Любовная группа квадратов — одна из самых больших в корпусе Абрамелина и одна из самых потрёпанных в списках: её переписывали охотнее прочих, и пустых клеток в ней больше, чем в среднем по книге. Разбираем, как устроена группа, чем её квадраты отличаются от соседней главы на вражду и раздор, кто их подаёт и в каком порядке они вообще имеют право быть применены.
Где эта группа стоит в книге
Квадраты — последняя часть книги, и это не композиционная случайность. До них идут месяцы поста, молитвы и уединения, встреча со Священным Ангелом-Хранителем и подчинение духов; квадраты — то, ради чего всё предыдущее делалось, и то, что без предыдущего не работает. Этот порядок разобран в статьях об условиях операции и о подчинении духов после встречи с Ангелом.
У Матерса, переводившего парижский список из собрания Арсенала, книг три, и квадраты составляют третью. В немецких рукописях — дрезденской и вольфенбюттельской, с которыми работал Ден, — книг четыре, и квадраты идут четвёртой. Отсюда первое рабочее правило: говорить «в третьей книге Абрамелина» бессмысленно, пока не назван список. Одна и та же глава в двух традициях лежит под разными номерами, а внутри глав расходятся и число квадратов, и их состав.
Материал квадратной книги разбит не по духам и не по планетам, а по назначению: знание сокрытого, явление духов, любовь, вражда и раздор, исцеление, клады, замки, полёт. Соседство любовной главы с главой о раздоре — не небрежность, а логика: одна и та же служба умеет сводить и разводить.
Сколько их и какого размера
Точного числа квадратов для любовной главы я не назову: оно разнится от списка к списку, и это тот случай, когда цифру берут из своего издания и пересчитывают руками. Общий счёт корпуса у Матерса принято давать в районе двух с половиной сотен; немецкая линия даёт больше, и прибавка приходится не на новые главы, а на квадраты внутри уже существующих.
Размеры идут от трёх клеток по стороне до крупных, в десяток и больше. Рабочая середина — пять, шесть, семь. Крупные стоят там, где в буквенный строй надо уложить много имён сразу.
Что стоит в буквах
Это буквенные квадраты, а не числовые: с планетными квадратами «Оккультной философии», где по клеткам разложены числа, у них общего одно слово «квадрат». Здесь в каждой клетке буква, и весь квадрат — слово или связка слов, разложенная так, чтобы читаться в нескольких направлениях. Устойчивые свойства строя держатся по всему корпусу:
- Верхняя строка называет дело. Обычно это имя операции или имя духа-исполнителя, испорченное еврейское слово, прошедшее через немецкую и французскую транслитерацию. Главный вклад немецкой линии издания в том и состоит, что верхние строки удалось прочесть как осмысленные слова, а не как варварские наборы.
- Квадрат симметричен. Первая строка равна первому столбцу, вторая — второму, и так далее. Читается вниз так же, как поперёк.
- Набор букв замкнут. Новых букв, кроме тех, что стоят в верхней строке, в теле квадрата обычно не появляется — идёт перестановка.
Отсюда — проверка, которой отличают полный квадрат от испорченного переписчиком. Считаешь клетки: сторона на сторону, число должно сойтись. Пустая клетка почти всегда значит, что переписчик не разобрал букву, а не что её там нет. Проверяешь симметрию построчно: несовпадение строки со столбцом — след порчи, и оно же указывает место. Читаешь верхнюю строку: если она не складывается ни во что, а соседние квадраты той же главы складываются, квадрат битый. Достраивать его по догадке нельзя. Матерс прямо писал, что часть квадратов в его рукописи неполна и часть пробелов он оставил как есть; позднейшие перепечатки пробелы иногда заполняли молча. Об этом отдельно сказано в статье о том, почему часть квадратов неполна.
Кто подаёт
Квадрат — не амулет, работающий сам. Это наряд, выписанный на уже подчинённых духов, и вся его сила в предшествующем подчинении.
Порядок подчинения книга задаёт сверху вниз: четыре князя — Люцифер, Левиафан, Сатана, Велиал; под ними восемь подчинённых князей — Астарот, Магот, Асмодей, Вельзевул, Ориенс, Паймон, Аритон, Амаймон; под ними служебные духи, которых списки перечисляют поимённо и которые и есть исполнители по квадратам. Приписка глав к именам служителей в рукописях расходится — это одно из самых заметных разночтений корпуса, — и по любовной главе расхождения особенно велики. Сверять приписку надо по своему изданию, а не по памяти.
Работает это так: ты кладёшь или показываешь квадрат, служебный дух видит на нём своё имя и имя дела и исполняет. Никакого «квадрат сам излучает» в книге нет.
Порядок работы
- Разрешение. Книга требует спрашивать Ангела перед каждым делом, а не только в начале. Отказ на этой ступени — законный исход, а не сбой.
- Изготовление. Квадрат пишешь своей рукой, на чистом материале, отведённом только под это. Готовые печатные листы из издания в дело не идут: печатное — образец, рабочее — рукописное.
- Называние адресата. Имя, чей он крови, откуда родом. Приязнь «вон к тому человеку» не адресуется; это общее место всей традиции, от русской присушки до гоетических чинов.
- Применение. По контакту либо по показу: квадрат кладут туда, где названный его коснётся или пройдёт над ним, либо предъявляют в лицо. Способ указан при главе, и он для разных квадратов разный.
- Съём. Квадрат забирают обратно. Оставленный лист — это открытый наряд, по которому духи продолжают работать без надзора.
Формула под эту задачу, выстроенная по канону книги:
Именем, которое было названо мне и которого я не пишу здесь, и властью, что дана мне над вами по чину, взятому от начала и до конца, — вам, служителям, поставленным на это дело.
Обратите сердце названной мною к названному мною приязнью ровной и трезвой, чтобы шла она своей волей, своим разумом и своей охотой.
Не мутить рассудка, не рвать сна, не отнимать воли и не трогать третьего, кто в деле не стоит.
Что положено вам за труд, берите положенным, а иного не берите.
Исполнив, отступите и станьте, где стояли, и не действуйте более, доколе не позову.
Что ломается при нарушении порядка
Пропущено подчинение. Самый частый случай: человек берёт квадраты из печатного корпуса, не сделав операции. Тогда либо нет ничего, либо приходит отклик, за которым не стоит ничего подчинённого, — и вот его цена окажется назначенной без твоего участия.
Взят квадрат из соседней главы. Любовь и вражда стоят рядом, кегль в рукописях мелкий, заголовки глав в списках сокращены. Признак: вместо приязни — ссора названного с ближними, немедленная и беспричинная. Работу сворачивают, квадрат уничтожают, дело не повторяют в тот же день.
Взят битый квадрат. Отклик частичный и кривой: внимание есть, приязни нет; или приязнь идёт не от того человека. Это же и есть главный аргумент за проверку симметрии до применения, а не после.
Квадрат оставлен на месте. Приязнь превращается в привязчивость с прогрессией — то, что русские записи различают как любовь и сухоту. Лечится съёмом и уничтожением листа.
Цена по этой главе названа в книге прямо и без смягчений: духи служат, потому что подчинены, а подчинение держится тем распорядком, который ты выдержал. Ослабишь распорядок — служба переходит в торг, и условия в торге назначаешь уже не ты.