Меса — рабочий стол северо-перуанского курандеро, разложенный прямо на земле: кусок ткани, на нём в строгом порядке камни, раковины, флаконы, образа и старая керамика, за ним воткнутые в землю жезлы и клинки. Это не алтарь для поклонения, а инструментальная панель: каждый предмет отвечает за свою функцию, и вся ночная работа ведётся через них. Сразу оговорка о слове: в Куско «меса» означает совсем другое — узелок с камнями, который пако носит с собой. Про оба смысла ниже, но путать их нельзя.
География
Северное побережье Перу — отдельная школа, не сводимая к кусканской. Её центры: Уанкабамба в департаменте Пьюра с высокогорными озёрами Уарингас (Шимбе, Негра), куда ездят лечиться со всей страны; Салас в Ламбайеке, за которым закрепилась слава столицы ремесла; окрестности Трухильо и Чиклайо. Мастера называют себя маэстро или курандеро, помощников — альсадорес.
Корни школы старше инков: керамика мочика и куписнике изображает ночные лечебные сцены. Между древностью и нынешней месой лежит колониальный слой с католическими образами и испанскими клинками, и результат — сплав, а не музей.
Три поля
Ткань месы делится на три зоны, и это её главный чертёж.
Кампо ганадеро — левое поле. Тёмная сторона, область того, что берёт и присваивает; в местном христианском словаре её прямо связывают с дьяволом, но функция у неё не «злая», а хищная: через это поле смотрят на наведённое, на воровство, на чужую волю. Тут лежат тёмные камни, старые уако — доиспанская керамика, взятая из погребений, — оленье копыто, кости, тяжёлые предметы с историей.
Кампо хустисьеро — правое поле, «поле правосудия». Светлая сторона: распятие, образа святых, святая вода, чётки, белые камни, клинки. Отсюда идёт защита, отсюда возвращают и отсюда судят дело.
Кампо медио — середина. Точка равновесия, через которую два поля разговаривают. Обычно один-два предмета: крупный камень, раковина, образ святого Киприана, зеркало. Мастер работает не в одном из полей, а в равновесии между ними; именно поэтому месу нельзя собрать «только светлую», и северные маэстро это проговаривают прямо.
Предметы
- Варас — жезлы и клинки, воткнутые в землю за месой ровным рядом. Шпаги, сабли, штыки, посохи из твёрдого дерева чонта, костяные и деревянные палки. У каждого имя и своя работа: один режет, другой держит защиту, третий вытягивает. Их не одалживают и не дают трогать.
- Сегуро — стеклянная банка или бутылка с травами, водой из лагуны, духами, монетами и личной вещью человека. Это персональная защита клиента, которая живёт на месе мастера годами; её подкармливают духами и раз в год обновляют.
- Камни из лагун — принесённые с Уарингас, каждый со своим случаем. Раковины, прежде всего спондилус, священный в перуанской древности; служат чашами.
- Духи и воды: агуа де флорида, агуа канага, табу, розовая вода. Ими кропят, ими же делают флоресимьенто — «оцветение», обрызгивание человека изо рта распылом.
- Табачный настой и Сан-Педро — растительная часть работы, которую готовит и подаёт исключительно маэстро; порядок здесь не приводится, потому что это его дело и его ответственность, а не рецепт для чтения.
- Чунгана — погремушка, которой мастер задаёт ритм всю ночь. Лимоны, соль, чеснок, чёрный табак, сахар — расходные материалы очистки.
Про уако скажу прямо: это предметы из разграбленных доколумбовых могил. Внутри традиции их берут как вместилища силы прежних хозяев, но по перуанскому закону торговля археологией и её вывоз — уголовная статья.
Как идёт ночь
- Открытие. Работают ночью, с темноты до рассвета, чаще во вторник или пятницу. Месу раскладывают на земле, варас втыкают за ней, зажигают свечи. Маэстро называет по именам горы, лагуны, святых и своих учителей.
- Учёт. Каждый присутствующий называет себя полностью: имя, откуда родом, с чем пришёл. Без этого человека на месе «нет».
- Табак. Маэстро подаёт табачный настой участникам в порядке, который определяет сам. Это ключевой элемент северной месы, и это же место, где чаще всего случаются злоупотребления с приезжими.
- Сан-Педро. Маэстро пьёт вместе со всеми — в этой школе он не остаётся трезвым наблюдателем. Назначение — не «переживание», а зрение: считается, что кактус открывает мастеру причину болезни. Правовая и медицинская сторона разобрана в отдельной статье.
- Тархо — пение. Мастер поёт всю ночь под погремушку, обращаясь к лагунам, горам и святым. Песни личные, их получают от учителя и в ходе работы; чужие тексты тут не поют, и я их не привожу.
- Расстрео — «отслеживание». Человека вызывают к месе по одному, маэстро говорит, что видит: причина, кто и когда, наведено или нажито.
- Чистка. Обмахивание клинком или жезлом, обтирание, оцветение духами, окуривание, обход. Часто человека ставят лицом в определённую сторону и велят стоять молча.
- Куй. Морскую свинку проводят по телу больного, после чего вскрывают и читают внутренности как отражение органов человека. Животное действительно убивают, делает это мастер, и тушку в этом обряде не едят, а закапывают — считается, что она приняла болезнь. Порядка забоя не привожу; отмечу лишь, что диагностика по куй остаётся живой практикой всего северного Перу, а не диковиной.
- Закрытие. На рассвете месу «поднимают» в обратном порядке, благодарят, гасят свечи. Дальше — предписания: несколько дней без соли, без перца, без спиртного, без близости, не поднимать тяжёлого, не ходить на похороны.
Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:
Отцы-горы, что стоят над этой водой, и вы, чёрные озёра, куда ходят за здоровьем. Я стою у стола и называю себя вслух: вот моё имя, вот мой род, вот моя беда. Клинок стоит справа — суди по правде; тёмное поле лежит слева — покажи, что взяло меня и чья рука его положила. Я не прошу большего, чем моё, и не беру чужого. Что наведено — сними, что нажито — вылечи, что придумано мной самим — покажи мне, и я замолчу. Вода, прими и унеси. Огонь, стой до рассвета. Как рассветёт — отпусти всех по домам целыми, и дорога назад пусть будет пустой.
Меса пако: другой предмет
В Куско и в кечуанских деревнях меса — это личный узелок мастера: тканый плат унк'унья, в который завёрнуты к'уйя — камни, каждый со своей историей и со своим апу. Такую месу не раскладывают на публике, не показывают из любопытства и не пополняют покупными сувенирами: камни приходят сами — с перевала, из лагуны, от учителя при передаче. Содержимое личной месы и порядок её получения — закрытая часть, передаваемая живым человеком при карпай, и здесь она не описывается. Ступени этого пути разобраны в статье о пако и альтомисайоке.
Что здесь настоящее и где риск
Северная меса — живое ремесло с очередями местных пациентов, а не аттракцион; но именно поэтому вокруг Уанкабамбы выросла индустрия для приезжих. Различители те же, что во всей рубрике: маэстро принимает прежде всего соседей, а не только иностранцев; цена называется один раз; врача он не запрещает; отказ от работы возможен.
О безопасности всерьёз. Ночная сессия с растительными препаратами в удалённом месте — ситуация, где человек беспомощен несколько часов, и случаи ограбления, насилия и смертей на «церемониях» для туристов по региону задокументированы. Минимум: не ехать одному; заранее назвать все принимаемые лекарства, потому что сочетания растительных препаратов с антидепрессантами бывают смертельными; иметь связь и понимать, где ближайшая больница. Это не про недоверие к традиции, а про то, что традиция не отвечает за тех, кто ею прикрывается.