Возврат — не розыск. Это первое, что надо развести, берясь за эту полосу, потому что в перепечатках четыре соседние группы корпуса слиты в одну кучу «про пропавшее». Розыск отвечает на вопрос где; возврат заставляет вещь вернуться. Задачи разные, квадраты разные, исполнители разные, и порядок работы у них почти не пересекается.

Четыре главы, которые постоянно смешивают

Знание сокрытого. Узнать, где вещь и кто её взял. Разобрано отдельно; там ответ приходит сном, совпадением или уверенностью, и на этом работа кончается.

Клады. Взять то, что не принадлежит никому живому. Своя цена, свои сторожа, своя оговорка в заголовке. Тоже отдельная статья.

Деньги и находки. Приход того, чего у тебя не было. Направление наружу-внутрь, без прежнего владельца.

Возврат. Вернуть своё — то, что было твоим, ушло и находится у кого-то или где-то. Это единственная из четырёх, где у операции есть обратный адрес: вещь не приходит откуда угодно, она идёт по своему следу назад.

Отсюда главный признак группы, её якорь: квадраты возврата в рукописях подписаны с указанием на прежнее владение. Не «получить», а «вернуть отнятое» — и по этой формулировке лист отличается от соседей, когда заголовок урезан.

Три случая, и они не равны

Потеряно. Вещь никем не держится, лежит там, куда упала. Самый простой случай и самый близкий к розыску: наряд не столько возвращает, сколько сводит тебя с местом.

Взято известным. Должник, недобросовестный держатель, тот, кто не отдал. Задача с адресом. Здесь полоса вплотную подходит к судебной и в практике идёт с ней вместе.

Взято неизвестным. Кража. Самый тяжёлый случай: возврат приходится ставить на неназванное лицо, а корпус не любит неназванного. Книга решает это тем, что наряд адресуется вещи и её следу, а не человеку.

Разница между вторым и третьим случаем в практике решающая. Во втором ты ставишь наряд на отношение между двумя названными сторонами. В третьем — на предмет, и всё определение ложится на описание вещи.

Счёт, размер, ловушка заголовка

Числа квадратов не назову: счёт расходится между французской линией через Матерса и немецкой через Дена, тем же швом, что развёл шесть месяцев подготовки и восемнадцать. Считай по своему изданию, а не по пересказу.

Буквенного состава по памяти не привожу и не советую доверять перепечаткам без сверки: именно ходовые бытовые главы вроде этой чаще прочих кочуют по изданиям с чужими исправлениями, и восстановленную букву от рукописной там уже не отличить. Причины пустот разобраны в статье о неполных квадратах.

Исполнители общие для корпуса: четыре князя — Люцифер, Левиафан, Сатана, Велиал; восемь подчинённых им — Астарот, Магот, Асмодей, Вельзевул, Ориенс, Паймон, Аритон, Амаймон; ниже поимённо расписанные служители. Условие то же: лист действует потому, что исполнители подчинены, а подчинение идёт после выдержанного срока и встречи с Ангелом.

Порядок работы на возврат

  1. Установить, что вещь твоя. Не формальность. Наряд возврата работает по следу владения, и вещь, на которую у тебя нет этого следа, ему нечем вести назад. Спорное имущество — не предмет этой главы, а предмет судебной.
  2. Описать вещь. Подробно и предметно: что, какая, чем помечена, когда и откуда ушла. Описание здесь заменяет имя человека в других главах и несёт ту же нагрузку.
  3. Определить случай из трёх. От этого зависит, на что ставится наряд: на место, на отношение или на предмет.
  4. Назвать держателя, если он известен — и назвать как держателя, а не как виновного. Разница проходит здесь: «пусть отдаст» и «пусть ему воздастся» — это два наряда из двух разных глав.
  5. Изготовить лист своей рукой, в свой час, на чистом материале, в один заход, без помарок.
  6. Применить по указанию главы. Полоса частью носимая, частью привязана к месту: лист держат при себе либо кладут туда, откуда вещь ушла, — на её пустое место.
  7. Держать срок и не подгонять. Возврат — операция медленная по устройству: вещь идёт назад тем же путём, каким ушла, и путь этот занимает время.
  8. Снять в день возврата или по истечении срока. Не снятый наряд возврата даёт узнаваемое: начинает возвращаться всё подряд, включая то, что ты сам отдал и не хотел бы получить обратно.

Формула под эту задачу, выстроенная по канону книги:

Вам, поставленным на след вещи и на всё, что ушло от хозяина, — по чину, выдержанному от начала до конца, и по разрешению, которое дано.
Вот вещь моя, названная по виду и по примете; вот день, когда она была при мне, и вот место, откуда ушла.
Ведите её назад тем же путём, каким она шла от меня: через руки, через двери, через торг — но назад и целой.
Кто держит её не по праву, тому не давайте покоя с ней: пусть она станет ему тяжела и не в радость, пусть не приживётся у него и не пойдёт впрок.
А коли лежит без хозяина — сведите меня с тем местом и дайте увидеть глазами.
Условие кладу: чужого мне вместо моего не приносить, на неповинного дела не сводить, крови за железо не брать и дому его беды не наводить.
Как вернётся моё — станьте, где стояли, и более ко мне ничего не носите, доколе не позову.

Как выглядит возврат

Признак этой полосы своеобразен и отличается от прочих: возврат почти никогда не бывает прямым. Вещь редко приносят и кладут в руки.

Что откликом не является: сведения о том, где вещь и у кого. Это работа соседней главы, и получив её вместо возврата, проверь, тот ли лист взят.

Чем это кончается и во что обходится

Вернулось не то. Приходит похожее, но чужое, или приходит вместо вещи её стоимость. Признак того, что описание было общим, а не предметным.

Взят соседний квадрат в сторону розыска. Идут указания, сны, тяга искать — и ничего не возвращается. Лист откладывают и сверяют главу по другой редакции.

Взят соседний квадрат в сторону вреда. Вещь не возвращается, а с держателем что-то происходит. Работа сделана, но не та, и цена по ней берётся по другой главе, разобранной в статье о разрушении и вреде.

Наряд на спорное. Ничего не происходит. Проверяется вопросом, можешь ли ты назвать, откуда у тебя было право на эту вещь.

Пустой ход. Битый квадрат — ловится симметрией; либо не сделано подчинение.

Цена этой полосы называется её же устройством. Возврат идёт через людей, и каждый возврат кому-то стоит убытка — держателю, покупателю, тому, через чьи руки вещь пошла назад. Книга требует условия именно поэтому: без границы наряд берёт с ближайшего, а ближайшим оказывается не вор, а посредник. Второе — общая цена корпуса: духи служат, пока держится распорядок, которым они подчинены.

Русская низовая традиция ставит на кражу иное: там работают не на вещь, а на вора — сушат, сводят с ума, гонят с места, пока не принесёт. Разница с Абрамелином принципиальная и полезная для сравнения: русский способ адресуется человеку и потому не нуждается в описании вещи, абрамелиновский адресуется вещи и потому не нуждается в имени человека. Выбирать между ними стоит по тому, чего у тебя больше — приметы или подозрения.