Сехмет — единственная в египетском наборе, кого просят не о помощи, а о том, чтобы она прошла мимо. Она насылает мор и она же его снимает; это не два разных божества и не «светлая и тёмная сторона», а одна должность с двумя направлениями. Умилостивление здесь и есть техника: не защита от богини, а разворот её стрел.
Одна сила, два направления
Её имя значит «Могучая». Она Око Ра — то самое, что царь посылает вперёд себя и что само по себе не различает, где враг, а где просто живое. Мор в текстах называется «болезнью года»: он приходит по календарю, вместе со спадом разлива и с переменой ветра, и приписывается ей.
И к ней же идут лечить. Египетский врач носил титул уаб Сехмет — «чистый жрец Сехмет»; болезни, приходящие извне, шли по её ведомству, и заклинания против них обращались не мимо неё, а через неё. Здесь заложено правило, которое стоит запомнить твёрдо: у того, кто послал, и просят отвода. Просить у другого бога защиты от Сехмет — значит выводить дело в тяжбу между богами, чего египетская практика избегала.
Размах культа виден по камню: сотни гранодиоритовых статуй богини, поставленных Аменхотепом III в Новом царстве при его заупокойном храме и в округе Мут в Карнаке. Как это связано с чтением имён по дням — разобрано в статье о литании Сехмет.
Посланцы, резники, скитальцы
Сама богиня не ходит по домам. По домам ходят её посланцы — в текстах их называют ещё резниками и скитальцами. Это исполнители: они разносят болезнь, они же обходят стороной дом, где выставлен верный знак.
Отсюда устройство всей защиты. Ты не спорить с Сехмет собираешься. Ты делаешь так, чтобы её люди не имели к тебе поручения: у них есть список, и твоего имени в списке нет, а на двери стоит знак, что здесь уже уплачено.
Практический вывод: в чине обязательно называется имя защищаемого. Безымянная защита у Сехмет не работает — исполнителю нужно, кого пропустить.
Семь стрел: что о них известно на самом деле
О «семи стрелах Сехмет» надо сказать прямо, без нагнетания.
Стрелы богини — устойчивый образ: удар приходит на расстоянии, внезапно и точно, как выстрел, и в текстах их отводят, ловят, поворачивают. Но счёт «семь» и разбор стрел по именам известны по храмовому и позднему материалу — по ритуальным книгам конца года, по птолемеевским храмовым надписям и по поздней защитной литературе, где семёрка вообще один из рабочих счётов. В Старом и Среднем царстве этого набора нет.
Дальше — честно: связного канонического списка семи стрел с именами ни один памятник не даёт целиком. Разные тексты называют разное число посланцев и разные их разряды; современные перечни «вот семь стрел, вот их имена» собраны компиляторами из разрозненных эпитетов, а иногда просто придуманы. Пользоваться семёркой как рабочим счётом можно и нужно — она в традиции есть. Выдавать заученный список имён за древний — нет.
Что в источниках действительно повторяется — это направления. Стрела приходит откуда-то: с востока и запада, сверху, из-под земли, изнутри дома, изнутри тела, от чужого слова. Работать удобнее по направлениям, а не по выдуманным именам, и это ближе к тому, как устроены сами тексты.
Логика умилостивления
Египетский хетеп — не задабривание. Это перевод состояния: яростную форму переводят в спокойную, и делается это тремя средствами, которые в храме шли вместе.
- Красное питьё. По рассказу о Небесной Корове, записанному в царских гробницах Нового царства, Око вошло во вкус истребления, и его остановили, разлив по полям пиво с красной охрой: богиня приняла его за кровь, выпила и уснула. Кровь ей дают — но не ту, за которой она пришла.
- Звук. Систр, погремушка, хлопок, пение. Ярость снимается ритмом; в храмах Хатхор и Мут это отдельный чин с музыкой и опьянением.
- Прохлада. Вода, ветер, тень, чистое полотно. Мор в текстах — это жар и сухость, и отводят его противоположным.
Четвёртое средство — слово: назвать её по имени и по эпитету, признать её право ударить и указать, что здесь уже её доля получена.
Практика: отвод мора с дома
Чин ставится на дом и на живущих в нём. Делается один раз, обновляется на переломе года и при явной угрозе.
Время. Вечер, на закате. Не в полдень: полдень — её час, в него не торгуются.
Место. Порог со стороны улицы и одна точка внутри дома — где спят.
Материалы. Широкая неглубокая чаша; красное питьё (тёмное пиво или красное вино, при запрете на спиртное — гранатовый сок, цвет обязателен, состав нет); чистая вода в отдельном сосуде; полоса некрашеного льна или хлопка; погремушка или любой звонкий предмет; чёрные чернила.
- На льняной полосе напиши имена всех, кого закрываешь. Полными именами, по одному в строку. Ниже, семью короткими чертами, обозначь семь направлений: восток, запад, верх, низ, дверь, тело, чужое слово.
- Чашу с красным поставь на пол у порога — низко, не на стол. Богиня наклоняется к земле.
- Трижды встряхни погремушку. Звук идёт первым: сначала её окликают, потом говорят.
- Прочти формулу целиком, один раз, стоя лицом к двери.
- По каждой из семи черт проведи пальцем, смоченным в красном, — одна черта, одно направление, одно короткое «мимо».
- Полосу повесь над дверью изнутри или положи под изголовье того, кто слабее всех в доме.
- Часть красного вылей за порог на землю. Чашу не мой до утра, воду из второго сосуда оставь стоять открытой на ночь и утром вылей наружу.
Что нельзя. Красное на себя в этот вечер не надевать, мяса с кровью не есть, ссоры в доме не заводить — ярость садится на ближайшее подходящее.
Рабочее переложение формулы:
Сехмет, Могучая, Око Ра, пламя на челе его,
владычица трепета, госпожа красного часа,
та, кто посылает и кто отзывает.
Я не спорю с рукой твоей и не прячу лица.
Право твоё бить — при тебе, и я его назвал вслух.
Вот красное перед тобой, налито низко и налито щедро;
пей, и пусть жажда твоя кончится здесь, у этого порога.
Стрелы твои — семь: с восхода, с заката, сверху, снизу,
из двери, из тела, из чужого рта.
Все семь поверни рукоятью к себе и колчан закрой.
Посланцы твои проходят мимо: в списке их нет имён,
что написаны на этом полотне.
Резники твои не знают этой двери, скитальцы не садятся под этой крышей.
Прохладен дом, чиста вода, полотно бело.
Сказано с чашей у земли. Закреплено полотном над дверью. Не переменится.
Отклик, сбой и что делать при ударе
Признак, что чин принят: ночью в доме падает температура ощущений — становится легче дышать, сон делается длиннее и тише, у ослабевшего к утру спадает жар. Красное в чаше к утру часто выглядит осевшим, помутневшим; это не чудо, это нормальная реакция напитка, но египетский счёт читает такое как принятую долю.
Признак отказа: ночь тяжёлая, духота, у кого-то в доме начинается озноб. Значит, чин сделан не тому: удар шёл не по её ведомству. Проверь, нет ли за бедой человеческого умысла — это уже другая работа, о наведённом и о его возврате отправителю говорится отдельно.
Если ударило по тебе. Первое — прохлада и вода, второе — тишина, третье — снять с себя всё красное. Полосу с именами не сжигать: она рабочая, её только проветривают и вешают заново. Повторное умилостивление делают не раньше чем через сутки и не в полдень.
Главное ограничение. Умилостивление и наведение — один и тот же приём, развёрнутый в разные стороны, и тот, кто просил её отвести стрелы, не должен в те же дни просить её ударить по кому-то. Богиня различает направление, но не различает просителя: дом, из которого её посылают на других, стоит в списке первым.