Египетский год состоит из двенадцати месяцев по тридцать дней — это триста шестьдесят. Оставшиеся пять суток пришиты к нему сбоку и называются «те, что над годом». Это не праздники и не каникулы: пять дней вне счёта считались самым опасным временем, когда посланцы богини ходят без разбора, и на них есть отдельный храмовый чин.
Дни, которых нет в году
Календарь из трёхсот шестидесяти дней делится ровно: три сезона по четыре месяца, месяц на три декады. Пятёрка лишних в эту решётку не влезает. Они прибавлены в конец, перед первым днём нового года, и по египетскому счёту находятся вне порядка — вне месяца, вне декады, вне сезона.
Всё, что вне порядка, в египетской системе относится к области, где Маат не действует. Отсюда и репутация этих суток. Защита работает по календарю, календарь на эти дни не распространяется, значит, пять суток дом стоит открытым.
Каждому из пяти дней приписано рождение бога: Осирис, Хор Старший, Сет, Исида, Нефтида. Порядок устойчив и известен и по египетским текстам, и по позднему греческому пересказу. Отсюда и характер суток: день Сета в этой пятёрке — тяжёлый по всем перечням, дни Исиды и Нефтиды — благоприятные, день Осириса открывает ряд.
Стрелы, которые летят в это время
Мор в текстах прямо связан с переломом года: «болезнь года» приходит на смене сезона, когда спадает разлив и меняется ветер. Работают не сама Сехмет, а её посланцы, резники и скитальцы — исполнители, обходящие дома по списку. В пять добавочных суток список у них общий, а поручения — без адреса.
Про счёт «семь стрел» надо повторить то же, что сказано в статье об умилостивлении: семёрка и разбор стрел по именам держатся на храмовом и позднем материале, а связного древнего списка имён ни один памятник целиком не даёт. В обряде конца года рабочим оказывается не список, а направление: стрела приходит откуда-то, и закрывают именно стороны.
Что делали в храме и в доме
Храмовая часть. К концу года относится особая книга, читавшаяся в последний из пяти дней, — свод формул умилостивления богини и отвода её посланцев. Логика её та же, что у ежедневного чина против Апопа: угрозу не уговаривают, её называют, ограничивают и переводят в безопасное состояние. Разница в том, что тут не уничтожают, а умиротворяют: Сехмет — божество с культом и с долей, ей полагается подношение, а не огонь.
Домашняя часть. Массовый материал — носимые вещи.
- Полосы полотна с именами и изображениями, надеваемые на шею в эти дни и снимаемые с началом нового года.
- Амулетные декреты Третьего переходного периода — узкие свитки, свёрнутые в трубочку и вложенные в цилиндрический футляр на шнуре. Текст составлен от лица божества как указ: перечисляется, от чего именно носитель защищён — от болезни года, от посланцев, от резников, от смерти на чужбине, от дурного сна, от укуса, от колдовства. Это самый близкий к нашему предмету документ: гарантия, выданная в форме приказа.
- Бусины и подвески с изображением львиноголовой богини, эгиды, глаз-уджат.
Честно по датировке: развёрнутая обрядность пяти дней с полосами и декретами — это Новое царство, Третий переходный и Поздний период. В Старом царстве пять добавочных дней уже есть, а такого чина вокруг них ещё нет.
Календари счастливых и несчастливых дней
Рамессидские календари размечают весь год по трём разрядам: день целиком благоприятный, целиком дурной, смешанный — с разбивкой на утро, полдень и вечер. К каждому дню прилагается объяснение из мифа и предписание: не выходить, не есть определённого, не работать, не произносить имён.
Пятёрка добавочных суток размечена в них жёстче обычного. Общий смысл предписаний прост и годится как рабочая инструкция: не начинать, не заключать, не выяснять.
Практика: пять дней и переход
Обряд ставится один раз в год. Сегодня по гражданскому счёту это последняя неделя перед той датой, от которой ты сам ведёшь свой год; важна не астрономия, а то, что граница объявлена и соблюдена.
Заранее, до начала пяти дней:
- Закончи дела с деньгами и словом. Долги, обещания, незакрытые разговоры переносят на новый год только в одном случае — если это оформлено вслух: «переношу, беру на новый год».
- Вымой дом, поменяй воду везде, где она стоит.
- Приготовь полосу некрашеного полотна на каждого домашнего и один общий свиток-указ.
Полоса. Пишешь чёрным полное имя человека, ниже — семь коротких черт по направлениям: восход, закат, верх, низ, дверь, тело, чужое слово. Полоса завязывается на шее или на левом запястье; тому, кто мал или болен, кладётся под изголовье.
Свиток-указ. Пишется от лица силы, к которой ты обращаешься, и перечисляет отводимое поимённо: болезнь года, посланцы, дурной сон, укус, чужое наведение, смерть в дороге. Свиток свёртывается в трубку, обвязывается нитью и вешается у входа изнутри. Не разворачивать до конца пяти дней.
По дням.
- Первый. Вода и хлеб выставляются у порога с вечера. День поминовения: называешь вслух своих умерших. Ничего не начинать.
- Второй. День работы руками и молчания о планах. Не говорить о будущем вслух.
- Третий. Самый тяжёлый. Не пить крепкого, не носить красного, не ссориться, не выходить в спорные места. Если в году был удар — сегодня его не поминают.
- Четвёртый. День, когда собирают разорванное: чинят вещь, восстанавливают связь, дописывают недописанное.
- Пятый. Чин умилостивления с красным питьём у порога и чтение формулы конца года. Вечером — тишина до утра.
Первый день нового года. Полосы снимаются, свиток снимается. Ни то ни другое не сжигают: полосу проветривают и убирают до следующего года, свиток кладут в закрытое место. Утром — свежая вода во всём доме, открытые окна, первое дело дня выбирается заранее и делается до полудня. Что сделано первым — тем и пойдёт год.
Текст держит обязательные части хекау: называние, отождествление, приказ, закрепление:
Год кончился, и счёт закрыт, и пять дней стоят вне счёта.
Сехмет, Могучая, Око Ра, владычица красного часа,
к тебе говорю в эти дни, потому что они твои.
Вот красное перед тобой, налито низко, и его довольно.
Доля твоя взята здесь, у этого порога, и другой доли отсюда не берут.
Посланцы твои идут по списку — в списке нет имён,
что написаны на полотне и на этом свитке.
Резники не знают этой двери. Скитальцы не садятся под этой крышей.
Стрелы с восхода и с заката, сверху и снизу,
из двери, из тела, из чужого рта —
все семь поверни рукоятью к себе и колчан закрой.
Пять дней пройдут, и шестой будет первым.
Дом мой войдёт в новый год целым числом, и никого не убудет.
Сказано в последний из пяти дней. Закреплено водой на рассвете. Не переменится.
Отклик и сбой
Признак, что переход прошёл чисто: первый день нового года идёт легко и пусто, без событий. Пустота тут — хороший знак: чин конца года работает на то, чтобы ничего не случилось.
Признак, что пропустили: в первую же неделю нового года всплывает то, что не закрыли перед пятёркой, — старый долг, старый разговор, старая болячка. Лечится не задним числом, а признанием: назови вслух, что это перенесено с прошлого года, и закрой отдельно.
Сбой в сами пять дней. Если в эти сутки началась ссора, болезнь или потеря — не начинай встречной работы. Правило пятёрки: ничего не начинать, в том числе обрядов на удар. Отложи до нового года и делай тогда — по чину, а не сгоряча.
Чего в пять дней не делают вовсе: не наводят, не проклинают, не отрезают имени. В незащищённое время работа на удар возвращается по кратчайшему пути — прямо к тому, кто её начал. Что именно берёт на себя оператор в такой работе, разобрано в статье о цене по Маат.