Врачарка, бајалица, баба — балканская знахарка, к которой идут с болезнью, сглазом, бедой и вопросом о будущем. Это живая, не прервавшаяся фигура сербских, болгарских, македонских сёл и городов. Разбирать надо как действующее ремесло с ясными правилами, уважая то, что в нём закрыто: у него есть живые носители.
Кто это
Балканская знахарка зовётся по-разному, и имена не полные синонимы:
- Бајалица (болг. баячка) — «заговаривающая», та, что лечит басмой (баяне): её дело — заговор от сглаза, хвори, страха;
- Врачара (врач, врачарка) — «ворожея-целительница», шире: и лечит, и снимает порчу, и ворожит;
- Гатара (гледачица) — «гадалка», та, чьё дело больше прорицание — по бобам, по воску, по руке, по кофейной гуще;
- Баба — уважительно-обиходное «бабка», знающая женщина вообще.
Роли пересекаются: одна и та же женщина может и заговаривать, и лить олово, и гадать. Мужчины в ремесле есть (врач, бајач), но традиция преимущественно женская и пожилая — «баба» не только ремесло, но и возраст, авторитет прожитого.
Чем занимается
Круг дел устойчив по этнографии:
- Сглаз (урок) — распознать и снять: выливание олова/воска, гашение углей, заговор на возврат дурного глаза;
- Хвори — заговоры на страх (уплах), на рожу, на «красный ветер», на бессонницу ребёнка, на зубную боль;
- Порча и её снятие — определить наведённое, вернуть, поставить оберег;
- Ворожба — о будущем, о суженом, о пропаже, о том, чем кончится дело;
- Обереги — красная нить, синяя бусина, чеснок, ладанка на ребёнка и скот;
- Обрядовые услуги — при родах, свадьбе, в переломные дни года.
Знахарка отличает своё от врачебного: «естественную» тяжёлую болезнь отсылает к доктору, а берётся за сглаз, страх, «своё».
Дар и передача
Сила бајалицы мыслится как дар, а не просто выучка: его «дают» — по рождению (родившийся в рубашке, в особый день), через болезнь и выздоровление, через передачу от старшей. Передают знание лично и узко, часто с условиями:
- на убывающую луну — чтобы болезнь «убывала», как месяц;
- «своим» — дочери, внучке, преемнице, реже — постороннему;
- иногда — только младшему по возрасту или с условием передать перед смертью, чтобы «не унести с собой»;
- нередко — не за прямую плату: за настоящее слово не рядятся, иначе, по вере, оно теряет силу; берут благодарностью.
Это часть закрытости ремесла: полные слова и настоящую передачу получают «свои», а не читатель сборника. Открытого много — тексты басм изданы, — но сердцевину держат узко.
Живая и закрытая традиция
Врачарки и бабы — не реконструкция: к ним идут доныне, ремесло передаётся, носители известны в своих местах. Отсюда прямые правила рубрики о живом: не приписывать практик и «сил» конкретным ныне живущим людям (исторические и собирательные фигуры разбираются свободно, живые — нет); закрытое называть закрытым, а не досочинять; уважать чужую действующую веру. Это ставит балканскую бабу в один ряд с ирландским фейри-доктором и немецким браухером — живыми носителями, к которым правило уважения применяется прямо.
Почему ремесло женское и старое
Стоит понять, отчего балканская знахарка — почти всегда пожилая женщина, и это не случайность, а часть устройства. Женское тело и женская роль в традиционной культуре связаны с рождением, кормлением, обмыванием больного и покойного — с границей жизни и смерти, у которой и работает знахарка. Старость же добавляет к этому авторитет прожитого и, что важно, выход из детородного возраста: «баба» уже не «нечиста» месячным, свободна от хозяйской суеты, и потому может держать сильное слово и близко подходить к опасному — сглазу, порче, смерти. К этому добавляется закрытость передачи: знание идёт от старшей к младшей, от бабки к внучке, и полностью раскрывается часто лишь перед смертью, чтобы «не унести с собой». Оттого полный мастер традиции — именно старая женщина: она на конце цепочки передачи и на пороге, откуда удобнее всего работать с границей. Молодая бајалица знает слова, но полную силу, по вере, обретает с возрастом и с уходом старшей. Понимать это важно, чтобы видеть за «бабкой-знахаркой» не случайную фигуру, а закономерную: ремесло само выбирает себе носителя — женщину, стоящую у границ.
Как идёт приём
Ниже — по этнографии, разбор устройства (не заклание, не вред живым людям):
- Распознавание. Определяет, сглаз, страх, порча или «естественная» хворь.
- Заговор. Читает басму шёпотом, часто «на воду», трижды, с историолой и отсылкой недуга.
- Действие. Выливание олова/воска, гашение углей и гадание по ним, обвязывание нитью, сплёвывание.
- Оберег и совет — нить, бусина, чеснок; при тяжёлом — к врачу.
- Бескорыстие. Часто без назначенной платы; благодарностью.
Своё переложение по строю обращения знахарки, а не как цитата носителя:
Села я рано, до петухов, у чистой воды, и позвала не силу тёмную, а Божью. Кто тебя, раба, сглазил, испугал, обнёс худым словом — тому его зло назад. Уходи, урок и страх, с головы, с сердца, с крови: за девять гор, за девять вод, где ни петух не поёт, ни пёс не лает. Там твой дом, а здесь тебе места нет. Не за плату говорю — за здоровье; Господним словом, крестом закреплено.
Мера и осторожность
Признак настоящей бабы — различение и бескорыстие: она отделяет сглаз и страх от болезни и не торгует даром. Осторожность обрядовая — тихое чтение, отсылка недуга, обереги, убывающая луна для передачи. Этическая, по правилам о живом, — не приписывать практик ныне живущим и не выдавать закрытое за раскрытое. Трезвая и медицинская — знахарка в традиции работала рядом с врачом, а не вместо: «сглаз» и «страх» объясняют недомогание, но серьёзная болезнь — к доктору. Об устройстве балканской магии в целом — в статье о балканской магии; о сглазе — в статье об уроке; о выливании олова — в отдельной статье.