выбери день, когда ты уже не в той обстановке, которая тебя выела. Хоть на сутки. В самой обстановке сердце не возвращается — его снова заберут к вечеру.
- Вымойся, надень чистое, не ешь с утра.
- Приготовь на подставке у изголовья: чашу воды, соль, кусок хлеба и небольшой красный камень или красную ткань. Красный — цвет сердца в египетской работе, отсюда сердолик и красная яшма в сердечных амулетах.
- Ляг на спину головой на восток. Руки на грудь, как сказано выше.
- Прочти формулу вслух, медленно, называя своё имя дважды: в начале и в конце.
- На словах о руках и ногах пошевели пальцами рук, потом ног. Тело должно подтвердить сказанное.
- Сядь. Возьми камень или ткань в правую руку и прижми к груди. Помолчи.
- Встань, выпей воду, съешь хлеб с солью. Первое, что делает вернувший сердце, — ест.
Формула под эту задачу, выстроенная по канону главы:
>
Сердце моё, что внутри меня, — вернись ко мне.
Сердце моё, что бьётся в груди моей, — прими его назад.
Я — такой-то, и сердце моё носит моё имя.
Оно при мне, и я распоряжаюсь им, а оно мною не распоряжается.
При мне руки мои — и они поднимаются.
При мне ноги мои — и они несут.
Рот мой при мне, и я говорю, чего хочу.
Я делаю то, чего хочет ка мой,
и ба мой не заперт и не связан.
Двери открыты передо мной, я вхожу и выхожу, когда хочу.
Никто не берёт моего у меня,
ибо сердце моё стоит на месте своём, а место его — во мне.
Сказано мною над собой. Взято. Держит.
Признаки возврата
Первый и самый надёжный — возвращается аппетит. Не голод, а именно разборчивый аппетит: хочется определённой еды, а не «чего-нибудь». Второй — появляются мелкие желания с конкретным предметом: пойти туда-то, купить то-то, позвонить такому-то. Крупные приходят позже, начинается всегда с мелких.
Третий признак — становятся возможны отказы. Человек с вернувшимся сердцем говорит «нет» без внутренней подготовки. Четвёртый, отсроченный на несколько дней, — восстанавливается сон с сюжетными снами, в которых ты действуешь, а не наблюдаешь.
Признак сорванной работы — умиление и облегчение без всяких последствий. Если после чина стало приятно и всё, сердце не вернулось.
Сбои
Работа в той же яме. Чаще всего чин делают, не выходя из обстановки, которая забрала сердце, — и к следующему вечеру всё возвращается на место. Сначала выйти хотя бы на день, потом читать.
Горячее сердце. Иногда возврат идёт с перехлёстом: человека несёт, он за сутки рвёт связи, увольняется, высказывает всё всем. Египетская мудрость знала это состояние и звала горячим человеком, противопоставляя его молчаливому. Лечится просто: три дня ничего необратимого не делать. Само выравнивается.
Сердце вернулось и требует. Вернувшаяся воля первым делом предъявляет счёт за годы, когда её не слушали. Это не сбой, а нормальный ход, но выдержать его надо: не отменять решений сгоряча и не отдавать сердце обратно ради покоя.
Возврат без защиты. Вернуть сердце и не закрыть его — половина работы. Тот, кто однажды забрал, попробует снова, и следующая глава грозди существует именно для этого. Читать её надо в те же дни, не откладывая.